Элла прислушалась. Тихо. Уснул там Казаринов, что ли?
Подождав, пока сын наестся, она уложила спящего ребенка в кроватку и вышла в зал. А там просто превратилась в соляной столб. Гениальный фотограф и плейбой Владислав Казаринов, сбросив куртку, гладил белье. Вернее сказать, доглаживал последние штанишки.
– Спасибо, что помог, – недовольно буркнула Элка. – Вот только руки не помыл, теперь все перестирывать.
– Я вымыл, – оправдываясь будто школьник, тут же доложил Влад.
– Тогда большое спасибо за помощь, – улыбнулась она, опасливо усевшись напротив. Элла еще раз бросила взгляд на высокого красивого мужчину, что приглянулся ей когда-то и, сам того не ведая, подарил Антошку.
«Только бы ничего не стал выяснять, – мысленно взмолилась она. – Управь, Господи!»
– Не стоит благодарности, – хмыкнул Казаринов, садясь рядом, и резко кивнул в сторону детской. – Он от меня? – поинтересовался строго.
– А будто ты не знаешь! – вскрикнула Элка и, вскочив, заметалась по комнате.
– Что? Откуда?! – опешил Влад, растерянно глядя на нее. – Да я только час назад в твоем досье прочел и сразу приехал к тебе!
– Бред какой-то! – прошипела Элла и зло посмотрела на него. – Не ври, пожалуйста, ладно? Я не знаю, что тебе сейчас в голову шарахнуло, но раньше ты пел по-другому…
– Да ничего я не пел! – рыкнул Казаринов и в два шага оказался рядом. – Ты меня ни с кем не путаешь, а?
– Лучше бы перепутала, – отмахнулась она, когда он попытался взять ее за руку.
– Элла, честное слово, я ничего не знал. И как я мог что-то там петь, если мы и не встречались ни разу?
– Ты же не пожелал, – прошептала она, отходя к окну. – А я, знаешь ли, под твоим окном с ребенком стоять тоже не намерена. Тем более у тебя любовь великая, родня на шее, там только нас с Антошкой не хватало.
– Антон Владиславович, – улыбнулся во весь рот Казаринов. – Красиво звучит! – А потом, словно что-то вспомнив, настороженно глянул на Элку. – Откуда ты знаешь про любовь и родню?
Элла будто поперхнулась и глянула виновато.
– Подожди, – ему удалось схватить ее за руку и притянуть к себе. – Подожди. Я, кажется, догадался… Ты знала мою сестру? Это ты Понка?
– Ну надо же, какое открытие! – вырвалась из его объятий Элла. – Естественно, знала и на похоронах была.
– А я тебя не заметил, – досадливо бросил Влад.
– Когда у человека большое горе, он никого не видит, – пробормотала Элла. – Но я отказываюсь верить, что Кристина не сообщила тебе.
– А ты передала через нее? – насупился Казаринов. – Могла бы и позвонить…
– Кому? – негодующе поинтересовалась Элла. – Ты же внес мой номер телефона в черный список, а когда я позвонила в твой «Вырви глаз», секретарь соединить отказалась.
Казаринов потер затылок, в душе понимая, что так оно и было. Одноразовая акция всегда требует небольшой осторожности. Звонить, писать, встречаться не договаривались!
– Тогда я обратилась к Кристине. И она обещала помочь. Только потом сообщила, что ты меня знать не знаешь, и предложила денег… Ну ты сам понимаешь, на что. Я не знаю, ты ли ее попросил или она сама так решила. Но после этого я вопрос закрыла. Мне денег хватает, жить есть где. Зачем бога гневить?
– Сюр какой-то, – пробормотал Влад. – Ты сильно удивишься, но Кристина мне ничего не сообщала, и денег я ей для тебя не передавал и на медицинских манипуляциях не настаивал. Я просто ничего не знал. Понимаешь?
– Нет, даже поверить не могу, – скривилась Элла и расплакалась. – Такими вещами не шутят. Она не могла так со мной поступить.
– Много ты понимаешь, – рыкнул Казаринов. – Раз поступила, значит, смогла. Я бы ей сейчас голову лично оторвал… Он осекся, вспомнив свои ночные расследования. – Как вы познакомились?
– Тренировались у Петры, это тренер Яна Петренко, участвовали в соревнованиях. Потом Яна вышла замуж и уехала жить в Индию, а вместо нее занятия стала вести Кристина. Только тренер из нее никакой. Занятия стали неинтересными. Я и бросила заниматься. Мы тогда еще поругались. Кто-то еще ушел, а некоторые девочки остались с ней.
– Розамунда? Бэнкси? – осторожно уточнил Владислав.
– Да, – кивнула Элла. – Еще Люда Стрюкова – Стрючок.
– А я, честно говоря, подумал, что Стрючком Кристина называла Вадима, бывшего мужа.
– Нет, – впервые за всю беседу улыбнулась Элла. И даже похорошела от этой улыбки. Казаринову захотелось просто обнять ее и поцеловать, без всяких намеков на продолжение.
– А кто такой Леонид, знаешь? – осведомился Влад. – Часто это имя попадается в Кристинкиных записях.