Настало время ослабить натиск, и Чхве заговорил мягче:
– Не переживай, я помогу тебе оформить государственные выплаты. По документам ты, можно сказать, сирота. Отец умер, когда тебе был год, а личность твоей матери не установлена. Социальные льготы в Корее лучше, чем ты думаешь. С голоду вы точно не умрете. Если ты сделаешь, как я говорю…
– Хм… – Она подняла на него лицо. – Вы хотите, чтобы я поверила человеку, которого впервые вижу? Такого даже от аферистов не услышишь.
Шаманка впилась глазами в Чхве. Ее взгляд был острым, словно нож. Внезапно она начала звонить в колокольчик.
Чхве вдруг замутило.
В унисон звону колокольчика она принялась стучать рукой по столу:
– Ты! Ты вечно носом землю роешь! Лопнувший гнойник! Жмот, которого жадность в могилу загонит! Вот тебе!
Чхве похолодел: шаманка говорила словами его дедушки.
Внезапно звон прекратился. Ее глаза снова приобрели обычное выражение.
– Пришлось показать вам, на что я способна, – неожиданно произнесла она.
Безразличное лицо ничем не выдавало ребенка, только что говорившего голосом старика.
– Ч-что ты сейчас сказала? – Голос Чхве дрожал.
Ему было хорошо известно, что все шаманы – мошенники и проходимцы, но жмот… Откуда она узнала? На работе Чхве слыл человеком экономным, а в университете о нем и вовсе говорили, что он своего не упустит.
– Откажитесь от того, что собираетесь сделать.
– Это кто такое сказал?
– Просто не делайте этого!
Уголки губ, накрашенных красной помадой, слегка дернулись вверх. Это напомнило Чхве лицо дьявола из «Фауста», на которого он бесплатно ходил в театр с будущей женой еще: холодное и зловещее. Он стал лихорадочно шарить по карманам. Ему вдруг захотелось как можно скорее уйти отсюда. Наконец Чхве швырнул на стол визитку:
– Здесь адрес нашего управления. Если не явишься в течение недели, ты и твоя глухая бабка будете отвечать за все по закону. Подумай хорошенько!
– Бабуля, проводи нашего гостя!
Чхве удивился ее тону. «Это она так с бабушкой разговаривает?» Но еще больше его поразил ответ:
– Хорошо, госпожа.
Ничего в этом доме не поддавалось здравому смыслу. Но Чхве больше не хотел в этом разбираться.
– Мы еще посмотрим, кто кого!
И, сгорая от возмущения, он покинул дом шаманки.
Бабушка посыпала землю перед воротами солью, надела широкополую соломенную шляпу и продолжила полоть сорняки, напевая битловскую Michelle.
Шаманка, оставшаяся сидеть перед бамбуком, глубоко вздохнула, потом взяла горстку риса и рассыпала ее на столе. По мере того как она собирала зернышко за зернышком, ее лицо становилось все мрачнее. Она отодвинула кучку риса на край стола. А потом опять рассыпала. Зернышки расположились точно так же, как и в прошлый раз, словно были выгравированы на дереве.
Какое-то время шаманка сидела неподвижно, а затем открыла ящик стола. В нем лежали фигурки персонажей комиксов, афиши мультфильмов, стеклянные шарики, шагающие пружинки, куклы вуду и игрушечный набор пластиковых волшебных палочек, популярных среди младшеклассников лет семь назад. Наконец она нашла, что искала, – антикварный компас размером с блюдце. Он назывался пхэчхоль[11], внутри были выгравированы китайские иероглифы.
Бабушка, сидя во дворе в тени, наливала рисовое вино в бумажный стаканчик. Увидев внучку, она спрятала бутылку за спину:
– Госпожа, куда вы?
Юная шаманка молча открыла ворота. Это был ее первый выход в люди за последний год.
Она все быстрее шагала по переулку. При виде нее прохожие оборачивались – ханбок, яркий макияж, встревоженный взгляд, будто она только что узнала плохую новость… Чем ближе она подходила к главной улице, тем больше людей обращало на нее внимание. Но она этого словно не замечала.
Из универмага, полного посетителей, доносилась незнакомая мелодия. На противоположной стороне улицы в магазине студентки выбирали на распродаже обувь. Опустив глаза, она поняла, что забыла обуться. Ее носочки насквозь промокли в лужах. Осталась в прямом смысле босой. Приятного мало.
Посередине многолюдной улицы она остановилась и начала делать пассы руками. Стрелка компаса перестала крутиться. Она указывала на север. Сжав кулаки, шаманка прокричала:
– Так у нас гости из мира тьмы!
Прохожие оглядывались на девушку в ханбоке, которая разговаривала сама с собой.
Это произошло за двадцать один день до убийства в школьной лаборатории.
11
Древний геомантический компас, который используется для определения потоков положительной и отрицательной энергии.