Выбрать главу

– Лондон казался ей самым гостеприимным местом на земле! – закончил Луиго, приподняв бровь, и мы вместе расхохотались.

Я стала с нетерпением ждать своих вечерних визитов в «Хай Бар» – еще и потому, что Луиго познакомил меня с понятием «аперитив». Он постоянно заставлял меня пробовать закуски собственного приготовления, так что ужинать мне было совершенно без надобности.

Эта итальянская традиция стала для меня совершенным открытием. Луиго объяснил, что аперитивом называют блюда, которые выставляют на барной стойке, и посетители могут есть их бесплатно, в дополнение к заказанным напиткам.

– Мы, итальянцы, никогда не пьем, не закусывая, – беззаботно говорил Луиго. Пьянство как способ времяпрепровождения было совершенно не для них. – Это тебе не Англия, bella! – Тут он скривился. – Как в вас только влезает все это пиво? Да еще и в обед! Неудивительно, что ваши мужчины такие толстые! А во Флоренции ты видела хоть одного с пузом?

Пришлось признать, что нет.

– Напитки, – с гордостью продолжил Луиго, – должны сопровождаться едой, а вино, как ты знаешь, мы алкоголем не считаем. Для нас, тосканцев, красное вино – это еда!

Обычное время для аперитива – ранний вечер: посетители заходят после работы перед ужином и заказывают коктейли, которые сопровождаются множеством закусок, что препятствует опьянению. Но здесь на закуску подавались не какие-нибудь безвкусные жареные орешки. Вместо них выставлялись целые подносы разнообразных блюд, даже холодная паста, или, как в случае Луиго, сэндвичи, разрезанные на крошечные квадратики, с различными начинками: моцареллой, помидорами и базиликом, ветчиной и рукколой, толстыми ломтиками мортаделлы, тунцом и огурцами. Рядом с нарезанными овощами стояла чашка с заправкой – такой вкусной, что я даже спросила, что это такое.

– Пинцимонио, – с гордостью ответил Луиго. – Проще некуда. Берешь оливковое масло, хорошее, естественно, и добавляешь либо бальзамический уксус и соль, либо, как я сделал сегодня вечером, много лимонного сока, чуть-чуть чеснока и морской соли. Вкусно, да? С такой заправкой можно есть сельдерей хоть каждый день. Ты ведь знаешь, что сельдерей – пища богов?

Я никогда особо не любила сельдерей, но попробовав его с пинцимонио, решила, что, пожалуй, смогу есть его каждый день.

Каждый вечер я наблюдала, как Луиго проводит свой ритуал приготовления аперитива – старательно расставляет подносы на стойке, а потом аккуратно и тщательно убирает и полирует все вокруг и торопливо зажигает свечи на каждом столике. Однажды я спросила напрямую, зачем столько суеты, если приходит так мало посетителей?

– Но bella, я делаю это для себя! – запротестовал Луиго, притворно разгневавшись. – Видишь ли, для нас в Италии чрезвычайно важна la bella figura[19], всегда и во всем.

– La bella figura? – переспросила я. – Красивая фигура? Это в смысле быть в форме?

– Ну не совсем, – ответил он. Потом помолчал, расставляя бутылки на полках и поворачивая их этикеткой вперед. – Это стремление всегда и во всем произвести приятное впечатление.

– То есть соблюдать приличия? Как британцы?

Луиго налил себе немного пива и подошел к другой стороне стойки, возле которой стояла я. Затем пригласил меня за столик, и мы оба присели.

– Уже ближе к истине, – помедлив, ответил он. – Но на самом деле главное в la bella figura – это красота. Ты ведь заметила, как все вокруг красиво, si?

Луиго махнул рукой в сторону двери, за которой, сверкая огнями, во всей своей красе распростерлась Флоренция. Я кивнула.

– Ну вот, для нас, итальянцев, красота чрезвычайно важна. Мы ей поклоняемся. Так вот, la bella figura заключается в том, чтобы быть настолько красивым, насколько это возможно, во всех смыслах и в любой момент.

– Вот черт, – выдохнула я. – Задачка не из легких.

– Ну, возможно, тут нужна привычка. И дело не только в одежде, хорошей фигуре и общем внешнем виде. – Луиго отхлебнул пива. – То есть и в этом тоже. Но главное – быть внимательным, красиво выражаться, красиво себя вести, даже наедине с собой.

Должно быть, вид у меня был озадаченный, поскольку он торопливо продолжил:

– Вот смотри. Допустим, то, как я ем дома, перед тем как прийти сюда. Я накрываю стол, кладу салфетку, может, даже ставлю вазу с цветами, бокал вина. Готовлю что-нибудь вкусненькое – пусть даже быструю пасту, салат, contorni[20]. Не потому что кто-то проверяет, правильно ли я все сервировал. А для себя. Я делаю la bella figura для себя самого, потому что мне приятно. Так я ощущаю себя красивее и счастливее. – Он обхватил лицо ладонями. – Своего рода дань уважения к самому себе.

вернуться

19

Приятное впечатление (ит.).

вернуться

20

Гарниры (ит.).