«Все равно обидно… но я приду. Аллеечка… хорошая!» – ответила Катя.
«Алексей…», – демоница не успела сказать.
– Я схожу покурить, Госпожа, – ответил из прихожей Аколит.
«А я к Вале слетаю, госпожа Аллея», – отметился Дух.
«Тимур, через пятнадцать минут в спальню, будем ставить Аделаиде ментальный усилитель со сторожевым тенком», – закончила раздавать приказы суккуба.
Аллея поднесла палец к губам, призывая Аделаиду к молчанию.
Через три минуты из прихожей раздались нарочито громкие слова Нины:
– Мы ушли.
«Проказница», – подумала демоница, подняла на ноги Аделаиду и стала ее нежно целовать.
– Хочешь, я снова отнесу тебя на руках? – спросила суккуба прервавшись.
– Хи, хи…, мне неловко, но…страшно приятно, – зарделась женщина.
– Мне не тяжело, и тоже приятно, – Аллея подняла свою Деличку на руки и понесла ее в спальню, – мама бы отругала меня за такие глупости, а может еще и отругает, но… мне… хорошо.
Сгрузив подругу на кровать Аллея легла рядом, и нежно провела рукой по щеке Аделаиды.
– Сегодня ночью Катюша пыталась заняться со мной сексом. Очень робко и наивно. А я показала ей что приносит мне удовольствие – вашу ко мне любовь, – суккуба приблизилась к женщине глядя ей в глаза, – сейчас я отзеркалю твои чувства ко мне.
Аделаида… поплыла. Волны неги перемежались страстными порывами и расслаблением полного счастья. И снова…. И снова. Оргазм она не испытала, но это были такие сильные и приятные ощущения… Женщина на десять минут ушла из реальности… в рай? В беззаботное место цветущих садов, наполненных любовью. А потом, как будто эхо раздалось:
– Утро красит нежным светом стены древнего Кремля…
Оболенская открыла глаза. Рядом смеясь лежала демоница.
– Это Тимур. Этой песней он будет нас по утрам. Сейчас он проникнет в тебя и изнутри черепа на лоб нанесет магическое плетение – ментальный усилитель. Ты сможешь слышать и видеть приведения, общаться со всеми нами мысленно, а со временем научишься читать мысли обычных людей, и закрывать свои мысли, от ментально активных существ, – Аллея погладила женщину по руке, – это не больно. Почти. Шучу. Ляжь ровно на спину, расслабься и постарайся не шевелиться.
– Глаза закрыть? – немного неуверенно спросила Аделаида.
– Как хочешь, – ответила суккуба, наклоняясь куда-то к руке.
Через десять минут Оболенская открыла глаза. Возле кровати со стороны двери виднелось какое-то прозрачное образование, напоминающее «хищника» в невидимом камуфляже, из одноименного фильма с Арнольдом Шварцнегером.
– Здравствуй Тимур, – удивленно произнесла женщина.
– И вам не хворать, Аделаида Владиславовна, – ответил дух.
– Пойдем, я провожу тебя до машины, – суккуба начала вставать, – через пятнадцать минут у меня с девочками танцы в «ковене».
– А мне можно с вами? – улыбнулась Оболенская.
– У девочек растут тела, им жизненно необходимы нагрузки на мышцы, тебе именно эти танцы не нужны, у тебя хорошо сформированное тело взрослой женщины, – Аллея с какой-то грустью посмотрела на свою подругу, а затем напрыгнула сверху и начала целовать.
Через пять минут тело женщины затряслось в сильном оргазме.
– Извини, – демоница гладила по волосам очнувшуюся Аделаиду, – я старше тебя, чуть-чуть, но я проживу, если все будет хорошо, лет восемьсот, ещё. И я подумала, что вы живете так мало… а я уже похоже привязалась ко всем вам.
Оболенская уже привычно взяла руку суккубы и поцеловала её.
– Не извиняйся, Аллеечка. Ты есть у нас, мы есть у тебя, и мы все тебя любим. А это главное. А сколько кому суждено – это не важно. Главное, как мы проведем эти мгновения между до… и… после. А прожить их в любви – самое лучшее, что можно придумать, – Оболенская поднялась, – ты грозилась проводить меня до машины?
– Смотри, Михаил, я пронумеровала листочки, и ты сможешь понять всю схему, – Аллея объясняла Целиносу – племяннику принцип работы магоэлектрического преобразователя, – а саму работу сейчас увидишь. Валя иди ко мне.
– Помнишь, как утром Тимур создал канал в теле? – демоница нанесла плетение на «внешнюю» сторону приведения.
– Тимур, – позвала Валентина, – объясняй, как ты сделал.
– Представь, что тебе нужно лететь, но спину что-то держит. – Дух дернулся на месте, и в нем образовалась щель, которую он тут же расширил до канала.
С пятой попытки это получилось и у Коваленко.
– Молодец, Валюша, теперь лезь в банку, – подмигнула духу женщины Аллея, нанеся плетение на «внутреннюю поверхность» призрака.