– В сейфе. В конторе в сейфе, название я упоминать не буду, узнаешь из новостей, – равнодушно сказал гость, – сколько взяли – тоже. Но одна из ячеек… Боже, зачем я полез туда?!
Мужчина закрыл глаза ладонью. Джонатан не торопился его успокаивать, аместо этого он вглядывался в темнеющие силуэты станции. Ещё час, и начнут зажигаться первые фонари. Людей становилось всё меньше, рейсы реже, и сумерки давали плодородную почву для призраков.
Теперь патрульному казалось, что, то там, то здесь мелькали те же мёртвые лица Большого Брата, что и у газетного киоска. Даже продавщица куда-то подевалась, и к киоску никто не подходил.
Может, вон тот парень, что стоит к ним спиной и как-то странно повернул голову тоже из них? Или та женщина, что опёрлась на ограждения перехода и курит тонкую сигарету? Может, тот старик, что ест сандвич с беконом? Он уже давно на них смотрит.
Теперь уже каждый человек в надвигающемся мраке вечера наблюдал за полицейским и его внезапным приятелем.
– Послушай, дружище! – человек внезапно оживился, если бы не люди вокруг, он схватил бы полицейского за плечи, – Послушай! Всё в этой папке! – его шёпот не услышал бы только ленивый.
Он слегка приоткрыл пальто и показал аккуратную чёрную папку. Она сливалась с подкладкой, её трудно было разглядеть, но при большом желании…
Или если точно знаешь, что она там.
Моника жалобными глазами смотрела на Джонатана за пределами сознания. По его телу разлилась волна страха, стыда и жалости. Внизу живота заиграли предательские нотки паники.
– Послушай, я не хочу…– начал патрульный, но человек поднял руку.
– Знаю, – незнакомец вздохнул и запахнул пальто. – У тебя есть кто-нибудь?
Джонатан не хотелось врать сейчас. Этот бродяга, вор, несомненно, проклятый жизнью человек, открыл ему душу. Он доверился ему перед смертью.
Драмой тут и не пахло, ему действительно скоро вышибут мозги. И полицейскому, скорее всего, тоже.
Так, на всякий случай.
– Есть, – в итоге ответил он.
– Далеко, да? – спросил незнакомец, – По тебе сразу видно, приятель. Извини меня, что я тут с тобой заболтался, отвлёк от мыслей….
– Моя смена всё равно заканчивается сегодня ночью, – прервал его полицейский.
Сегодня ночью.... А только ли твоя смена заканчивается сегодня ночью, Джонни?
– Смена? – незнакомец усмехнулся, – Твоя смена? Ты серьёзно?
Он сдавил рукой рот и принялся хихикать. Конечно, у других всё ещё есть смены, часы, разговоры на крыльце, кофе и сигареты, поэзия и драки, любовь и секс, у других-то всё ещё есть жизнь. А у него – нет.
– У него смена, чёрт побери, – истерика затихала, – смена у него…
Наконец-то включились фонари. Тусклые лучи потёртого электричества наконец выделили фигуры. Все они смотрели на полицейского и вора. Пыльный свет играл на широких плечах бежевых плащей.
Те двое, что стояли у киоска, теперь озарились новыми красками. Свет и тень выделяли жёлтую кожу, туго облепившую черепа. На соседней платформе раздались гулкие шаги остроносых туфель, медленные и требовательные.
Фигура заняла своё место в ряду других и остановилась. От неё веяло каким-то ореолом, словно она поглощала свет вокруг. Словно пожирала твоё время.
Джонатан понял, что его и этих мрачных людей ничто не разделяет. Платформа пуста, все поезда ушли, даже дежурные по станции покинули свой пост. Остались только они вдвоём и эти существа из ночных кошмаров города.
– Зачем ты подошёл ко мне, чёрт тебя дери… – выдохнул Джонатан.
У него ещё был шанс. Отойти в сторонку и дать им разорвать незнакомца на куски, и тогда…а что тогда? Тогда они не тронут его семью, свалят его смерть на этого грабителя и отправят похоронку в деревню. Герой, отважный полицейский и прекрасный человек будет лежать в гробу со свёрнутой, как у курицы, шеей.
Глупо, как глупо. Не Джонатан ли стоял за то, чтобы правда всегда торжествовала? Тогда ему нужно было ловить этих, а не тех. По сути, сейчас он стоял только за то, чтобы добраться к своей семье.
– Я не знал, что у тебя кто-то есть, – честно признался человек, – Ты выглядел так, словно собирался шагнуть сегодня на рельсы.
– А что, если бы ты знал, не подошёл бы? – резко спросил полицейский, – Твою мать, да ты бы зашагал ещё быстрее!
Фигуры всё ещё стояли и ждали. Интересно, чего?
– Не слишком-то вежливо, – посетовал незнакомец.
– А мне плевать, – отрезал Джонатан, – Я сегодня должен был сесть на ночной поезд, а вместо этого торчу тут с тобой.
– Ну прости, – ответил грабитель, – тебе сейчас несравнимо тяжелей, чем чёртовому смертнику!