— Смириться? Нет! На мой век покорности хватило. Я остался в стороне на Истваане, подчинился на Калте. Но только не здесь, мальчик. Только не сейчас!
Аматним замешкался, и это едва не стоило ему жизни. Отшельник сделал выпад столь быстрый, что только скрип сервоприводов предупредил легионера об атаке. Он бросился в сторону, избегая клешни. Вместо падшего воина когти выломали куски из статуи. Ур-Набас быстро поднялся.
Инстинктивно он сделал выпад, и цепное полотно топора-крюка высекло искры из саркофага. Огромная машина крутанулась быстрее, чем Лэш мог вообразить. Клешня врезалась в нагрудник Несущего Слово, отбросив воина на расколотый пьедестал. Аматним сполз на брусчатку, по ушам ударили сигналы, предупреждающие о критическом повреждении силового доспеха. Апис и остальные открыли яростный огонь по бронированному святому, но он не обратил на это внимания. Вместо этого древний потянулся и когтями схватил Ур-Набаса за наплечник.
— Ответь мне, что делает человек, когда теряет веру? Я чувствовал себя находящимся среди великой пустыни и без надежного проводника. Боги плевали мне в лицо и шептали лживые обещания. Манили оазисами, но не было там воды, только кровь!
Святой поднял отступника, постепенно сжимая когти.
— А потом я узрел свет… Он пронзил темные небеса, поманил меня, и я последовал за ним. Вот, прошел я все пустыни и очутился перед городом на скале — из чистого золота, подобным величайшей горе, сверкающим, как плененное светило. И там я нашел ее! Не кривду, которую вы любите выдавать за правду, но подлинную истину. Ту самую, от которой мы все отвернулись, не вынеся ее победоносного света!
— Есть… только одна истина… — прохрипел Лэш, нащупывая гранаты на поясе. Ему во что бы то ни стало нужно вырваться из захвата дредноута, иначе обезумевший мудрец раздавит его. — Она… древней любого города, старее самого человечества!
— И то, о чем ты говоришь, есть ложь! Древнейшая из всех видов вранья! — прогудел Отшельник.
Боевая машина подняла еретика еще выше, вжав в колонну. На Аматнима посыпались обломки карниза. Наконец легионеру удалось сорвать гранату и взвести ее.
— Богохульство! — завизжал Ур-Набас и швырнул гранату в открывшееся переплетение кабелей и пневмоприводов в плече дредноута.
От взрыва колонна треснула, и Несущий Слово завалился назад, почти засыпанный дождем каменных осколков. Отшельник заревел, объятый черным маслянистым дымом.
Лэш рухнул наземь, на внутреннем дисплее шлема вспыхнули новые руны-предупреждения. Силовой доспех пробило насквозь во множестве мест, но сам воин оказался свободен. С усилием встав, он принялся озираться, ища, куда упал топор-крюк.
В небесах вспыхнуло. Легионер-предатель запрокинул голову и увидел, как их охватывает огонь. На орбите только что взорвался исполинский корабль. Внутри Несущего Слово похолодело. Он тут же попробовал вызвать «Славу вечную», но в ответ услышал только помехи.
Отчаянно перебрав все частоты в попытке связаться с подчиненными, командующий понял, что его войска рассеяны, от ударной группы почти ничего не осталось и со всех сторон идут сообщения о новой угрозе. С небес дождем падали десантные капсулы, доставляющие все новые и новые волны подкреплений. Пушки умолкли, артогонь почти сошел на нет. Заметив, что Апис и остальные идут, обстреливая подбитый дредноут, Аматним взвыл:
— Не смейте его убивать! Он должен жить! Так повелели сами боги!
Они еще могли победить. Если только удастся усмирить разъяренного древнего и найти способ сбежать с этой планеты…
— Если моя смерть станет пощечиной твоим лживым богам, то быть по сему! — оглушительно загрохотал Отшельник.
Дредноут одним ударом когтей свалил Несущего Слово на мостовую, сминая нагрудник, словно фольгу. Второй воин в багровом отлетел, обезглавленный, в сторону.
Ур-Набас выругался. Нужно совладать с разбушевавшимся колоссом и дотащить саркофаг до десантных катеров. Вот только их уже не осталось. Не имеет значения, всегда можно придумать иной план. Найти любой другой корабль. Захватить один из вражеских! Избранный Лоргара так близок к провалу… Но боги не покинут своего верного слугу здесь, на пороге предсказанной ими же великой победы! Или покинут?!
Аматним заметил свой топор-крюк и метнулся было к нему. Но чья-то рука перехватила запястье Несущего Слово. Легионер обернулся, и желтый кулак врезался в наличник шлема, практически разбив его. Ур-Набас пошатнулся и резко сменил положение тела, чтобы увидеть врага. Перед ним оказался огромный Имперский Кулак, прижимающий руку к ране в животе.