Конечно, много чего произошло за эти несколько коротких лет, что заставило ее напряженно трудиться и сосредоточиться на иных вещах. Пять лет назад сильный волшебник по имени Кел’Тузад навлек на себя ярость Кирин Тора своим якшаньем с противоестественной некромантской магией. Он исчез, внезапно и загадочно, сразу после того, как ему был сделан строгий выговор и ему недвусмысленно дали понять, чтобы он немедленно прекращал свои эксперименты. Эта тайна была лишь одной из многих последних событий, что помогали ей отвлечься за прошедшие три года.
Вне врат магического города также происходили разные вещи, хотя информация была обрывочна, хаотична и передавалась со слухами. Как смогла понять из услышанного Джайна, сбежавший орк Тралл, ныне называющий себя Боевым Вождем новой Орды, начал нападать на лагеря и освобождать пленных орков. Сам Дарнхольд был сметен этим самозваным вождем и превращен в руины лично им с помощью того, что, как показало исследование Джайны, было древней магией его народа – шаманизмом. Блэкмур также погиб, но судя по донесениям, оплакивали его не слишком долго. Джайну куда больше беспокоило, что эта новая Орда в итоге сулит ее людям, печали по потере резерваций она не испытывала. Только не после того, как она познакомилась с ними лично.
Она услышала голоса, один из них был полон гнева. Это было столь необычно для этих мест, что Джайна резко остановилась.
– Как я говорил Теренасу, ваши люди – уже пленники в своих собственных землях. Я повторяю это вам – человечество в опасности. Тьма возвращается, и мир находится на грани войны! – голос был мужским, звонким и сильным, но Джайна его не знала.
– Ах, теперь я знаю, кто ты такой. Ты тот пророк-бродяга, о котором говорилось в последнем письме Короля Теренаса. И я не более заинтересован в твоем бреде, чем он.
Другим собеседником был Антонидас, спокойный настолько, насколько настойчивым был незнакомец. Джайна знала, что ей нужно было осторожно удалиться, прежде чем ее заметят, но любопытство – именно то, что заставило девочку согласиться на предложение Артаса понаблюдать за лагерем орков, – теперь побудило ее сокрыть себя заклинанием невидимости и узнать о незнакомце побольше. Она подкралась поближе настолько тихо, насколько возможно. Теперь она могла видеть их обоих: того, кого Антонидас саркастически назвал "пророком", закутанного в плащ с капюшоном, украшенный черными перьями, и своего учителя верхом на лошади. – Я думал, что Теренас весьма ясно высказал свое мнение относительно твоих предсказаний.
– Ты должен быть умнее, чем король! Конец близок!
– Я уже говорил тебе, что не желаю слушать эту чушь, – спокойно и надменно отрезал архимаг. Джайна была знакома с этим его тоном голоса.
Пророк утих на мгновение, затем вздохнул:
– Значит, я попусту трачу время.
Джайна еще не успела удивиться, как фигура незнакомца расплылась. Она сжалась и изменилась, и через секунду там, где стоял человек, прикрывающий свое лицо капюшоном, теперь была большая черная птица. С расстроенным карканьем она взмыла ввысь, взмахнула крыльями и улетела прочь.
Антонидас проводил взглядом незваного гостя, пока тот не превратился в точку в синем небе и, наконец, исчез. И только потом архимаг сказал:
– Больше не нужно прятаться, Джайна. Он улетел.
Краска нахлынула на лицо Джайны. Она пробормотала обратное заклятье и вышла вперед.
– Простите, Учитель. Я услышала ваш разговор, и...
– Я и рассчитывал на твое любопытство, дитя, – сказал Антонидас, слегка улыбнувшись.
– Этот глупец убежден в том, что наступает конец света. По моему мнению, это несколько чересчур для чумы.
– Чумы? – переспросила Джайна.
Антонидас вздохнул и слез с коня, отправив его погулять легким шлепком. Лошадь привстала на дыбы, затем покорно понеслась прочь к конюшням, где за ней должен был присмотреть конюх. Архимаг подозвал свою ученицу к себе и протянул ей свою скрюченную руку.
