А теперь он смотрел на неё, почти 10 лет спустя, такую невероятно красивую на другом конце Европы во Флоренции, руководящей возвращением полотна на свое место. Что черт возьми случилось с этой девушкой?
Он ждал ненависти в её глазах, хоть какой-то искренней злости, ярости, неприязни, но Гермиона только улыбнулась. Невинно и мягко, как, пожалуй, могла бы улыбнуться незнакомцу, но не ему уж точно.
Драко ничего не понимал.
Она шагнула вперед, опустила папку в руках, так и не стерев улыбки со своих губ.
— Да уж… — на выдохе произнесла девушка, чуть приподняв брови.
Он был с ней полностью согласен, но все еще не мог отвести взгляд и сказать хоть слово.
— Не так я думала, что встречусь с кем-то из Лондона, — Гермиона опустила глаза в пол едва ли на мгновение, почти сразу возвращаясь к нему. Малфой заставил себя сказать хоть что-то.
— Как ты… тут оказалась? — видимо, выражение недоумения на его лице её забавило, поскольку вызвало лишь тихий и короткий, но беззлостный смешок. Она махнула рукой вперед, приглашая прогуляться.
— Работаю здесь вообще-то. А ты?
— Проездом по работе, — коротко ответил он.
— Прямо перед днем Святого Валентина? — её сарказм был слышен в голосе, но снова Драко не мог расслышать какой-то злобы в этой язвительности. Он пожал плечами, засовывая руки обратно в карманы пальто.
— Работа, Грейнджер, она такая. Встречи с партнерами, все такое… — стараясь улыбнуться ответил Малфой.
Её щеки чуть покраснели.
— Да, пожалуй, понимаю. Как жизнь… в Лондоне?
Вопрос звучал неловко, даже с ноткой некой боли, и ему было куда интереснее узнать почему, чем он ожидал.
— Ты спрашиваешь о чем-то конкретном?
Будто разговор на встрече одноклассников. Боже, у него по спине пробежались мурашки, заставляя его хоть немного опомниться о том, где он и с кем. Гермиона Грейнджер. В картинной галерее Флоренции. Спрашивает его, как там в Лондоне.
Это не укладывалось в его голове.
Она уклончиво промолчала, и повисла та самая тишина, что так неприятно давила на барабанные перепонки. Несмотря на все звуки вокруг них. Было в этом… нет, Драко не знал, как он мог бы все это описать. Ему требовалось, чтобы его кто-то ущипнул, пока что все казалось то ли дурным, то ли обычным сном.
— Не уверен, что готов рассуждать о политике и экономике на отдыхе, Грейнджер.
Гермиона коротко усмехнулась.
— Ну да.
Он видел, как она укусила верхнюю губу, но произнести желаемое (как он думал) так и не решилась. Поэтому, с тяжелым вздохом, как истинному джентльмену, ему пришлось взять эту роль на себя.
— Поттер женился, у них с Поттереттой двое отпрысков, — она тут же подняла к нему голову, и в глазах мелькнуло нечто необычайно теплое, даже родное. — Уизли тоже вроде как готовится…
Его прервал один из служащих музея, подбежавший к девушке и что-то пролепетавший на итальянском. Из тех слов что Драко еще был способен распознавать, он узнал выставки, картины, начинается, нужна и помощь.
— Arrivo subito. La Prego, dica a Madame Bruno che non ha nulla di cui preoccuparsi{?}[Я сейчас подойду. Пожалуйста, скажите Мадам Бруно, что ей не о чем волноваться.], — лучезарно ответила ему Грейнджер. Салазар… он не слышал такого итальянского даже от тех, кто прожил тут годами и десятилетиями. Она говорила так чисто, словно жила в Италии вечность.
Подчиненный исчез за поворотом также быстро, как и появился, а она повернулась к нему.
— Послушай, у меня правда сейчас очень много работы… — только успела неловко объявить ему Гермиона, как он тут же перебил.
— Да, понимаю, я тут не к месту. Ну ладно, был рад встрече.
Она мотнула головой резко, отрицая его слова, и это было так чертовски по-итальянски. Грейнджер чуть надула губы и заставила его замолчать даже этим простым движением. Драко не смог сдержать ухмылки.
