Выбрать главу

На кухонном столе стояли накрытая крышкой большая супница, тарелки и блюда с закусками. Софи разливала по бокалам бренди. Она стояла, непринужденно опираясь пяткой задранной ноги на стул. Похоже, это было у нее привычным занятием — принимать такие позы. А может, это был банальный эпатаж, вызванный присутствием мужчины. Пеньюар был нахально распахнут, демонстрируя ее голую ногу. Что ее нисколько не смущало. Она подняла бокал и протянула его Морису:

— Ну, за знакомство. За настоящее знакомство. Все, что было вчера, не в счет.

Морис инстинктивно перехватил бокал из ее руки. Тем временем взгляд Мориса, как Прометей к скале, был прикован к обнаженной ноге Софи. С открытым ртом он рассматривал изящные формы ее ноги. Зрелище это было далеко не ординарным. Она поймала его взгляд и, усмехнувшись, легонько сдвинула пеньюар так, что все стало еще более обозримо. Она потянулась своим бокалом к Морису. Раздался легкий звон стекла. Софи с загадочной улыбкой пригубила свой бокал. Поверх верхней кромки бокала она внимательно наблюдала за Ревиалем. Морис тоже глотнул из своего бокала, его кадык судорожно заходил. Мозг медленно оценивал происходящее: "А я ведь Софи так толком и не разглядел. Утром не до этого было. Как, впрочем, и пять минут назад. Интересно, однако, выбриты у нее волосы на лобке. В форме стрелки, указывающей на цель. А не слишком ли откровенно я глазею?"

Софи, как будто прочитав его мысль, жеманно и эротично покачала бедрами, демонстрируя Морису то, что он мог еще не успеть разглядеть. Она оторвала бокал ото рта и промурлыкала:

— Если женщине есть что показать, будет преступлением скрывать это от благодарных зрителей. Главное… — она сделала паузу и еще отпила из бокала, — чтобы зрители были благодарными. Но ты ведь благодарный зритель?

Морис перевел заполошный взгляд на лицо Софи и суматошно захлопал глазами.

Казино

Как и намечалось, в казино Ревиаль со своими подругами расположились за одним столом. Все трое предвкушали, что рулетка с лихвой компенсирует им повышенной дозой адреналина потерю эндорфинов от недостатка постельного общения. Так азарт будоражит кровь охотников, еще не сделавших ни одного выстрела, но уже дославших патрон в патронник ружья при звуках глухариного тока. Движение шарика в рулетке гипнотически действует на всех за столом. И только голос крупье, предлагавшего делать ставки, выводил игроков из ступора.

Спутницы Ревиаля, особенно Софи, с игривой откровенностью поглядывали на мужчин, жеманно делая ставки. Это порождало презрительные взгляды дам, самостоятельно не принимавших участие в игре и лишь наблюдавших за игрой своих кавалеров. Инстинктивно распознавая в спутницах Мориса соперниц, они ревновали их ко всем без исключения мужчинам за столом. Вскоре, перекипев ненавистью к соперницам, они заставили своих кавалеров покинуть игру. Не подозревавшие о кипевших страстях мужчины следовали за своими дамами, недовольно ворча и препираясь. Освободившиеся места заняли мужчины. Игроки мужского пола, подчиняясь охотничьему инстинкту, с азартом сосредотачивались исключительно на игре. Их взгляды блуждали по игровому полю в поисках счастливых чисел, а руки нервно перебирали и теребили фишки. Все это продолжалось, пока их глаза случайно не натыкались на игривый взгляд Софи или испытующий взгляд Элизы. После этого на мужчин нападали ступор, прострация и рассеянность. У них появлялась немотивированная потребность в изучающих взглядах на Мориса и в смущенных улыбках, предназначенных его спутницам.

Сам Морис, казалось, не замечал флиртующего поведения Софи и Элизы. Он перебирал в руках фишки и рыскал взглядом по столу. Со стороны их компания выглядела довольно странно, если учесть то обстоятельство, что Морис выглядел старше своих спутниц. В какой-то момент Софи переключила свое обаяние на крупье. Она медленно ставила фишки на поле, наигранно прикусив нижнюю чувственную губу, и переводила затуманенный взгляд на крупье. Крупье старательно пытался скрыть свое волнение, вызванное проделками Софи, но его выдавали глаза и голос. Нет, лицо крупье оставалось безразличным к происходящему. Его выдавала внезапно появившаяся суетливость рук и глаз. Пару раз после очередного взгляда Софи он закашлялся, объявляя, что ставок больше нет. Его даже можно было бы заподозрить в тайном сговоре с Софи. Его оправдывало исключительно то, что Софи отчаянно проигрывала.