Выбрать главу

- Не за что, - голос у него был на удивление приятный. Я бы сказал, музыкальный.

- Что это такое? - подбородком я указал на конструкцию, которую здоровяк всё ещё держал в руках. - Оно так и должно себя вести?

- Это доппель-трап, - к нам подошел один из парней в спортивном костюме. Я подумал, что он похож на акробата. - Поймав конец троса, прикреплённого к одному из краёв конструкции, он показал оборванный конец. - Кто-то перерезал растяжку.

Вокруг раздалось несколько новых тревожных возгласов.

- Я видела! Я видела кого-то на трапеции! - одна из девушек, театрально прижимая кулачки к груди, смотрела вверх, под купол.

- Милая, что конкретно ты видела? - спрашивал незнакомый человек во фраке и белой крахмальной сорочке. Огромные усы делали его похожим на моржа, этому способствовал и лысый череп и покатые плечи отставного борца. - Попытайся вспомнить.

- Я видела отблеск, - девушка картинно приложила руку ко лбу. - И сразу подумала: это Зоя. Только она поднимается на трапеции по ночам... Но Зоя была здесь, с нами... А потом я увидела тень, словно кто-то прыгнул герадешвунг, но кому придёт в голову отрабатывать прыжки в темноте?..

Похожий на моржа фрачник строго оглядел артистов.

- Сергей, кто у тебя может тренироваться в такой час?..

Парень, который держал оборванный конец троса, огляделся, словно пересчитывая людей.

- Никто, мои все здесь.

- Да, мы все тута, - подтвердил другой парень. - Шли с ужина и застряли. Новички работали номер, мы решили посмотреть.

- Зоя пустила слух, что будет нечто особенное, вот все и собрались, - добавил здоровяк в гавайке.

- Никого там не могло быть, Палыч, - сказал индиец. - Я давно здесь, на трапеции никто не взбирался.

- Ладно, расходитесь, - приказал морж. Видать, он здесь всем распоряжался. - Завтра репетиции по расписанию, так что все на отдых.

- А как же это?.. - парень, которого назвали Сергеем, показал сломанную перекладину.

- Я скажу Зигиберту, - пообещал морж Палыч. - Чего стоите?.. Расходитесь, ничего особенного не произошло.

- Но завтра же премьера, - пролепетала девушка, которая что-то видела под куполом. - Разве это не знак?

- Какой ещё знак? - терпеливо спросил распорядитель.

- Призрак, - зашептали в толпе. - Без него ничего не выйдет...

- Е-рун-да! - громко и раздельно произнёс морж. - Все знают, что перед премьерой обязательно что-то идёт не так. И Призрак здесь вовсе ни при чём. Идите отдыхать. Зигиберт всё узнает незамедлительно.

Через пару минут на арене остались мы с Алексом, Зоя и усатый фрачник.

- А вы, собственно, господа?.. - он вопросительно повернулся к Алексу.

- Аль и Сандро Пистолетто, - мы вновь поклонились и щелкнули воображаемыми каблуками. Кажется, это входит в привычку. - Номер с ножами и интуитивная стрельба.

- Это я знаю, - морж добродушно фыркнул. - Ефим мне о вас рассказал, добро пожаловать, так сказать, в коллектив. Завтра утречком загляните ко мне, оформим всё честь по чести. Не забудьте паспорта и трудовые книжки. Я хочу сказать: что вы до сих пор делаете здесь, когда другие разошлись?

- Э... Собственно, нам пока некуда идти, - пожал плечами Алекс. - Господин директор обещал показать комнаты, но потом... - он повёл рукой, показывая одновременно на утыканную ножами мишень, сломанную трапецию и арену в целом.

- Зоя, душечка, покажешь?.. - неожиданно робко вопросил морж.

- Вот ещё, - фыркнула девушка. Она успела натянуть спортивный костюм, и решительно застегнув молнию до подбородка, направилась к борту. - Вы мужчины - сами и разбирайтесь.

Мы, все трое, задумчиво смотрели, как она лёгким движением перепрыгивает довольно высокий борт и исчезает в темноте.

- Вообще-то она хорошая девочка, - зачем-то пояснил Палыч. - Только характер вот... Идёмте, - он повернулся к нам всем телом, как это делают очень крупные люди. - Я покажу вам общежитие. Надеюсь, одна комната на двоих вас устроит?..

Ответить мы не успели.

Из темноты за ареной показался человек. Во всяком случае, я надеюсь, что это был человек. Небольшого роста, очень худой, с длинными паучьими конечностями. Кожа - как рыхлый домашний сыр, такая бывает у людей, никогда не выходящих на солнечный свет.

Одетый в джинсовый промасленный комбинезон, он походил на гротескное огородное пугало - эффект усугублялся светло-соломенной копной волос.

Молча подойдя к краю арены, он взмахнул руками так, словно говорил на языке глухонемых, и застыл. Как богомол, ожидающий, пока беспечная бабочка подлетит на расстояние броска...