— Я всё знаю, — двуликий зашёл мне за спину и, наклонившись к самому уху, прошептал, — и готов унести вашу маленькую тайну в могилу, леди Эстелия Вэйзо, но при одном условии. Вы поможете мне вернуть зверя.
— Что?!
— Вы видели шрам на моей груди? — прошептал Джаред. — После того ранения я едва не умер и потерял связь с ястребом. И с каждым днем я ощущаю его все хуже.
— Вы не понимаете, во что ввязываетесь? — практически беззвучно прошептала я. — Тот эксперимент был безумием…
— Сальву убила не ваша магия, его убил Орест Крэс. Я вам не все рассказал, боялся, что нам могут помешать другие агенты. Но в лаборатории было много интересного касательно вашего прошлого. Вы ведь хотите отомстить?
— Да…, — словно в трансе произнесла я.
— Тогда помогите мне закончить расследование и навсегда упрятать эту тварь за решётку, — прошептал оборотень, протягивая мне папку с документами.
ГЛАВА 12
Всего одно слово…
Через несколько часов, отель «Изумрудная лилия»
(Эстелия)
— Я тебя не убивала…
По щекам ручьями стекали слезы, заливая старую мятую фотокарточку с изображением Сальвы. До сегодняшнего вечера я думала, что разучилась плакать и чувствовать. Я считала себя чудовищем.
В каждом городе, в который я переезжала, скрываясь от полиции и людей Крэса, есть могила Сальвы. Они все пустые и названные чужими именами. Но я неизменно приходила туда раз в неделю, приносила цветы и молилась. Каждое воскресенье. В память о дне, когда все случилось…
Знала, что меня не слышат, понимала, что никто не ответит, и даже не надеялась на прощение. Просто не могла по-другому.
«Сальву убила не ваша магия, его убил Орест Крэс.»
Слова Джареда набатом звенели в ушах. Оглушали, сводили с ума, разрывая душу на части.
— Я не виновата в твоей смерти…
Орест Крэс… Во имя старых Богов! Кем нужно быть, чтобы ставить эксперименты над собственным сыном?!
Отбросив карточку, я с силой ударила кулаком о стену. По разбитым костяшкам потекла кровь, а на месте удара осталась вмятина, перевитая паутиной крупных трещин.
— Три года, а ты так и не смогла вернуть руке чувствительность Эсти, — прошептала я, рассматривая окровавленные пальцы.
Воспоминания обрушились штормовой волной, вновь утягивая меня в пучину отчаяния и безумия…
«— Помоги мне! — Сальва катался по полу, срывая с себя одежду и оставляя на коже глубокие кровоточащие следы от когтей.
Оборотень находился в состоянии половинной трансформации. Человеческое тело, звериные когти и клыки, желтые, безумные глаза.
— Ведьма! — волк взревел от боли, а его тело выгнуло дугой от новой волны трансформации.
— Сэд! Держи его! Я введу обезболивающее, — пока медведь прижимал к полу вырывающегося двуликого, я наспех набирала в шприц препарат и пыталась понять, что могло пойти не так.
Первая операция была проведена почти два года назад! За это время он сотни раз успешно оборачивался в волка и так же свободно трансформировался обратно в человека!
Ни единой жалобы, никаких осложнений. Мы же все проверили! Но…
Вторая операция… Все дело в ней… Зачем я согласилась?!
Я быстро ввела обезболивающее и, активировав магическое зрение, просканировала ауру двуликого.
Старые Боги!
Серебряный волк, вторая ипостась Сальвы сгорала в магическом огне. Энергия, дающая двуликим жизнь и силу, пропитывающая каждую клеточку их тела, сейчас убивала его.
— А-а-а-а! — двуликий вновь выгнулся дугой, переполняющая его магия огненным смерчем вырвалась наружу, и мир разбился на миллионы осколков…»
Три года я винила себя в произошедшем и искала ошибку, не замечая очевидного. Теперь всё стало на свои места.
Когда я поняла, что эксперимент по восстановлению магических каналов двуликих провалился, то честно рассказала обо всем Оресту. Я боялась, что он меня убьет, ведь он два года финансировал этот проект, спуская на него баснословное количество золота. Но мистер Крес лишь кивнул и сказал, что нужно продолжать.
Я пыталась достучаться до него, показывала чертежи и схемы, объясняла, что имплантированные магические каналы будут нестабильны. Даже экспериментальные образцы, специально созданные биомеханические копии двуликих полностью отторгали эти импланты.