— Доброе утро, мэм, — поприветствовала ее девушка, садясь за стол, — а мисс Сэвидж еще не проснулась?
— Нет, мисс, она уже встала. Но хозяйка никогда не спускается к завтраку.
— Странно, — чуть нахмурилась Норма, — она что же, даже не хочет посмотреть на меня?
Миссис Коултер немного повременила с ответом:
— Полагаю, мисс, она найдет возможность познакомиться с вами.
Норма лишь пожала плечами. Что бы ей ни говорили, а она все больше убеждалась, что ее тетя — очень странная женщина.
Закончив завтрак, она вышла из столовой и остановилась. Вчера было слишком темно для того, чтобы осматривать дом, но сейчас освещение было самым подходящим. К тому же, нужно было чем-то заняться, а стало быть совместить приятное с полезным.
Пройдясь по коридору, девушка устремилась к лестнице, ведущей в холл и в это время заметила то, чего не видела вчера, так как было слишком темно.
На стене были развешены портреты, точнее, картины. Когда Норма пригляделась, она была совершенно сбита с толку. Прямо перед ней находился рисунок акварелью, изображающий какое-то насекомое, только раз в двадцать больше его натуральной величины. Норма не жаловала насекомых, особенно таких больших и поэтому скривилась. Поспешно переведя взгляд на другое полотно, она поняла, что торопиться не стоило. Там тоже было нарисовано насекомое, только другое.
Все больше недоумевая, девушка медленно прошлась вдоль картин. На одной из них она признала муху и предположила, что эти рисунки принадлежали человеку, увлекающемуся энтомологией. Однако, вслед за мухой находился рисунок огромной летучей мыши, кровожадно ощерившей пасть.
— Конечно, — пробормотала Норма, — как я не догадалась сразу, что здесь не обойдется без мышей.
Следующая картина была портретом мужчины. Хмыкнув, девушка предположила, что это и есть владелец коллекции. Она подошла ближе, чтобы осмотреть его.
Мужчина, изображенный на портрете был худым, даже скорее тощим, с бледным лицом, сверкающими глазами, острым выдающимся носом и полными губами. Взгляд его пронзительных глаз был очень неприятным.
Норма окинула взглядом его костюм, судя по всему, не принадлежащий нынешнему веку. Противный тип, решила она, такой приснится ночью, подушкой не отмахаешься. Но все-таки, где тут связь? Насекомые, мыши и человек. Что между ними общего? Девушка пожала плечами.
За спиной послышался шорох. Она обернулась и увидела невысокую худую женщину, смотрящую на нее с лестничного пролета. На женщине было закрытое платье серого цвета, немного старомодное, но отлично сшитое и шаль, накинутая сверху. Волосы, слегка тронутые сединой, были собраны на затылке.
— Здравствуйте, — сказала Норма, шагнув вперед.
Ей не нужно было ломать голову, чтобы догадаться, кто это.
Женщина склонила голову набок и продолжала ее осматривать пристальным взглядом, не упускающим никаких деталей. Девушка поняла, что от нее бесполезно дожидаться какого бы то ни было ответа до тех пор, пока она сама не соизволит заговорить. Так что, она просто терпеливо дожидалась окончания этой процедуры.
Когда молчание затянулось, женщина выпрямилась и резким голосом произнесла:
— Ты не очень похожа на Рональда.
— Очень может быть, — признала девушка.
— Впрочем, переживать по этому поводу не следует, — она начала спускаться вниз, придерживая подол платья, — не думаю, что Рональд был бы очарователен в женском варианте. Ты похожа на мать, как я поняла?
— Да, тетя Сара, — кивнула Норма.
— Правильно, я так и думала. Тебя зовут Норма?
Девушка не стала отрицать очевидного.
— Не скажу, чтоб это имя мне очень нравилось, — женщина хмыкнула, — но с другой стороны, мое имя тоже не вызывает особого восхищения. Приходится пользоваться тем, что имеешь.
