– Это ведь вы взорвали Дыхание Дракона? – спросил он.
– Простите, повелитель? – растерялся Савалли, не поняв вопроса.
– Пушка, – подсказал ему шепотом Кеган, – он говорит о пушке, идиот.
– А! Да, ваше величество, это я выстрелил. Мы вместе с моим другом господином Кеганом Пазарли решили, что необходимо уничтожить это грозное оружие.
Кольбейн сверлил его взглядом, и Савалли, не выдержав, опустил глаза.
– Ваша же фамилия Савалли? – спросил Кольбейн, внимательно его рассматривая с ног до головы. – Если не ошибаюсь, ваши предки раньше управляли этим городом и близлежащими землями.
– Да, повелитель, они правили этим городом и охраняли его. Но это было очень давно, в эпоху Фламендеров.
Кольбейн вернулся ко столу, сел в кресло, скрестил пальцы у лица, задумчиво разглядывая всех пятерых мужчин.
– Назовите себя. Каждый по порядку. Слева направо, – приказал он.
–Викар Диоклей, ваше величество!
–Арлан Кассано!
–Кеган Пазарли, ваш верный слуга!
–Спирус Аталлос!
–Тородд Савалли!
Взгляд Кольбейна потеплел.
– Вы достойные сыновья своего отечества, – сказал он и посмотрел на список на столе. – Да, у Фарсалы есть теперь свои герои, и свои предатели. Рендальф!
И в комнату тут же вошел мужчина в военных латах.
– Слушаю, повелитель! – проговорил он с поклоном.
– Этого Тодерона и всех его прихвостней на рассвете повесить, – приказал Кольбейн, – и да, вот тебе список, – он указал на бумагу, – пройдись по нему. Схватить, мужчин казнить.
– Слушаюсь, ваше величество!
– Возьми отряд, – продолжал Кольбейн, поднимаясь и подходя к высокому окну, – и поезжайте в Яссы, префекта Драго немедленно арестовать и прислать в столицу. Надо хорошенько допросить его. Думаю, за ним тянется очень длинная цепь из людей, так или иначе замешанных в коррупционных делах и заговоре.
– Слушаюсь! – ответил Рендальф.
– Ты свободен, – проговорил Кольбейн.
Мужчина вновь поклонился и хотел уже было выйти за дверь, но император вдруг поднял руку.
– Да, еще одно.
Рендальф замер в ожидании. Кольбейн повернулся и, скрестив руки на груди, спросил.
– Ты сделал, как я велел? На берегу был запущен фейерверк?
– Да, ваше величество.
– И что же?
– Как и ожидалось, все корабли с женщинами и детьми на борту вернулись в порт.
– Отлично, – кивнул Кольбейн, – можешь идти.
Все пятеро друзей радостно переглянулись между собой. Корабли вернулись! Все женщины уже в городе!
– Как я уже говорил, – продолжал Кольбейн, – у Фарсалы есть свои герои и свои предатели. Первые получат достойную награду, вторые понесут заслуженную кару. Этот город заслуживает того, чтобы им правили достойные люди. Поэтому мэром Фарсалы с сегодняшнего дня назначаетесь вы, Тородд Савалли.
– Что?! – воскликнул тот в изумлении, он осмелился поднять глаза и посмотреть на императора.
Савалли увидел перед собой высокого хорошо сложенного мужчину, сначала он подумал, что император уже не молод, так как густые черные волосы почти полностью были седыми, а вокруг синих холодных глаз и на загорелом лбу виднелись морщины, как у человека напряженно о чем-то думающего. Но приглядевшись, Савалли понял, что императору не было еще и тридцати. Черная кожаная маска скрывала половину лица, и добавляя его образу мрачности и таинственности. Он был одет по-военному, грудь и руки закрывали сияющие латы, на плечах золотые драконы с разинутой пастью, позади виднелся короткий красный плащ. Во всех движениях, взглядах и словах императора можно было читать настороженное выжидание, как у хищника, внимательно разглядывающего свою жертву. Заметив смятение в глазах Савалли, Кольбейн спросил:
–Вам не нравится такая возможность? Снова восстановить свой род в утраченных правах и привилегиях?
– Что вы, ваше величество, – отвечал с почтением Савалли, – просто как же я буду управлять целым городом? Я ведь всего лишь врач, и ничему другому не учился никогда.
– Ваше величество, – воскликнул господин Кеган, – наш друг слишком скромен!
–Мне нужны верные люди на местах, готовые служить стране и мне верой и правдой. Я вижу, что вы Савалли как раз такой человек. Что скажете, если в управлении городом вам будут помогать ваши друзья? Тогда вы будете более уверены в своих силах?
Савалли растеряно посмотрел на стоящих рядом с ним друзей. Они улыбались ему.
– Конечно, ваше величество, – ответил он, – тогда я буду спокоен, что не натворю ничего плохого и не причиню вреда Фарсале и его жителям.
– Тогда решено, – заключил Кольбейн, – городом будет править совет из вас пятерых и плюс еще один герой, о котором не стоило никому забывать, – император дал знак стоящим возле дверей стражникам, и в комнату вошел Атли Кривоногий, голова и правая рука у него были перебинтованы, левый глаз заплыл. Он встал рядом с Савалли и поклонился императору.