— Хорошо. В следующей битве мы покажем нашу истинную мощь!
— Мила… — тихо произнесла Огнесса.
— Беру ответственность на себя, — я послала ободряющую улыбку, хотя в ней нуждалась лишь Ирия для подтверждения, что я веду себя по-геройски. — Что выберем? Опять пойдем осваивать водные пространства?
— Лучше разбойников. Они так весело корчатся, никогда не думала, что такое можно сотворить лечебной магией, — хитрый взгляд Фэри вызвал у меня активное потоотделение.
— Может не стоит кричать о таких вещах, даже если мы в глуши.
— На разбойниках много не заработаешь, а скоро похолодает. На ингредиентах мы больше заработаем.
Мнения разделились. Их нужно было обсудить, как-никак от нашего решения зависят наши карманы. А серьезные решения не принимаются на пустой желудок, поэтому был объявлен привал.
Пока я раскладывала заранее заготовленную еду по тарелкам, Фэри раздувала костер, а Огнесса магией притягивала воду из ближайшего ручья, вот же лентяйка, Ирия сидела, как мышка, положив голову на колени и в восхищении наблюдала за разговором истинных героинь. Точнее спором. Бессмысленным и непрестанным.
— М-м-м… — наконец-то она решилась на что-то и подала неуверенный голос.
— Чего тебе? — забывшись, рявкнула я, но вспомнив с кем разговариваю, участливо добавила: — Ты хочешь высказать свое мнение?
— Да. Я попросила вас сделать вид, что все как прежде, но… Это не то, что я хочу, — Ирия смущенно отвела взгляд, в то время как у нас одновременно открылись рты, — я хочу стоять с вами наравне, сражаться плечом к плечу, смеяться во время празднования очередной победы!
— Смеяться… — наши рты захлопнулись, а глаза погрустнели. Даже любительница крови Фэри не позволяла себе такого. — Ты действительно этого хочешь?
— Да! — Ирия привстала от нетерпения и повторила: — Да! Как тогда, в битве с лианами.
— О, боги, и это ты называешь «битвой», — я закрыло ладонью глаза, чтобы не видеть это лучащееся нездоровым энтузиазмом лицо. Не удивлюсь, если короли и их производные даже поход в уборную называют пафосно и возвышенно.
— Точно-точно, в нашем геройском лексиконе такое не приветствуется, — о да, в лексиконе Фэри за три года проведенные с ней стала экспертом, хоть словарики пиши. — Вашу садоводческую возню надо назвать «пропалывание сорняков»!
— Пропалывание сорняков, — эхом повторила принцесса.
— Нет-нет, не так! Больше пренебрежения, громче и уверенно!
— Пропалывание сорняков!
Пока мои глаза не видели этого позора, Ирия обрела учителя в геройском лексиконе. Мы с Огнессой переглянулись и синхронно покачали головами.
— Битва с разбойниками — «надирание задниц», битва с монстрами «поход за ингредиентами» и не забудь кровожадный оскал в конце фразы, чтобы все поняли, что это не поход в лавку. Вот! Можешь ведь, когда хочешь! — громко подбадривала корчащую рожи ученицу довольная свалившимся на нее наставничеством эльфийка. А ведь кто-то недавно предлагал физическое устранение Ирии.
— Погодите-ка… — Ирия остановилась и повернула ко мне голову. — Если это настоящий язык героев, то получается леди Мила… ненастоящая героиня?
Я чертыхнулась. Конечно, думать, что она ничего не поймет было глупо, при всей своей наивности, эта рыжая штучка провела нас, как деревенских простачков в городе, но на четырнадцатый день месячного путешествия? Обидно как-то.
— Ученица моя, неправильный выбор сделала ты, — зацокала языком Фэри. — Запомни, есть два типа героев: дела и языка. Герои дела не могут позволить себе болтать без умолку, они опускают остроты, смачные ругательства или молчат, но…! — Фэри вознесла указательный палец к небу. — Но порой это играет против них, поэтому нужен тот, кто красочно объяснит, что делают первые, иначе это сделает кто-то другой, приписав заслуги себе. Бывали случаи, знаешь ли.