– Ты помнишь, я недавно отправлял посыльных в Столицу?
– Я думала, что это касается ситуации с орками.
Антонидас пробормотал заклятье, и через несколько мгновений они появились в его частных апартаментах. Джайне нравилось это место; любимая ей неопрятность, запах пергамента, переплета и чернил, старые стулья, на которые можно было присесть и забыться, погрузившись в чтение. Он жестом попросил ее сесть; согнув палец, он заставил струю нектара переливаться из кувшина в кубки.
– Ну да, это было на повестке дня, но мои делегаты считают, что прямо у нашего порога появилась куда более опасная угроза.
– Более опасная, чем воссоздание Орды? – Джайна протянула руку, и кристаллический кубок, заполненный золотой жидкостью, поплыл прямо ей в ладони.
– Орки, в теории, могут остепениться. А вот болезнь – нет. Есть сообщения о чуме, свирепствующей в северных землях. Мне кажется, что Кирин Тор должен обратить на это пристальное внимание.
Джайна посмотрела на него, ее лоб пересекла морщинка, когда она отпила из кубка. Вообще-то болезни находились в ведении жрецов, не магов. Если не...
– Вы думаете, эта болезнь – порождение магии?
Он кивнул лысой головой.
– Весьма вероятно. Вот почему, Джайна Праудмур, я прошу тебя отправиться туда и найти причину этой эпидемии.
Джайна чуть не поперхнулась нектаром.
– Я?
Он по-отечески улыбнулся.
– Ты. Ты изучила почти все, что я мог тебе преподать. Настало время использовать эти навыки за пределами безопасности этих стен, – его глаза вновь игриво сверкнули. – Я уже договорился о том, что тебя будет сопровождать… один человек.
Артас отдыхал, прислонившись к дереву, подняв лицо навстречу слабому солнечному свету и закрыв глаза. Он знал, что излучает спокойствие и уверенность; этого он и хотел. Его люди слишком беспокоились из-за всего происходящего. Он не должен был показывать им, что тоже волнуется. После всего этого времени… как они пойдут бок о бок? Возможно, все же это было не совсем мудрое решение. Но все донесения умоляли о помощи, и он знал, что ее знания наиболее подходили для этой ситуации. Они хорошо сработаются. Они должны.
Один из его капитанов, Фалрик, которого Артас знал уже многие годы, топтался на месте, немного проходя вперед по одной из четырех дорог на перекрестке и затем возвращаясь, чтобы свернуть в другую сторону. На холоде было видно его дыхание, и по нему можно было сказать, что его раздражение росло с каждой минутой.
– Принц Артас, – решился он, наконец, – мы ждали здесь в течение многих часов. Вы уверены, что этот ваш друг придет?
Губы Артаса слегка улыбнулись, когда он ответил, не открывая глаз. Его людям ничего не сообщили о ней для сохранения безопасности.
– Уверен, – так оно и было. Он припомнил, что каждый раз ему приходилось терпеливо ее ждать. – Джайна обычно всегда немного опаздывает.
Едва его губы замерли, как послышался отдаленный рев и едва разборчивые слова:
– Сокрушу!
Словно пантера, дремлющая на солнце лишь затем, чтобы атака была более внезапной, Артас вскочил с молотом наготове. Он бросился к дороге и увидел, как к нему спешит стройная женщина, появившаяся из-за холма. Позади нее вырисовалось то, что, как он знал, должно было быть элементалем – циркулирующая аквамариновая масса воды с неявной головой и руками.
А позади них… был двухголовый огр.
– Именем Света! – закричал Фалрик, собравшись броситься вперед. Артас был готов собственноручно избить чудище до смерти, если бы не то одно обстоятельство, которое он заметил, посмотрев в лицо Джайны Праудмур.
Она усмехнулась.
– Оставьте свои клинки, капитан, – сказал Артас, чувствуя, как он сам невольно усмехается. – Она может сама о себе позаботиться.