— А ты кто?
— Че?
— Ты вопросом на вопрос отвечаешь?
— Давно не получал?
— Ты меня бил прежде?
— Конечно, — ухмылка становится еще шире.
— Первый раз вижу идиота, который избивает эргла, а потом дает ему пять золотых.
— Ты, ты…, - ухмылка сменяется перекошенным оскалом. — Я тебе одолжил монеты, а бил за то, что ты их не отдал, — на лице задиры удовлетворение от удачной мысли.
— Не помню тебя вообще.
— Кого это волнует?
— Меня нет.
— С тебя пять монет или будет хуже.
— Хуже не будет, а ты ничего не получишь.
Решать проблему придется сразу и жестко. Если я сейчас хоть на чуток прогнусь — не слезут. Не знаю, что противник из себя представляет, но тело мне досталось нормальное и память в порядке. Не знаю как у эрглов с подготовкой, а узнать придется и на собственной шкуре. Задира надвигался на меня намереваясь устроить потасовку. Я поставил миску с едой на стол, чтобы освободить руки. Противник еще в начале разговора отдал свою посудину одному из дружков.
— Что здесь происходит? — раздается у меня над ухом голос инструктора.
— Я не помнил, что этот стол занят. Мы уже уходим, — хватаю свою миску, чтобы уйти.
— У нас нет именных столов. Раз ты первый за него сел, никуда уходить не нужно. Я прав, Гнурал?
— Конечно, наставник, — пошел на попятную Гнурал.
Троица быстро ретировалась и мы с товарищами остались за столом одни. Я намеревался позавтракать, пока еще что-либо не произошло. Не успел донести ложку до рта, как друзья заговорили наперебой.
— Да, дела…., - начал обычно неразговорчивый Димлан. — Теперь не отстанут. Зря ты сказал, что память потерял. С монетами он ловко придумал.
— Обломится, — сообщил я, прожевав первую ложку, и тут же зачерпнул вторую.
— Ты его не помнишь?
— Помню, что он враг, — бубню с набитым ртом.
— Он тебя на самом деле бил.
— Так, парни, быстро краткую информацию о нем. Имя, за что бил, его слабые места, его сильные места, за что меня ненавидит.
Пока друзья переглядываются, продолжаю работать ложкой и челюстями.
— Я тебя не узнаю Лакир, — с заминкой говорит Димлан.
— Я себя тоже. Не отвлекайся.
— Побил он тебя лишь один раз, чаще вы словесные перепалки устраивали. Его отец один из наших инструкторов, натаскал Гнурала хорошо.
— Хорошо в рукопашном бое или на мечах?
— Дела…, - удивляется Димлан. — Ты не помнишь, что для нас главное — бой в воздухе.
— Для вас да, для меня уже нет.
— Извини, я не хотел….
— Проехали. За что он на меня взъелся?
— Твой братец Бранир, гонял его постоянно. Недолюбливал из-за его гнилой натуры. Он у папаши поднатаскался и начал отыгрываться на тебе.
— И все?
— Еще его родственник в тот день охранял проход, — вставил Мутир.
— Откуда ты знаешь? — уточняет Виткар.
— Мой дядька тоже в тот день дежурил возле потока.
— Что с ними теперь? — спрашиваю у Мутира.
— Отправили на землю охранять границу. Хорошо хоть крыльев не лишили.
— Мне очень жаль, что так получилось. А вы, как мои товарищи не знали, что я задумал? Может меня кто подначивал, на слабо взял? Может безответная любовь?
— Нет. Мы сами удивились, с чего ты туда поперся и как проскользнул.
— Я ничего не помню, кроме сильного ветра.
— Он тебя изменил.
— Он отнял у меня часть памяти.
— Это тоже, но он тебя изменил. Ты стал другим, старше что ли? — после паузы добавил Мутир.
— Не знаю. Чего мне сейчас от этого Гнурала ожидать? На дуэль вызовет?
— Дуэли запрещены. Пакости будет подстраивать. Если никто не видит, может подраться с тобой.
— Его дружки?
— Прихвостни, сами по себе не дернутся.
— Какой тут распорядок дня?
— Да, дела…, - опять удивляется Димлан и начинает объяснять.
После завтрака начинаются занятия. Первыми история Алгола, потом письмо, потом языки, потом математика, потом магическая подготовка и в самом конце воздушный бой. Для бескрылых младенцев еще обычный бой на мечах, а как крылья прорежутся только воздушный бой. Ничего, я смогу в воздухе полетать и без крыльев. Левитацию освоить можно быстро, запас магии у меня безграничный, посмотрим, как вас тут учат.
После завтрака учеников направили по аудиториям. Все те же пещеры в скалах, только побольше размером с кафедрами внутри. Между пещерами по краю скалы высечены тропинки, чтобы малышня без крыльев могла ножками топать. По краю тропы установлен магический барьер, не позволяющий упасть вниз. Тех, у кого есть крылья, барьер пропускает.