– Это работает?
– Да, но нужно время и терпение.
– Вы считаете, я слишком нетерпеливый?
– Я чувствую, что вам все время надо двигаться вперед. С детьми нужно помедленнее.
Макс посмотрел на Изабеллу и покачал головой.
– Это фейерверк, а не ребенок, тут не я диктую правила.
– Зато вы знаете, что Изабелла всегда сможет за себя постоять, добиться того, что хочет. В ней такая воля, сила характера.
Макс долго смотрел на нее, обдумывая ее слова.
– Я не думал об этом с такой стороны. Вы, возможно, правы. Вы собираетесь когда‑нибудь завести детей?
Карли улыбнулась.
– Надеюсь. Я люблю детей. Прежде чем заняться индивидуальными консультациями, я работала в школе Монтессори. Но сперва надо встретить хорошего мужчину.
– Пока не встретили?
Карли опять схватила спасительный журнал.
– Думала, что встретила. Несколько лет назад даже чуть замуж не выскочила. Но за три недели до свадьбы мы передумали.
– Мне жаль.
Карли кивнула, но глаз не подняла, заново переживая унижение того времени. Она листала страницы журнала, пытаясь понять, что читает, но буквы танцевали у нее перед глазами.
– Что случилось?
Карли подняла глаза.
– Я бы предпочла об этом не говорить.
Она знала, что лучше сменить тему. Лучше было вообще не отвечать. Но Макс глядел на нее так серьезно и искренне…
– Мне жаль, что вам пришлось пройти через это, – сказал он.
Карли снова ограничилась кивком.
Макс некоторое время смотрел на нее, а затем с мягкой улыбкой добавил:
– Держу пари, он теперь жалеет, что упустил такую девушку.
Солнце уже садилось, когда Макс выехал на дорогу к вилле Иза. У него начинала болеть голова, боль ворочалась в левом виске и обручем охватывала голову. Узкая дорога шла по краю холма, то ныряя в лесок, то выходя на открытое пространство.
– Ух ты, вот это вид!
Перед ними во всей своей вечерней красе открывалось озеро Комо, окруженное темнеющими горами и деревушками, в которых уже зажигались огни. Макс, погруженный в свои мысли, вздрогнул при восторженном возгласе Карли. Он с тяжелым сердцем смотрел на появившийся вдали дом.
Несколько лет назад он купил и отреставрировал виллу середины XX века. Ее собирались снести, но Максу понравилась ее причудливость, высокие потолки, неоштукатуренная каменная кладка и открытая планировка. Макс вложил в нее много труда и фантазии и очень гордился ею. Но теперь вместо гордости он ощущал пустоту и враждебность виллы, которая когда‑то была им домом.
– Па, пошли! – скомандовала Изабелла, нетерпеливо дрыгая ногами.
С тех пор как они приземлились, Изабеллу было не угомонить. Она носилась по взлетной полосе, отказывалась садиться в машину, а в машине сразу начала капризничать, недовольная, что ее пристегнули к автокреслу. Карли очень жалела, что не прихватила с собой CD‑диск с детскими стишками, которые обычно отвлекали ребенка в таких случаях. Так что всю дорогу из аэропорта ей пришлось петь девочке песенки, предлагая подпевать. Изабелле эта забава понравилась, вот только она зациклилась на «Трех слепых мышатах» и настаивала, чтобы они пели ее снова и снова.
Макс злился. Он ведь знал, что не надо было Изабелле спать во время полета.
– Пошли! – снова крикнула Изабелла, яростно пиная его кресло.
У него была куча работы, а теперь ему придется несколько часов успокаивать дочь. Он повернулся и посмотрел на Карли.
– Вы все еще считаете, что это была хорошая идея – дать ей поспать?
Карли улыбнулась Изабелле:
– Ты хочешь побегать, Изабелла? Поиграть с папой?
– Сейчас время ее сна. Она должна спать, а не носиться повсюду.
Карли пожала плечами и отстегнула Изабеллу, но девочка замотала головой, а затем уткнулась носом в спинку автокресла, отказываясь идти к Карли на руки.
Головная боль сжимала виски Макса все сильнее. Он вышел из машины и помог выбраться Изабелле. Телефон в его кармане загудел.
– Как же здесь красиво! И так тепло, даже вечером! Я так соскучилась по теплу. А как называется этот город? Такой прелестный!
Макс, как раз отвечавший на имейл клиента из Тайваня, раздраженно оглянулся. Карли стояла на краю дороги и с восторгом смотрела на сад, террасами спускающийся к набережной, и частный причал, освещенный закатным солнцем.
– Белладжио…
Это невероятно – как заказчик может требовать, чтобы новый железнодорожный терминал был сдан вовремя, если сам решил на последнем этапе внести изменения в дизайн крыши?
– Мне нужно позвонить.
Он попытался передать Изабеллу Карли, но девочка намертво вцепилась в его рубашку.