Кальдер вспомнил, как исчадия Хаоса спасались от Отшельника бегством, о чистом свете, который истекал из дредноута. Как будто внутри саркофага заключен не смертельно раненный легионер, но нечто совершенно иное. Подумал о Жиллимане и последних словах еретика.
«Правда раскрылась».
Сын Дорна взглянул на Имона, пытаясь найти слова поддержки и убеждения. Но на ум пришло только одно. Негласное кредо легиона Имперских Кулаков.
— Мы делаем лишь то, что сделать должно, — прошептал он. — Это все, что любой из нас может совершить.
Этого достаточно…
Принц Ганор Ковалевский торопливо мчался по разбомбленным улицам, сжимая сюрикенный пистолет. От плаща и брони он избавился и переоделся в балахон с капюшоном. Катер сгинул, взорвавшись в небесах. «Гнев Ковалевского» на вызовы не отвечал. Возможно, фрегат тоже исчез — либо улетел прочь, либо превратился в облако обломков на орбите Альмаса. В любом случае пользы от него мало.
Поначалу принц не понял, что произошло. Он никогда не сталкивался со штурмом посредством десантных капсул. Увидев, как из первой выходит взвод убийц в белой броне, Ковалевский приказал своим людям отступить, прекратить грабеж, спасаться бегством. Но было поздно.
А сейчас он оказался один.
«Нет, не один! Ни за что, принц Ганор!»
Он остановился, напрягая чувства. Нечто следовало за ним. Кто-то. Пират слышал их с того момента, как сбежал от Белых Шрамов. Враги шли в его тени, охотясь за ним в руинах Низовья.
Но, возможно, все это просто разыгравшееся воображение. Он уже ни в чем не уверен. В животе болело, голову как будто распирало изнутри. Голос уже не приносил облегчения — а приносил ли его раньше?
Ковалевский споткнулся и привалился к стене коридора-аллеи, пытаясь вызвать рвоту, но даже на это не осталось сил. Что-то неправильно. Словно его пожирают изнутри. Как будто нечто растет внутри человека.
Мысли спутались. Он хотел сбежать с Альмаса. Если его найдут, он умрет. Клан Ковалевских сгинет окончательно. И кардинал-губернатор рассмеется, услышав историю падения и гибели своих величайших врагов! В душе Ганора разгорелась искра гнева. Показалось, что он слышит ободряющий и поддерживающий голос.
«Принц Ганор, ты рожден для больших свершений! Поистине великих!»
Он оглянулся, уверенный, что к нему кто-то приближается. Мир покачнулся, и изгнанник сполз по стене. Вокруг только мертвецы. Ничего, кроме трупов, пожара и разрухи. Пират обхватил лицо руками, пытаясь набрать в грудь воздуха и собрать остатки храбрости. Он же сам этого хотел, верно? Так долго мечтал о мести…
«Я всего лишь искра огня. И ты теперь тоже».
Он помотал головой. Есть и другие места, куда можно отправиться. Безопасные. В определенных кругах имя Ковалевских еще имеет немалый вес. Он может укрыться здесь, набрать новую команду, даже устроить целую революцию! От этой мысли стало приятно.
Разумеется, кто-то выживет. Наверное, Амина Дил. Не говоря уже об остатках армии плебеев, привезенной Несущими Слово. Да, это фанатики, но умный человек сможет найти применение всему.
«Да-а-а-а… Они будут искать нового лидера, который поведет их и скажет, что делать. И почему бы тебе не стать таким вождем? Ты же принц Альмаса! Кто, кроме тебя?»
Ганор кивнул, уже не задумываясь, откуда слышится голос. Зачем беспокоиться об этом, если слова звучат настолько разумно?
Ковалевский замер.
Из темноты в глубине аллеи показалась тень. Пират схватил сюрикенный пистолет, заметив Гвардейца Ворона, вышедшего на свет. Враг оказался выше, чем предполагал Ганор, его тело облегала силовая броня. Лицо скрывал шлем в форме черепа.
Космический десантник молча поднял болт-пистолет, и Ковалевский попытался было закрыть глаза, но что-то не позволило зажмуриться. Нечто внутри него билось, вопило и требовало, чтобы он сражался, чтобы первым выстрелил.
«Сражайся, идиот! Борись за свой трон! Дерись за то, что принадлежит тебе!»
Ганор закричал и выхватил оружие из кобуры. Сюрикенный пистолет тихо свистнул, но Гвардеец Ворона уже метнулся в сторону быстрее, чем смертный успел уследить. Удар гиганта пришелся пирату в грудь, и он, задохнувшись, отлетел. Принц продолжал стрелять, пытаясь удержать нападающего как можно дальше. Как долго этот монстр выслеживал его? С момента, когда Ковалевский сбежал из верхнего уровня города? Дольше?
«Ганор, его послал кардинал-губернатор! Он жаждет твоей смерти! ТЫ ДОЛЖЕН СРАЖАТЬСЯ!»
— Не… могу, — просипел изгнанник и попытался встать на ноги. От нового удара пират снова рухнул на колени. Обернувшись, он заметил, как Гвардеец Ворона пристально разглядывает его. Ганор повалился на спину. — Давай же, покончи с этим, будь ты проклят!