Вечером гуляю по родному городу. С детства помню, что на разводящийся мост увлекательнее смотреть с того берега, на котором живешь. В городе то тут то там видны штыри башенных кранов — идёт интенсивное строительство панельных домов, но ещё многие продолжают ютиться в коммуналках и бараках.
Перед посадкой на ночную «Красную стрелу» узнаём от Набокова новость: спортивные клубы «ВВС» по решению Правительства — расформировываются. Это означает, что мы минуя четвертьфинал сразу попадаем в полуфинал на победителя пары «Торпедо»(Москва) — «Динамо»(Киев).
5 июля 1952 года. Москва.
Приехали в столицу. Из-за отмены нашего матча с расформированным «ВВС», получаем два незапланированных выходных. Парни несказанно радуются возможности погулять по Москве, а я направляюсь в свою каморку на Хорошевку.
В этот утренний субботний час в коммуналке было тихо. Взрослые ушли на работу, а дети ещё спали. Я оценил новый фаянсовый унитаз, поставленный взамен чугунного времён первых пятилеток. Выпил на кухне чаю и собирался уже почитать газеты, но тут проснулись дети Стахановца и закружили меня.
Пионер Коля и его младшая сестра Лина наслаждались каникулами. В это время дети после завтрака не сидят дома, а несутся во двор на улицу. Дворовый мир поражает многообразием игр и занятий. Вот дети играют в классики и штандер. Вот ребята постарше режутся в футбол, ножички и пристенок. Вот считаются, определяя водящего в игре — «На златом крыльце сидели: царь, царевич, король, королевич…» или «Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана…». Коля объяснил мне тайну знака фашистской свастики. Оказывается, она была составлена из начальный букв фамилий главных злодеев: Гитлер, Геббельс, Гиммлер, Геринг. Я хотел сказать про древность этого знака и про латинские буквы, но промолчал.
В раздел «Макаренко районного масштаба» начислен один балл.
Коля рассказал, как стыкнулся с одним «сучьим потрохом», который не поверил, что коммунизм скоро победит на всей Земле. Дрались до первой крови и представитель «стахановского племени» выиграл.
— Дядя Юра, а тётя Маша рассказывала, что вы заграничную принцессу знаете! Правда? — интересуется любопытный пионер, уминая разогретые макароны.
Что за тётя Маша? Плэнглин что ли? Ну, я этой болтушке вставлю по первое число!
В раздел «Вставляльщик болтушкам» начислено два балла.
Коля записался в кружок следопытов при Дворце пионером и показал потёртый компас с которым он будет «бегать по карте». Тут «влезает» допившая молоко Лина, спрашивая:
— Как заканчиваются Ваши день и ночь?
- Ну, это как с подругой договоришься! — думаю я.
А девочка отвечает: " Мягким знаком!" и стучит, смеясь, себе пальцем по голове.
Днём одноклубники и Таня Зайцева вытащили меня посмотреть на автопробег по Садовому кольцу. Вот автомашины едут красивой колонной. А вот легковушки, ревя моторами, срываются в гонке на скорость. На одном из пятнадцатикилометровых кругов, лидировавшая «Победа» после громкого хлопка начинает крениться в нашу сторону. Секунда и махина летит прямо на нас. Народ бросается врассыпную. Стоящая передо мной Зайцева, спотыкается и падает на асфальт. На автомате просовываю руки ей под мышку и волоча тащу назад, крича «Полундра!». Тут вылетевшая с трассы машина перепрыгивает через бордюр. Пару зазевавшихся людей отбрасывает бампером на визжащую толпу. Едва я успеваю оттащить Зайцеву за чугунный столб, как машина со страшным грохотом врезается в него. Стою, обалдев, открыв рот, а кругом людской гул и суета. Тут Зайцева забилась у меня в руках:
— Всё! Юрка! Хватит дыни мять! Народ кругом!
Отпускаю зажатые мной мягкости подруги и прошу извинения. Она, отряхнувшись, поправляет сползшие носочки и, окончательно оклемавшись, хлопает по моему плечу:
— Да чего уж! Я у тебя в долгу! А так… Мне даже понравилось! Чуть не кончила со страху!
Вечером в нашу коммуналку к Кате Пирожковой явилась её новая подруга — Маша Плэнглин. Пригласили меня с ними почаёвничать.
Маша рассказывает:
— Общалась недавно с одним историком. Спросила его про зимние походы Золотой Орды на русские княжества. Лошадки что? Из сугробов себе траву выкапывали? И еду для седоков тоже? Так он посмеялся, — мол такой бред заставляют всех, как молитву в церкви повторять. А директора института истории из Казани за неправильное освещение «ига» вообще уволили с работы.