Выбрать главу

— Жорж, жму руку! Я даже больше тебе скажу: от лица Курсов объявляю вам благодарность за такое полезное изобретение.

— Служу Советскому Союзу! Но на целое изобретение не потянет, так, доработка небольшая. Но да, удобная.

— Не скромничай, курсанты высоко оценили преимущество твоих накладок, особенно наколенники помогают. И еще — у нас по вашему примеру намечаются практические занятия с резинострелом, посмотришь? Мы твою защиту скопировали. Может даже поучаствовать захочешь?

— Я? Против ваших волкодавов? Неее, ни в жизнь. Я только против своих пёсиков, и то в воспитательных целях, чтоб ума прибавить. Опять же, у вас их много, а я один.

— Жорж, ты что, думал, я тебя против целой команды выставлю? Всё по-честному, трое на трое.

— Против троих ладно, против троих попробовать можно.

— Ты серьезно или пошутил?

— А давай попробуем, Сергей Александрович, только не на полигоне, а на складе. Он большой, опять же резинками мы вам там ничего не побьем, там же даже окошки малюсенькие и под потолком.

— Милославский, тебя за язык никто не тянул.

Вроде я на самоубийство подписался, но я так не думаю. Опыт работы накоротке в быстром темпе именно с автоматом имеется, хоть и не в этом теле. Зато это тело хорошо прокачано в плане управляемости, и зрение не село еще. Опять же я не думаю, что курсанты Голова так заточены бод ближний бой. Я прикинул, тут стараются или бить точно издалека, или в рукопашную натаскивают своих волкодавов. Эх парни, зачем вам ножи и приемы самбо, когда у противника в руках будет Хеклер-Кох и Узи с неприличным боекомплектом?

Я не стал снайпером ни в том времени, ни в этом. Зато в силуэт попадаю почти не целясь, то есть одиночными с интервалом в полсекунды или короткими очередями с интервалом в секундочку. Что ж, посмотрим, как подготовка в этом плане бытия пляшет против дилетанта двадцать первого века, взращённого на пейнтболе, практической стрельбе и многих, многих сотнях отстрелянных патронов.

— Товарищи курсанты, сегодня против вашей команды будет выступать один из наших преподавателей. В том смысле, что он будет один. Ваша задача найти его в здании склада и условно уничтожить. И прошу поаккуратнее, одного попадания достаточно. В спину в упор не стрелять, достаточно на близкой дистанции сказать: «Убил!» Издалека в спину можно. И в плен тоже брать не пытайтесь, он не сдастся. Противник спрятался, можете начинать зачистку.

У меня была фора в десять минут, автомат и нож. А еще моток бечевки. Несколько пустых консервных банок подобрал уже на складе, что несказанно порадовало. Три банки в плохо освещенных местах были оставлены на манер растяжек. Когда первая упала с полки с характерным звяканьем, я понял, откуда приближается как минимум один из противников, благо кошек я не заметил, кошачьего дерьма тоже. Лежу такой между стеллажей и внутренне посмеиваюсь — перестрелка превратилась в прятки. Банка очень вовремя меня предупредила, практически охранная система фирмы «Союзконсервмолоко». Когда курсант вышел из-за угла, у него не было ни одного шанса. Короткая очередь снизу, вопль и падение не оставили вопросов типа «попал или нет?», я ж тот еще попаданец.

Короткая перебежка и пачка чего-то нетяжелого переброшена через стеллаж, изображая мой звуковой след. Шорох впереди в полутемном прогале зала, опускаюсь на колени, затем на корточки. Из-за стеллажа выскакивает цель номер два и дает приличную патронов на пять очередь над моей головой. Двоечка по нему, такие коротыши у меня получаются сами собой, палец сам соображает, как жать на крючок. Еще одна левее в темноту, кувырок и третья очередь за спину на всякий случай. Спурт с низкого старта подальше отсюда, лег, затих. Это тут еще нет фишки помощи раненому, а то бы и около раненого ловил бы курсантов. Рассказывали, летом за норму в этом учебном заведении устраивать марш-броски диверсионных групп с «раненым» — шестидесятикилограммовым чучелом борцовским. Одна компания забила на процесс, на финише доложились, что раненый товарищ умер от ран и был похоронен в лесу. Смышленые парни ночью были подняты с коек и отправлены на эвакуацию тела павшего «товарища». Но тут у нас «раненых» не бывает, только убитые. А кто это сопит вверху? Вот это я уважаю, последний выживший забрался на стеллаж и высматривает меня сверху. Даже жалко валить такого тактически продуманного типа. Стоп, так он с самого начала там сидит, раз я не слышал, как он лезет. Получается, группа должна была меня загнать на него под выстрел? Вот гады!