— Так вот зачем герои в книжках таскают бесполезных друзей, из-за которых всегда попадают в неприятности! — радостно прокричала принцесса, абсолютно неаристократично стукнув себе по лбу. Она с благодарно посмотрела на Фэри, понятливо на безмолвно наблюдающую за этим фарсом магессу и разочаровано на меня. — То есть леди Мила — героиня на словах, — сделала вывод моя личная заноза в мягком месте.
— Верно! — Фэри танцующей походкой переместилась ко мне и приобняла за плечи. — Леди Бесполезность!
— Ну, знаешь ли… — я схватила ее за руку и попробовала оттолкнуть, что было не легко, как-никак, она мечница, а я маг поддержки, да и задумавшая каверзу Фэри не желала этого. Гнев все же помог мне справиться со стальной хваткой эльфийки и я простейшим заклинанием воды затушила костер и подозвала к себе сумку. — Мы уезжаем! Нет времени на праздные разговоры!
Вот же, даже когда я попыталась показать себя твердым лидером, без пафоса не обошлось.
— Кажется, мы перегнули палку, — сообразила принцесса, с молоком впитавшая навыки дипломатии и красноречия.
— Подуется и перестанет, она такой ребенок в этом плане, — послышался позади меня голос Фэри, когда я залезла на Зорьку.
— Встретимся на постоялом дворе! — крикнула я, прежде чем тронуться в путь.
Пускай это по-детски, но каждый имеет право на недолговременное одиночество.
— Резче! Крутись! Да что ж ты…
Левое плечо пронзила страшная боль. Меч выпал из рук.
— Нечего было рот разевать. За что ж мне такое наказание?
— За то, что учишь ребенка на настоящих мечах? — насмешливо предположил женский голос позади.
— Проснулась? — мужчина повернулся к говорившей и хрустнул головой, разминая шею. Он всегда так делал, чтобы произвести впечатление крутого парня. И у него всегда получалось.
— Как видишь. С каких это пор избиение младенцев считается утренней тренировкой?
— Она не ребенок, а наемник!
Женщина рассмеялась. Громко. Искренне. У меня перехватило дыхания от нового, ранее неведомого мне чувства. Ненависть.
— Ты давно должен был понять, что у нее нет к этому таланта.
Суровень повернулся ко мне и оценивающе посмотрел с высоты своего двухметрового роста. Ранее солнце слепило глаза и не давало мне возможности рассмотреть выражение его лица. Тогда мне казалось, что я букашка, которую с небес рассматривает могущественный бог.
— Верно, бесполезна, как и всегда.
Обида, раздирающая грудь, и долгий и изнуряющий бег к речке. Я без сил опустилась на кочку и опустила ноги в воду. Она ненадолго окрасилась в красный цвет, а нанесенная Суровнем рана вновь напомнила о себе.
— Так вот ты где, — послышался шум раздвигаемых веток, и ко мне вышла та женщина.
— Я бы не совала ноги в воду, особенно, когда ты с раной. Здесь была резня, а значит, появилось немало нежити.
И хотя меня распирало желание перечить этой особе, я все же последовала ее совету. Глупо из гордости мешать себе выжить.
— Наверное, ты считаешь меня очень нехорошей тетей.
— Если я скажу, кем я вас считаю, папа даст мне по губам.
Женщина снова рассмеялась. И как Суровень запал на такую хохотушку?
— Я просто констатировала факт.
— Кон… сто… стато… - я попыталась выговорить слово, будто это могло помочь его понять.
— Сказала правду. Глупо тратить время на того, кто никогда не сможет перенять его опыт владения мечом, — присевшая рядом подруга отца сжалилась над мной и перевела свою фразу на более понятный язык: — Мечи не твое.
— Если много-много стараться, то все получится!
— Это ложь взрослых, деточка, дети не должны ее слушаться, а ты слушаешься. Никогда не пробовала что-то другое?
— Деревенские девчонки не принимают меня, говорят, что я дочь головореза. А мальчишки бьют. Точнее били.
До сих пор не могу понять, отчего я так открыто общалась с обидевшим меня человеком. Глупый ребенок, что с меня взять.
— А что говорит Суровень?
— Говорит, что он зарабатывает деньги кровью, значит, и я буду, а не то… — я уткнулась в колени, вспомнив один разговор Суровня с другими наемниками. Мною овладела решимость как можно скорее стать полезной. — В убийстве людей нет ничего такого! Мы просто мясо!