Выбрать главу

Маргарита усмехнулась, тряхнула волосами и спрыгнула с края сцены, оставив его в одиночестве и недоумении. Костя привык считать себя человеком зрелым и независимым, с самостоятельным мышлением, по-мужски сдержанным. Однако Маргарита – невысокая, аппетитно-округлая в нужных местах, со стройными ногами и лукавой улыбкой – пошатнула его представления о себе. Получалось, что на него можно воздействовать очень просто: соблазном. Костя решил, что будет сопротивляться.

После следующей репетиции он погасил в зале свет, встал у дверей и скомандовал:

– Все на выход!

Маргарита, задержавшаяся не без умысла, поморгала, посмотрела на Костю вопросительно, потом махнула рукой и вышла. Вверх и вниз от актового зала бежала лестница; внизу была столовая, вверху – девчачья физкультурная раздевалка. Переодеваться Маргарите точно не требовалось, даже куртка была у нее с собой, но она все равно пошла наверх, а не вниз, демонстрируя Косте тонкие щиколотки, выглядывавшие из кроссовок на босу ногу. Взметнулся подол легкой коротенькой юбки, мелькнула белая кружевная полоска, и Костя, наскоро заперев замок, кинулся следом за ней по ступеням.

В раздевалке было темно, и он не сразу увидел Маргариту, сидевшую на скамейке. Первыми ему в глаза бросились ее коленки, загорелые после лета, белые кроссовки, вырез топа под джинсовкой. Дальше лицо – хитрые глаза, блестящие губы – и волосы, разметавшиеся по плечам. Маргарита потянулась, выгнулась, выставляя вперед грудь, похлопала рукой по скамейке рядом, приглашая садиться. Костя решил, что подчиняться не станет, и сделает так, как хочет сам – схватил ее за руку, дернул на себя, жарко стиснул в объятиях.

Маргарита была как вода, как текучий струящийся шелк; она одновременно покорялась ему и ускользала. Костя тем не менее сумел нащупать и крепкую грудь без бюстгальтера, и попу с полоской кружев. Большего она не позволила, вывернулась, шепнула на ухо: «Ну не здесь же, ты что!» Ему хотелось немедленно тащить ее куда-то – куда тащат девушку в таких случаях: домой? на дачу? – но это надо было еще обдумать, подготовиться. Наверное, она попросит, чтобы он надел презерватив, промелькнула мысль, и Костя понял, что никогда ими не пользовался и плохо представляет, как это делать.

По дороге домой он купил в супермаркете серебристую полоску с выпуклыми кружками, прихватив для маскировки жвачку и пакет чипсов, притащил домой и спрятал в ящике стола. Родители без стука не заходили к нему лет, кажется, с шести, и опасаться было нечего, но Костя все-таки дождался, пока отец вернется с работы, поужинает и ляжет, а мама выключит телевизор и уйдет в спальню за ним.

В свете настольной лампы, сидя на кровати, он распечатал один кружок и достал оттуда скользкую резинку. Покрутил в руках, понюхал – в ноздри ударил запах автомобильных шин. Вот, значит, зачем продаются другие, ароматизированные, догадался он. Надо их тоже купить.

Размышлениями о запахе он оттягивал решительный момент, когда презерватив надо будет надеть. Но для этого требуется кое-какое условие… которое у него пока не соблюдено. Костя расстегнул джинсы, подумал, что они все равно будут мешать, и снял вместе с трусами. В комнате было прохладно – ночь, середина сентября, – и по ногам побежали мурашки. Костя лизнул ладонь, попытался себя погладить, как обычно, но ничего не получалось.

Испуганный, он начал представлять Маргариту: конечно, голую, раскинувшуюся у него на кровати поверх одеяла. Это почему-то не подействовало, и Костя испугался еще сильнее, решив, что утратил мужскую силу от стресса и переживаний. Он вскочил и включил компьютер. Загрузил из тайной папки подборку фотографий, которые всегда ему помогали. Помогли и в этот раз. Условие было исполнено, презерватив скользнул, раскрутившись, на место, и Костя выдохнул с облегчением. Дело оказалось нехитрым, кто угодно справится.

Теперь уже легко было фантазировать про Маргариту, придумывать, что он станет делать с ней – фотографии подсказывали любопытные варианты. Интересно, у нее это тоже будет первый раз? Ой, вряд ли!

Костя слегка устыдился пренебрежительных мыслей в адрес хорошенькой одноклассницы, проявившей к нему интерес. Подумал, что за Маргаритой стоит поухаживать. Нечего прятаться по углам, надо позвать ее, например, в кафе. Интересно, это не против режиссерской этики? Можно ему встречаться с актрисой? На роль он ее назначил еще до всей этой истории, так что в корысти Маргариту заподозрить нельзя. И режиссер он пока не настоящий, просто десятиклассник, пробующий свои силы. Пожалуй, ничего страшного.