Тут хмыкнула Норма.
Тетя Сара повернулась к стене, увешанной рисунками и осведомилась:
— Ты уже видела это?
— Конечно, — кивнула та, — правда, так и не поняла, что это такое.
— Родословная, — это прозвучало как само собой разумеющееся.
— Родословная? — повторила Норма с изумлением, — чья родословная?
— О-о, — тетя Сара приподняла брови, — ты до сих пор не поняла?
— Нет. Честно говоря, просто теряюсь в догадках.
— Конечно же, это родословная графа, — и женщина указала на последний портрет.
— В самом деле? — Норма взглянула на сего достойного джентльмена, — что ж, у него просто замечательные предки.
— О да, — подтвердила тетя и вздохнула, глядя на портрет, как показалось Норме, с преклонением.
Так некоторые люди смотрят на изображения святых. Девушка подождала, когда процесс любования закончится, чтобы продолжить разговор, но выяснила, что он может продолжаться бесконечно. Поэтому, она кашлянула и сказала:
— Простите.
Тетя Сара с трудом отвела взгляд от портрета и перевела его на племянницу.
— Что такое? — спросила она с некоторым раздражением.
— Мне очень интересно, тетя, какое отношение граф имеет к этому дому. Он что же, наш предок?
— Нет, — та нахмурилась, словно эта мысль показалась ей кощунственной, — что за вздор!
— Да, конечно, — Норма отступила.
— Мой дом — это его дом, — размеренно произнесла тетя Сара, — и он это знает.
— Я уверена, что вы очень гостеприимны, тетя.
— Ты ничего не понимаешь, девочка.
— Возможно, но мне хотелось бы понимать немного больше.
— Всему свое время, — отрезала тетя.
— Разумеется.
Женщина посмотрела на нее внимательным взглядом. Спустя минуту он прояснился.
— Я вижу, ты очень разумна, Норма. В отличие от своего отца. Он всегда был взбалмошен, словно барышня. Пойдем в гостиную. Я хочу поговорить с тобой.
— Конечно, тетя.
Она направилась вслед за женщиной, по пути размышляя над происшедшим. Все же, ее первое впечатление оказалось верным. У этой дамы явно не все дома. Развесить на стене рисунки отвратительных насекомых и называть это родословной какого-то графа, судя по всему, даже не родственника. Норма не знала, как все это воспринимать. Прежде всего, она очень сочувствовала изображенному на портрете. Родственников, конечно, не выбирают, но не таких же. Просто ужас.
Посмотрев в спину женщине, Норма сдержала смешок. Забавная у нее тетя, ничего не скажешь.
Они вошли в помещение, где тетя указала девушке на стул, а сама опустилась в кресло.
— Я получила твое письмо, — сказала она, — значит, Рональд умер, вот как? Что ж, мне очень жаль, но должна отметить, это упрощает дело.
— В самом деле? — Норма приподняла брови.
Какое дело и как упрощает? Странный вывод, если подумать.
— Этот дом стал для меня обузой. Его нужно содержать, за ним нужно следить, а у меня есть другие дела. Я не могу отвлекаться от них.
Девушка внимательно слушала ее, не забывая кивать в нужных местах.
— К тому же, не думаю, что я протяну долго. Мне осталось совсем немного, и я хотела бы, чтоб кто-нибудь принял все это на свои плечи.
"Что именно?" — изумилась Норма про себя. Неужели, тетя имела в виду свою кончину?
— Ни Крис, ни Джен сюда не сунутся, я этого не допущу. Им вполне достаточно того, что они уже имеют. Отец был щедр и распорядился, чтобы никто из нас ни в чем не нуждался. За исключением Рональда, конечно. Он был слишком зол на него. Теперь же я хочу это исправить. Мне всегда нравился Рональд, — добавила она мягко, — он был моим любимым братом. Именно поэтому я хочу, чтоб все это досталось его детям.