Конечно, роль торговли в различных греческих государствах была неодинаковой. Торговля имела особое значение в наиболее развитых в экономическом отношении полисах. В небольших городах отсталых районов Греции — Этолии, Фессалии и других, особенно расположенных вдали от моря, преобладало натуральное хозяйство и торговля большой роли не играла.
Торговое мореходство греков в VIII—VI вв. до н. э. было довольно примитивным. Плавания осуществлялись главным образом в наиболее благоприятный летний сезон, длившийся несколько месяцев, и только при хорошей погоде. Поэт VIII в. до н. э. Гесиод предупреждает о страшном риске весеннего морского путешествия, не говоря уже о совершенно невозможном осеннем или зимнем плавании. Корабли в эту раннюю эпоху совершали лишь каботажные плавания вдоль берегов или от острова к острову, не отваживаясь выходить в открытое море.
Но постепенно, к V—IV вв. до н. э., греческое мореплавание становится более активным, мореходы научились преодолевать открытые морские пространства, ориентируясь по Солнцу и звездам (компаса в древности не знали). Удлинился и период навигации, так что связи различных городов греческого мира стали практически возможными в любое время. Основные торговые пути греков пролегали по Эгейскому морю, связывая центры собственно Греции с Малой Азией на востоке и с Фракией на севере. Но постоянные связи установились и с Египтом, и с Кипром, и с греческими городами Сицилии и Южной Италии. Торговые корабли греков доходили до берегов Испании, останавливались в гаванях Северной Африки, бороздили воды Черного моря.
В больших приморских центрах были созданы торговые гавани, защищенные молами и волноломами, построены обширные склады для хранения товаров, верфи и доки для ремонта и строительства кораблей. Такие гавани были сооружены в Пирее (гавань Афин), в Сиракузах, на Делосе и др. Делались попытки и постройки искусственных каналов для сокращения пути судов. Так, на западном побережье Балканского полуострова был углублен пролив между островом Левкадой и материком. Уже в VI в. до н. э. коринфский тиран Периандр, а позднее, в начале периода эллинизма, Деметрий Полиоркет собирались перекопать Истмийский перешеек, но этот проект остался неосуществленным. Через перешеек был проложен каменный волок, по которому суда можно было перетаскивать из Эгейского моря в Коринфский залив. Значительно позднее, уже в эллинистическое время, греки стали строить маяки. Наиболее замечательным сооружением этого рода был знаменитый маяк Фарос в Александрии, который древние считали одним из семи чудес света. Этот маяк, построенный в начале III в. до н. э. и просуществовавший до XIV в. н. э., стоял у входа в гавань и представлял собой многоэтажное высотное здание, имевшее около 130 м высоты.
Александрийский маяк. Реконструкция
Греческие торговые корабли были плоскодонны, имели широкий корпус с поднимающимися носом и кормой. Ходили они под парусами и только в редких случаях употребляли в качестве двигателя весла. Корабль имел от одной до трех мачт, на каждой из которых крепился один прямоугольный парус. При такой оснастке корабли полностью зависели от погоды и были непригодны для плавания как во время штиля, так и в бурю. Нужны были большая смелость и искусство, чтобы на таких судах совершать далекие морские путешествия. Впрочем, греческие моряки умели и лавировать против ветра, используя дополнительный треугольный парус.
Грузоподъемность кораблей была различна, средняя составляла, вероятно, примерно 100—150 т. При сравнительно небольшом тоннаже грузовых судов и при очень значительном размахе перевозок греческий торговый флот должен был проявлять чрезвычайно высокую активность. Например, годовые поставки только зернового хлеба в одни лишь Афины составляли в IV в. до н. э., по-видимому, около 800 000 медимнов, т. е. около 33 600 т, что при указанной средней грузоподъемности кораблей требовало несколько сотен рейсов из хлебопроизводящих районов в афинский порт Пирей.