– Я Некромант!
– Это твой естественный облик?
– Нет! – Мужчина развел руками. – Мой естественный облик вне игрового мира.
– Ты игрок или разработчик?
– Хм. Меня начинает раздражать твое спокойствие юноша. Неужели тебя совсем ничего не волнует?
– Волнует! – Кивнул юноша. – Ты разработчик?
– Да, любопытный отпрыск!
– Игра предусматривает выход до выполнения миссии? И вообще выход?
– Только по завершении основной миссии игры.
– Те есть, научившись трансформации, я смогу выти?
В голосе мужчины послышалась издевка:
– Юноша, стать кем-то, это значит пройти процесс обучения и адаптации к этому миру, основная миссия будет сообщена тебе позже. Если, разумеется, ты сохранишь высокие результаты выживания и приспособляемости.
– Человек, погибающий в игре, автоматически выходит?
– Ха-ха! Нет, конечно! Он погибает в обоих мирах. Закон Дарвина знаешь?
– Это жестоко, особенно для игры.
– Боюсь тебя разочаровать, юноша. Но приглядевшись к окружающей тебя действительности, ты должен понять, что этот мир также реален, как и тот, к которому ты привык и продолжаешь себя относить. Сначала, я тоже, ошибочно полагал, что мне удалось создать навороченный игровой мир, но я ошибался. Я не создавал этот мир. Он существовал и до выпуска игры, я всего лишь смог осуществлять многократный переход в эту реальность и производить здесь множественные изменения, играющие на руку моему плану. Написанная мной компьютерная программа способна открывать вход и создавать человеческое тело со случайным набором характеристик для осуществившего вход, так называемого, игрока. После небольшой доработки, я смог самостоятельно моделировать получаемое тело. Кроме того, я обнаружил около двухсот пятидесяти схожих миров, существующих в небольшом временном отклонении друг от друга. Более двадцати из них я задействовал в своем проекте, отправляя игроков из разных стран по соответствующим мирам. Естественно, я продумал и систему перехода в эти миры, без возврата, в так называемую, реальность. Но, эта система только для меня, разумеется.
– И что же, не возникает языковых барьеров, ни в одном из этих миров? – Недоверчиво усмехнулся юноша.
– Их и не может быть, молодой человек. Будучи перенесенным, твое сознание проходит полную перестройку, ты начинаешь думать на языке этого мира, если грамотен, значит и пишешь, и читаешь, опять же на языке этого мира, даже арифметические правила используешь местные. Но, кроме того, получаешь широкие возможности к освоению законов магии, кои здесь превалируют над законами физики.
– Зачем вам все это? – Виктор кивнул в сторону равнины. – Эти миры, магия, толпами мрущие, так называемые, игроки? Судя по разговору, вы все же планируете вернуться, это раз. Вы планируете вывести из этих миров и так называемых игроков, достигших определенных результатов, это два. Опять же, зачем возвращаться в мир, где половина населения вымерла благодаря вашим усилиям? И самое главное, для меня, зачем я здесь на этой башне занимаюсь демагогией с психопатом, возомнившим себя властелином мира, в то время, как мои друзья погибают от жажды, в этой долбаной пустыне!
– Немного разговоров на отвлеченные темы, и наш непоколебимый и уравновешенный юноша, начинает психовать и раздражаться, как обычный ребенок, которого обделили конфеткой! Ты должен понимать, что один человек, опираясь только на свой невероятный ум и честолюбивые планы, власть в мире не захватит. Всегда нужна грубая сила исполнителей. Я предлагаю тебе стать руководителем такой группы.
– И в чем будет заключаться моя задача здесь и там? – Решил подыграть взявший себя в руки Виктор.
– Ты должен пройти обучение трансформации. Затем собрать двенадцать человек, так называемых, игроков, освоивших нужные для отряда способности. Свиток со списком необходимых, так сказать, специалистов у тебя в кармане.
Юноша почувствовал, как потяжелел и натянулся набедренный карман брюк.
– Вы должны организовать гильдию «Двенадцати». Для штаб-квартиры захватите Торрингзанский замок, запомни это название. Далее, в качестве тренировки, мы с вами устроим небольшой государственный переворот, в парочке крупных государств этого мира.
– Потом?
– Ты сильно забегаешь вперед, юноша.
– Мне нужно вытащить друзей из пустыни.
– Ты опять забываешь о законе Дарвина.