— Может поужинаем сегодня? Я была бы рада послушать, как там все складывается… в Лондоне. Приятно… — снова короткая запинка. Не было понятно, то ли английский давался ей с таким трудом, то ли признание, — видеть кого-то знакомого здесь.
Малфой кивнул, едва отворачивая подбородок, выказывая ей все свое согласие, которое у него было. Он даже не успел подумать. Да и о чем? Его вечер занят не был, а девушка, прожившая во Флоренции не меньше 5 лет, наверняка могла поведать ему что-то интересное. Как минимум о себе.
— Знаю один хороший ресторанчик у Капеллы Медичи. Подойдет? — её лицо озарила крошечная надежда и губы дрогнули в улыбке. Драко ничего не знал о девушке перед ним.
— Ты здесь живешь, тебе лучше знать, — он позволил себе коротко улыбнуться в ответ. Грейнджер открыла папку на замке, где обнаружились не только многочисленные документы, но и телефон, планшет, несколько листочков для заметок и ручка. Она что-то написала на одном из таких кусочков бумаги, протянула Малфою.
— Это адрес и мой номер, если вдруг что-то пойдет не так. Увидимся в 7.
Она упорхнула в сторону одного из залов, тихо ругаясь на итальянском, и что-то подсказывало, что не по его поводу. Но все равно… Салазар.
Поездка в Италию только что приняла неожиданный оборот.
Вечер 12 февраля.
Что Драко Малфой мог знать о Гермионе Грейнджер? Она любила небольшие ресторанчики в самом центре города, где продавалось дешевое, но, по заверениям официанта, очень приличное вино. Несколько лет назад его волновала её кровь, и он звал ее грязнокровкой. Она была заучкой с вороньим гнездом на голове, с двумя зубами чуть большими, чем обычно.
Она… помогла Святоше Поттеру и Уизли победить Волан-де-Морта. Получила звание «Самой умной ведьмы столетия». Была совершенно невыносимой всезнайкой и язвой все годы его школьной жизни, и исчезла сразу же после последней битвы.
Гермиона любила все оттенки бежевого, имела великолепную фигуру и улыбку, разбиралась в стиле и совершенно невероятно говорила на итальянском.
Последние выводы он сделал, когда заметил, как она подходит к небольшой остекленной веранде на улице прямо на площади, ресторан на которой она выбрала в бежевом пальто, простом свитере и брюках, обмолвилась несколькими словами с официантом и улыбнулась, когда тот указал ей на Драко.
Пожалуй, он хотел бы узнать, что случилось с той девушкой из его прошлого за эти десять лет. Он забрал у нее пальто, аккуратно отодвинул стул, помогая ей устроиться, попросил у официанта теплый плед на плечи и сел напротив.
Гермиона снова мягко улыбнулась, наконец выдыхая. Возможно, она боялась, что он не придет. Перед ними уже стояло по бокалу белого вина, и Драко надеялся, что не ошибся с выбором.
— Привет.
— Привет, — улыбнулся он в ответ, тоже неожиданно для себя расслабляясь. — Я не стал ничего заказывать, чтобы не ошибиться. В конце концов, о твоих вкусах я знаю… ровно ноль, — Малфой коротко усмехнулся.
Грейнджер подхватила меню, перелистывая первую страницу.
— Я, честно говоря, вообще не до конца верю, что ты правда здесь, — он видел её хитрые глаза из-за высокого меню, и это заставило что-то внутри затрепетать.
— Вот как? Ни одного знакомого за столько лет в этом укромном уголке?
Его сарказм заставил её коротко рассмеяться и отложить меню в сторону после сделанного выбора. Она поставила локти на стол, а подбородок на ладони, смотря на Драко в упор.
— Не то, чтобы меня было кому искать.
Теперь смеялся уже Драко, также тихо и с явным удивлением.
— Шутишь? Моя газета пестрила новостями о том, что тебя видели то в Лондоне, то на Ямайке, то в Китае просто постоянно!
Гермиона приподняла брови.
— Выходит, никто не угадал.
— Выходит, что так, — он подозвал официанта и махнул рукой для нее, давая шанс заказать первой. Она ждать не стала, отдавая четкие указания, а после умолкла, ожидая Драко. Возможно, что именно из уважения к нему, она перешла на английский. Или просто стеснялась говорить на итальянском.