Трудно передать словами ту гамму чувств, которая охватила Галину Николаевну, когда она в то утро наряжала своего мальчика в школу.
Белоснежные кружевные трусики, еще более изящные, чем вчерашние… «Ножки сюда, детка… Левую… Правую… Вот так!.. Надеваем… Расправляем… Как хорошо, правда?..» Мягкая нижняя сорочка, не та, что вчера, а другая, с подшитым к ней ворохом тончайших нижних юбок… Вчерашнее ярко-красное платье в белый горох, приподнятое теперь нижними юбками, чуть-чуть выглядывавшими из-под платья… Большой алый бант в прическе… Белые носочки с красными ободками. Мягкие матерчатые, очень удобные полуботиночки… Прикосновения, улыбки, слова… И нежные мамины поцелуи… И чуткие объятья в ответ…
Все это еще много-много раз повторилось потом.
Но в то утро все это вместе было в самый первый раз. И запомнилось и Галине Николаевне, и Жене на всю жизнь.
Едва только Галина Николаевна покормила Женю завтраком, в двери нетерпеливо позвонили.
Это была Яна, конечно. Сегодня она была одета не в свой привычный брючный костюмчик, а во вчерашнее кремовое платье, из-под которого тоже выглядывали краешки белоснежных нижних юбочек, придававших платью пышное очарование. Не сговариваясь друг с дружкой, Галина Николаевна и Вероника Аркадьевна нарядили своих детей одинаково!
И лица Жени и Яны сияли тоже одинаково.
Вот только бантов в прическе Яны было два.
Яна протянула Жене руку и сказала:
— Ну, пойдем? Не бойся, если кто будет смеяться, я им дам!..
— Это не потребуется! — быстро сказала Галина Николаевна. — Никто не посмеет смеяться!
6
Самое интересное, что Галина Николаевна оказалась совершенно права.
Причиной всему — необыкновенное настроение, в котором пребывали Женя и Яна. Оно как будто бы меняло сам дух реальности вокруг них.
В школу Женя и Яна вошли вместе, держась за руки, и в утренней суете никто сначала и не понял, что одна из этих двух нарядных девочек — на самом деле мальчик. И к тому же известный школьный забияка.
А когда это постепенно стало доходить до окружающих, вокруг Жени и Яны начала распространяться волна изумления, растерянности и, одновременно, неожиданной, непривычный для многих радости. В соединении этих впечатлений никакого места насмешкам просто не было, не могло быть.
Наоборот. На лицах Жени и Яны отражались такое умиротворение, такая гармония, что в сознании окружающих как будто бы само собой стало утверждаться понимание того, что мальчик в нарядном платье — это очень даже красиво. И вполне естественно.
Более того, многие сверстники Жени почувствовали себя вдруг как-то скованно и неудобно в своих костюмах и джинсах…
Когда Женя и Яна, все так же держась за руки, вошли в класс, сначала тоже никто ничего не понял, но затем по классу пробежала все та же волна растерянности, изумления и радости. Все одноклассники и одноклассницы Жени уставились на него с открытыми ртами и вытаращенными глазами, и кто-то из мальчиков сказал:
— Женька! Ну ты даешь!
А кто-то из девочек воскликнул:
— Женечка! Какой хорошенький!
И тут же все одноклассники кинулись к Жене и Яне и плотно окружили их. И если мальчишки только смотрели на Женю, хлопая глазами, то девочки принялись теребить его платье, бант, а кое-кто даже успел приподнять подол его платья, чтобы полюбоваться нижними юбками. А если получится — то и трусиками!..
Женю это ничуть не рассердило. Наоборот.
Он стоял и улыбался, все еще как будто бы паря над реальностью.
Рассердиться хотела Яна, но, подумав, не стала этого делать.
Подождав немного, она сказала:
— Ну все, хватит его тискать! Можно подумать, вы платьев не видели!
— Конечно, не видели! — воскликнул кто-то из девочек. — На мальчишках ни разу!
— Целый день впереди. — спокойно сказала Яна. — Насмотритесь еще! Пошли Женя, сейчас урок начнется.
И они пошли на свое место за партой, потому что всегда сидели вместе.
Среди учителей в тот день тоже хватало разговоров об одном из учеников, пришедшем в школу в нарядном платье, и многие ждали от Анны Семеновны какой-то особенной реакции на это событие.
Ее не последовало.
— Не вижу проблемы. — невозмутимо сказала Анна Семеновна. — Он же не голый пришел? И не грязный. Он пришел чистенький, нарядный, в прекрасном настроении. Так что давайте порадуемся вместе с ним!..
И разговоры стихли. А волна неожиданности и радостного удивления осталась.
7
— Ну, давайте посмотрим, что у нас было за эту неделю… — благодушно проговорили Анна Семеновна.