– Параллельно, Ассамблея Кланов формально главная сейчас на территории Муниципалитета, – возвращается подполковник к пояснениям в мой адрес. – И уж оттуда ветры по данному инциденту дают весьма характерные, м-да. Я не большой специалист в ваших местных раскладах, но, насколько я понял, клан вашей подруги Хаас пытались каким-то образом сковырнуть с главенствующей позиции в Ассамблее их ближайшие конкуренты. Будущую жену наследника которых вы и ухлопали самым первым выстрелом. А на Хаас они рассчитывали надавить путём снятия вас, как фигуры, с игровой доски.
– Если нужно, я со стороны медицины подтвержу обоснованность его решения стрелять, – Камила тактично и хмуро пялится в монитор, но не скрывает, что полностью участвует в разговоре.
– Учту, но думаю, в этом не будет необходимости, – снова слащаво и куртуазно изрекает в её сторону Бак. – Потому что…
Затем он разражается серией инструкций в мой адрес.
– Запомнили? – Спрашивает он от двери. – А то мне уже пора.
– Да. Дословно.
– Алекс. – Бак задерживается на мгновение у двери. – Ещё момент, последний на сейчас. Не расслабляйтесь! У этих бесед, – он неопределённо ведёт рукой вокруг себя и в сторону окна, – однозначно будет продолжение, причём в самое ближайшее время. Держитесь ровно в таком стиле – и всё будет нормально. И ещё кое-что… Не в моих правилах говорить такое, вдобавок соискателю… НЕ РАСКИСАЙТЕ! Доведите до конца кое-что из нашего совместного плана! Возможно, это окажется самым лучшим ответом всему миру, и трамплином для решения того, – он чуть играет бровью, – что вы себе сейчас наверняка придумываете. Насколько я успел узнать вас лично.
Здесь он меня, конечно, в одно мгновение взбесил. Покровительственным тоном, интонациями свысока, отстранённостью и демонстративной дистанцией, граничащей с показной брезгливостью.
Напоследок ему удаётся меня удивить: он возвращается к моей капсуле, сжимает одной рукой моё плечо, а второй жмёт мою правую ладонь:
– Как минимум, кафедра с вами. Мы ещё тоже кое на что способны.
Одна из кафедр Корпуса.
– Ну что? Как там оно? – заведующий кафедрой при появлении одного из преподавателей мгновенно вскакивает из-за стола и почти бросается тому навстречу.
– Штатно. Местных сбреют юристы, мне звонил от них папа одной нашей учащейся…
– О! Не говори дальше вслух, я понял, о ком ты… Лично тебе звонил?! С каких пеньков?!
– Ни до кого больше не дозвонился: там же ничего не работало, – напоминает вошедший. – Девочка подошла ко мне уже позже; кстати, она подтвердила слова отца. Дополнительно оговорила: даже если бы позиция её взрослых была иной, она бы полноценно действовала в наших интересах. Со всеми доступными ресурсами. Просила лично в ней не сомневаться и её при планировании учитывать.
– Ну-у, если такая девочка на его стороне, это успокаивает больше, чем всё остальное, – многозначительно ухмыляется начальник. – Личная мотивация – она в таких делах самая мощная…
– Там нет ничего такого, о чём поёт твоя озабоченность, Лео! – холодно отрезает подчинённый. – Есть просто рамки нормальной человеческой порядочности и дружеской симпатии, которые…
– ХОРОШО-ХОРОШО! – полковник примирительно поднимает руки. – Продолжай!
– Томсоновские роют сразу во все стороны, но главный лейтмотив прост: как бы поскорее откараскаться от дела. Закрыть любой ценой. Ради этого, готовы договариваться со всеми.
– Безопасность там нас не опережает? – в этот раз шутливое выражение слетает с лица заведующего кафедрой.
– Не в этот раз. Имел место даже не просто явный залёт, а форменный подлог. Теоретически, квалифицируется как должностное преступление.
– Как вскрылось? – на лице начальника угадывается загадочная улыбка.
– Тебе благодарность вынести? Ну СПАСИБО! – сварливо огрызается преподаватель. – Да, ты был прав, – сбавляет он тон через мгновение. – Удалённая сверка документооборота выявила несоответствия. После этого, ИскИн автоматически заблокировал директорию и прошёлся по ней мелким ситом. Накопал столько, что безопасность теперь учиняет следствие внутри самой себя и изо всех сил пытается не выпустить собственное дело из своих рук.
– Не понял? – вскидывается заведующий кафедрой. – Ты о чём?
– У меня там есть товарищ. Ну, скажем, знакомый, с которым мы в своё время с Лубанго вместе начинали, – вошедший красноречиво играет бровями. – Полностью и открыто, конечно, ничего не скажет, но на наводящие вопросы намекнул. В общем, они стараются, чтоб дело вёл их департамент внутренней безопасности. Больше всего опасаются передачи в прокуратуру, и все силы направлены на это.