— Там был квалис. Они хотели отдать меня квалису, — повторила я, стараясь побледнеть, затрястись и сделать безумный, стекленеющий на глазах взгляд.
Я знаю, что плохая актриса. Но другого выхода не было.
— Хм…это сильное обвинение, — тяжело вздохнул глава Академии, ожидаемо не реагируя на мои старания. — Зачем это им? Допустим, я верю тебе. Допустим… Но это совершенно не объясняет то, что к тебе вернулась магия.
Магия. Бурлящая, желающая вырваться на волю, чтобы снести тут все к сиренам! И этого опасного мага, и оранжерею с ее навязчивыми запахами. Я вдохнула поглубже, чтобы что-нибудь ответить Байору, что-то типа: «Я не знаю», но вдруг поняла, что голова кружится, и я не могу издать ни звука. Да я даже упасть не могу!
— Жаль, — магистр склонил голову на бок, внимательно разглядывая мое испуганное, оцепеневшее лицо. — Жаль, что года два назад Советом было принято решение отменить дисциплину зельеварения в пользу дополнительных часов по боевой магии. Такое время… Нужны охотники на монстров, а не травники. Я, между прочим, выступал против подобного решения, но был в меньшинстве. Зельеварение во время учебы в Аэвлин было моим любимым предметом. И ты знаешь, Аурелия, я очень преуспел в этом.
Байор говорил, словно напевал колыбельную. Перед глазами все поплыло, захотелось спать…
— Зря маги пренебрегают растениями. Они очень полезны. Всего одна капля эликсира правды на цветок каямы — и ты ничего не сможешь скрыть. Запах тебя захватит, вскружит голову, вызовет воспоминания, а я… Я смогу их увидеть! Тебе даже не придется ничего мне рассказывать. Тебе вообще ничего не придется делать. Здорово, правда? Ну же… Расслабься, Аурелия. Расслабься и доверься мне. Так будет правильно.
Вот тут мне стало страшно.
Увидеть все. Я задрожала.
— Не бойся, это не больно. Тебе же нечего скрывать, ведь так?
Теперь в голосе была явная насмешка.
— Что у нас тут?
Маг замолчал, внимательно разглядывая мой бег по пляжу от «морского» чудовища. Хмыкнул, когда тот замер перед ним. Байор, оказывается, умел еще и останавливать просмотр воспоминаний. Потом — смерч, волна обрушивается на берег, по песку ползут огромные щупальца! Отвратительно чавкая ненасытными присосками, — они цепляются за платье, обвивают ноги, и тащат, тащат в воду бедную меня! Потом — все. Темнота…
Байор скрестил руки на груди и нахмурился, прибывая, видимо, в тяжелой задумчивости. А я… Я хоть и не могла пошевелиться, но была с ним крайне солидарна.
Похоже, нас с магистром мучил один и тот же вопрос: ЧТО ЭТО?
Глава 3
Магистр не сводил с меня глаз, а я, хоть и была удивлена не меньше, еле сдерживалась, чтобы не захохотать. Не важно, КАК это получилось, но получилось просто замечательно!
— Ужас, правда…? — прошептала я, прикидываясь глупенькой испуганный девочкой, готовой вот-вот упасть в обморок.
— Да не то слово… — прошипел ректор и холодно усмехнулся. — Ладно. Пора идти. Нас ждут.
Маг развернулся и отправился к выходу, я же не сдвинулась с места, наблюдая, как он подходит к белым дверям. Резные створки отворились, Байор остановился и, не оборачиваясь, бросил мне:
— Аурелия де Виеро, не заставляйте меня ждать.
— Альваро, — поправила я. — Это фамилия моего отца.
— Хм…хорошо.
Мы оба знали, что я обманывала, но доказательств у Байора не было. И все же при разговоре я успела заметить крошечную искру сомнения мелькнувшую в глубине его глаз. Она вспыхнула и погасла, оставив после себя непроглядную тьму. Вот и сейчас он колебался. Ошибка сильных мира сего, недооценивающих тех, кто слабее. Ректор сделал еще несколько шагов, пока, наконец, понял, что я по-прежнему стою в ожидании. — Аурелия Альваро! Я жду…
Я поплелась следом за ним. Мы миновали ярко освещенный огненными сферами коридор. Хрустальные шары парили в воздухе, щедро делясь ярким, холодным, слегка голубоватым светом. Внутри светильников плясали яркие искорки, и их отсветы, скользящие по мраморным стенам, создавали впечатление, как будто ты под водой. Вдоль каменных стен безмолвно застыли доспехи, словно стражи, охраняющие, путь к главному парадному залу замка.
— Я думала, мы идем в ваш кабинет, — робко заметила я, когда магистр Байор остановился перед мерцающей аркой.
— В чем дело, Аурелия? Вы нервничаете? — насмешливо осведомился он.
— Немного не по себе, — честно ответила я, хотя у самой душа забилась в пятки и категорически отказывалась выходить.
— Проходите, — милостивый кивок, приглашающий меня войти.