– Еще раз спасибо! – радостно поблагодарил их Сакё и потянул раздвижную дверь.
– Эй, сюда нельзя! – Нагарэ преградил дорогу Хирунэ, юркнувшему внутрь.
– Вот ведь как. Обижают тебя здесь, – погладил кота Сакё.
– Папа у нас и правда бывает невыносим! – Коиси присела рядом с ним.
– Невыносим?! Дело ведь совсем не в этом!
– Да, да, знаю. Там, где готовят еду, котам не место.
– Хорошо, что ты это понимаешь, – недовольно скривился Нагарэ.
– Можно задать один вопрос? – Остановившись, Сакё повернулся к нему.
– Да?
– Тот суп, который вы подавали в прошлый раз, что-то вроде минестроне… Его послевкусие отчего-то напомнило мне какэсобу из «Вакамии». Наверное, мне показалось?
– Это чистая случайность, но думаю, в их составе оказался один и тот же ингредиент – сок имбиря. Им приправляют черепаховое мясо. А в прошлый раз я добавил немного для того, чтобы бульон согревал.
– Поэтому и получился похожий вкус.
– А вы тонкий ценитель, – улыбнулся Нагарэ.
– Большое спасибо! – Поклонившись, Сакё двинулся было на запад по Сёмэн-доори, но вдруг снова остановился. – А можно еще один вопрос?
– Слушаю. – Нагарэ сделал шаг вперед.
– На дне миски нарисован иероглиф «счастье». В этом тоже есть какой-то смысл?
– Об этом лучше спросить Росандзина, – хохотнул Нагарэ. – Когда приступаешь к трапезе, иероглифа не видно, но стоит доесть – и вот он, перед глазами. Хороший знак. Ведь то же самое и на сцене? Когда представление заканчивается, чувствуешь себя счастливым. Причем это происходит не только со зрителями, которые встают со своих мест с осознанием того, что увидели нечто прекрасное, но и с самим исполнителем.
Сакё лишь молча выслушал его.
– Удачи вам во всем! – подала голос Коиси. Лишь тогда Сакё, будто очнувшись от оцепенения, расправил плечи и зашагал прочь.
Будто ощутив на себе взгляд хозяина ресторанчика и его дочери, Сакё, пройдя примерно половину улицы, обернулся и еще раз коротко поклонился.
– Пап! – Как только они вернулись в обеденный зал, Коиси схватила отца за плечи.
– Чего это ты? – стряхнув ее ладони, обернулся Нагарэ.
– Кто говорил, что сейчас нам нельзя особенно тратиться?! А сам купил посуду работы Росандзина! – Коиси хмуро посмотрела на отца.
– А глаза тебе зачем? Я-то думал, чтобы видеть все хорошенько. Это же копия! Росандзина постоянно подделывают.
– Копия? Вот, значит, в чем дело? Но ведь тогда получается, что ты обманул господина Сакё!
– Он просил разыскать какэсобу. А посуда – всего лишь приятное дополнение, – Нагарэ поднял миску из-под лапши высоко над головой.
– А я-то решила, что ты приобрел оригинал. Иногда ты совершаешь абсолютно необдуманные покупки!
– Да мне и не нравится керамика Росандзина, если на то пошло, – потупил взгляд Нагарэ.
– Почему это? – поинтересовалась Коиси.
– Вечера нынче холодные. Лучше набэ[35] в такое время ничего не придумать, – перевел тему Нагарэ. – Ну что, устроим пир – у нас и окунь, и черепаха есть. Нечасто они оказываются на нашем столе. Можем и Хиро позвать.
– Правда? Хиро обожает набэ! – Голос Коиси стал выше.
– Как и Кикуко. – Нагарэ взглянул на домашний алтарь.
– Мама наверняка пожурила бы нас за такие излишества. – Коиси присела у алтаря.
– Иногда можно. Правда, Кикуко? – С этими словами Нагарэ Камогава возжег палочку благовоний.
Глава 2. Рис с карри
1
– Значит, до Токио по времени ехать столько же, что и сюда, – пробормотал Нобуо Мацубаяси, выйдя на платформу номер семь на станции Киото и бросив взгляд на станционные часы.
Около десяти он выехал из Канадзавы[36] на экспрессе «Буревестник»[37] и примерно в десять минут первого был уже в Киото. Время в пути – около двух часов пятнадцати минут.
Как раз с полмесяца назад Нобуо ездил в Токио, и путешествие заняло два с половиной часа. Он в очередной раз поразился тому, насколько быстрее движутся поезда «Синкансэн»[38] по сравнению с обычными железнодорожными линиями.
Поднимаясь с платформы по лестнице, Нобуо споткнулся на третьей ступеньке и чуть не упал. В тот момент он явственно ощутил, как сильно постарел.
Выйдя со станции, мужчина двинулся прямо на север по улице Карасума-доори. Он был в легкой одежде, а из вещей взял только черную сумку, которую теперь нес на плече. Мелкими шажками он быстро пересек Ситидзё-доори, а затем свернул на восток и оказался на Сёмэн-доори.
35
36
37
«
38
«