— Не хочу я их убивать! Всякая тварь хочет жить, — сказал я.
— Я дьявольски голоден, Джонни.
— Я тоже, — говорю, — но я вам не позволю есть мою змею. Я ее поймал, а не вы.
— Что толку держать у себя какого-то старого, облезлого ужа? — сказал мистер Мак-Грегор.
— А если он мне нравится, — говорю.
— Не лучше ли его приготовить и съесть, такого чудесного, жирного... — настаивал мистер Мак-Грегор.
Отец сидел за столом, опустив голову на руки, и дремал. Бабушка расхаживала по всему дому и распевала арии Пуччини. «Я все по улицам брожу», — вопила она по-итальянски.
— Никто не станет вам готовить мою змею, — сказал я.
— Ладно, — говорит мистер Мак-Грегор. — Пусть будет по-твоему, Джонни, но я все-таки остался голодным.
— А не сыграете ли вы нам какую-нибудь вещичку, мистер Мак-Грегор? — спросил отец. — Мальчику, наверно, будет приятно.
— Конечно же, мистер Мак-Грегор, — поддержал я.
— Ладно, Джонни, так уж и быть.
И он встает и давай трубить, да как еще громко, — ну громче всех трубачей на свете. Людей переполошил на много миль кругом. Восемнадцать соседей собрались перед нашим домом. Когда мистер Мак-Грегор протрубил до конца свое слово, все зааплодировали. Отец вывел его на крыльцо и сказал:
— Дорогие друзья и соседи, позвольте вам представить Джаспера Мак-Грегора, величайшего шекспировского актера наших дней.
Дорогие друзья и соседи ничего не сказали в ответ, и тогда заговорил сам мистер Мак-Грегор.
— Как вчера, — говорит, — помню свое первое выступление в Лондоне, в 1867 году...
И продолжает рассказывать историю своей карьеры.
Тут Руф Эпли, плотник, выходит и говорит:
— Нельзя ли нам послушать еще немножко музыки? А, мистер Мак-Грегор?
А мистер Мак-Грегор в ответ:
— А не найдется ли у вас в доме куриного яйца?
— Разумеется, найдется, — говорит Руф. — У меня их в доме целая дюжина.
— А не затруднит ли вас пойти и принести одно яйцо из этой дюжины? — сказал мистер Мак-Грегор. — А когда вы вернетесь, я сыграю вам песню, которая заставит ваше сердце трепетать от горя и радости.
— Иду, иду, — сказал Руф и пошел к себе за яйцом.
У Тома Брауна мистер Мак-Грегор спросил, не найдется ли у него в доме кусочка колбасы, и тот сказал, что найдется. Тогда мистер Мак-Грегор спросил, не затруднит ли его прогуляться за этим кусочком, а когда Том, дескать, вернется, мистер Мак-Грегор сыграет такую песню, от которой изменится вся его жизнь. И Том пошел к себе за колбасой, а мистер Мак-Грегор стал спрашивать подряд каждого из восемнадцати дорогих друзей и соседей, не найдется ли у них в доме чего-нибудь вкусненького, и каждый отвечал, что найдется, и все пошли по своим домам, чтобы принести чего-нибудь вкусненького, потому что мистер Мак-Грегор обещал им сыграть нечто усладительное для слуха. А когда все друзья и соседи вернулись к нашему дому со всевозможной снедью в руках, мистер Мак-Грегор поднес трубу к губам и заиграл «В горах мое сердце, душа моя там», и все соседи заплакали и разошлись по домам, а мистер Мак-Грегор принес все вкусные вещи на кухню, и наша семья начала пировать, и петь, и веселиться.
Яйцо, колбаса, зеленый лук, два сорта сыра, масло, два сорта хлеба, вареная картошка, свежие помидоры, дыня, чай и множество прочих вкусных вещей — все это мы съели, и выпили чаю, и животы у нас раздулись, и мистер Мак-Грегор сказал:
— Сэр, если вы ничего не имеете против, я бы остался погостить у вас в доме на ближайшие дни.
А отец мой сказал:
— Сэр, мой дом — ваш дом.
И мистер Мак-Грегор оставался у нас семнадцать дней, а на восемнадцатый день к нам пришел человек из дома для престарелых и сказал:
— Я ищу Джаспера Мак-Грегора, актера.
А мой отец говорит:
— Что вам угодно?
— Я из дома для престарелых, — говорит молодой человек. — Мы просим мистера Мак-Грегора вернуться к нам, потому что через две недели мы устраиваем наш ежегодный спектакль, и нам нужны актеры.
Мистер Мак-Грегор поднялся с пола, где он дремал, и говорит:
— Что вы сказали, молодой человек?
— Меня зовут Дэвид Купер, — отвечал молодой человек. — Я из дома для престарелых. Вас просят вернуться со мной, потому что нам нужен актер для нашей новой постановки «Причуды стариков в 1914 году».
И вот мистер Мак-Грегор встал и ушел с этим молодым человеком, а на следующий день мой отец сильно проголодался и сказал:
— Джонни, сходи-ка в лавку к мистеру Козаку и достань чего-нибудь поесть. Ты ведь сумеешь это, Джонни. Все равно, принеси что сможешь.
— Мистеру Козаку нужно сперва уплатить пятьдесят пять центов, — сказал я. — Он не даст нам ни крошки без денег.