– Мне плевать. Даже сильные иногда помогают слабым. – Виктор снова начал вскипать.
– И слабые все равно погибают, не сейчас, так потом.
– Значит так, – не сдержался Виктор и выкрикнул, – или мы помогаем друг другу, или мы не контачим вовсе!
– Фи! Как банально. – Взмах руки некроманта отправил юношу в свободное падение.
Оказавшись за пределами башенной площадки, юноша с ужасом осознал стремительное приближение брусчатки двора. Но, за секунду до смертельного сближения, Виктора охватило голубое свечение телепортационного прыжка. Зарывшись лицом в песок, юноша зарекся впредь быть прямолинейным с самозваным некромантом. Поднявшись на ноги, Виктор увидел вокруг себя все тот же песчаный вихрь, отгораживающий его от свирепствующей в пустыне бури. Только в этот раз, на внутренней границе смерчевого колодца образовывались маленькие завитки ветра, рисующие объемные изображения деревьев, городов, гор и дорог. Сформировавшаяся карта подернулась рябью и на месте леса, расположенного между двумя большими городами проступило изображение обнаженной женщины. Стремительно вращающийся вихревой поток исчез, покрыв юношу слоем обрушившегося сверху песка. Немного стихшая буря, позволила взгляду отыскать в сером небе силуэт близких гор.
Добравшись до нужного валуна, Виктор обнаружил лежащего на песке охранника, бьющегося в бреду лихорадки. Не найдя следов Александра, юноша стряхнул песок с лица Даруса и положил голову больного себе на колени. Убрав мокрую грязную повязку, Виктор обнаружил капельки желтой жидкости, выступающей из пор воспаленной кожи вокруг глаз.
Вернувшийся мужчина наклонился к уху Виктора и тихо сказал:
– Там люди. Метров двести в направлении нашего движения. Сходи, проверь.
– Присмотри за Дарусом. Кстати, у меня с видимостью, как?
Мужчина внимательно оглядел Виктора:
– Да вроде бы, нормально. Ты, что в контакт вступить собрался?
– Видно будет. – Юноша скрылся в сумеречной пелене.
– Лишь бы боком не вышел, этот контакт. – Пробурчал себе под нос мужчина.
Приметив впереди расплывчатое пятно желтого света, юноша сбавил шаг и осторожно приблизился к одинокому человеку, сидящему возле костра. Унылый вид. Сильно потрепанная солдатская форма. Рядом на песке небольшой завязанный мешок. В руке солдата краюха грубого хлеба, от которой он периодически отламывает небольшой кусочек и оправляет в рот. «Блин. Не грабить же его», пронеслось в голове Виктора.
– У тебя вода есть? – Спросил юноша, изрядно повысив голос, чтобы слова не потерялись в окружающем шуме.
Печальный солдат вскочил и стал оглядываться:
– Где ты? Я тебя не вижу.
– Я перед тобой. – Сказал Виктор, с трудом сдерживая смех. – Вода, спрашиваю есть?
Перед насмерть перепуганным солдатом возникла кисть руки. Простая человеческая кисть, за тем необыкновенным обстоятельством, что ни к чему не прикрепленная, а просто подвешенная в воздухе.
– Дай мне воду! – Произнесла пустота, делая выразительный жест кистью.
– Да. Да. – Солдат, у которого уже начал дергаться глаз, стал спешно возиться с завязками мешка. И как обычно бывает в спешке, веревочный бантик, отказываясь подчиняться трясущимся рукам, вместо того, чтобы развязаться, затянулся в тугой узел.
– Скорее. – Капал на нервы солдата Виктор.
– Я спешу, спешу. – Из дергающегося глаза перепуганного мужчины потекла слеза. Наконец, справившись с завязками, солдат выхватил из мешка маленькую фляжку и протянул её пустоте. Кисть приняла из рук побелевшего солдата фляжку и исчезла. Озираясь по сторонам солдат отодвинулся от того места, где исчезла рука с фляжкой. Затем, тихо спросил:
– Ты еще здесь?
Не получив ответа, мужчина сжал голову руками:
– Боже. За что мне это все?
Затем вскочил и стал расхаживать возле костра, бормоча под нос:
– Может это знак? Кто-то выжил, и погибшие дают мне знать, что выживший нуждается в воде? Тогда зачем призрак забрал воду? Ох, – мужчина закусил кулак, – это же призрак одного из погибших, он будет преследовать меня, пока я не похороню его тело. Надо отыскать его в пещерах.