Раиса Журбина мыла посуду. Равнодушно и как всегда немного заторможено водила мокрой губкой по тарелкам, ставила сполоснутую водой посуду в сушилку над раковиной.
Наевшиеся вчерашнего борща и жареной картошки мужики уселись в зале перед телевизором, футбол смотрели. Григорий, которому выпало время на карауле у ворот стоять, у раскрытого окна гостиной торчал. Тоже ведь — болельщик.
Раиса потрогала, стоящую на плите кастрюлю с борщом, подумала: «Теплая еще, рано в холодильник убирать…» Повернулась к двери, ведущей в коридор…
На пороге кухни сидел кот. Типичный сибиряк с пушистой оторочкой вокруг изящной головы, с полосатым хвостиком, обвивающим мягкие лапки. Смотрел в глаза женщины.
Раиса чуть удивилась, заметив на коте странный ошейник с массивным карманом. Но улыбнулась:
— Сейчас колбаски дам. — Направилась к холодильнику, стоявшему возле окна, мельком глянула на улицу…
Из довольно высокого кухонного окна она увидела как за забором, с черепашьей скоростью, проезжает автомобиль. Раисе была видно только его желтая крыша, украшенная прямоугольником в шашечках. Таксисты часто плутали на извилистой Елисеевской улице и этот тоже ехал медленно, таблички на домах рассматривал, наверное…
Василий-Жюли уловил приближающийся звук автомобильного мотора. Когда такси вышло на прямую линию с окном, кот-профессор ударил лапой по кнопке активации телепорта! Раиса Журбина стояла между двумя активированными устройствами, теперь ее сын мог переместиться только в нее — в открытую женщину, стоявшую на прямой линии переброса.
— В сейфе лежит «пояс шахида», — мрачно говорил Журбин. — Мама знает об этом, она пояс п р и м е р я л а. И кроме того, — Арсений сделал тяжкую паузу, — один раз в две недели мама тайком спускается в подвал и ставит свежий аккумулятор на мобильный телефон, прикрепленный к детонатору бомбы. Разминирует заряд, ставит свежую батарейку, потом снова возвращает все как было. — Парень исподлобья поглядел на напарниц, поиграл желваками на побелевших скулах. — Понимаете, что она делает? Она сама приглядывает за бомбой, что лежит у нее под ногами! Каждые четырнадцать дней, как зомби о б н о в л я е т эту бомбу и забывает о том, что сделала. Семен заряжает батарейку на «поясе шахида» — он знает код замка на сейфе, — мама тайком от всех делает тоже самое с бомбой в подвале…
— Я знаю об этом, Сеня, — мягко произнесла Миранда. — Связка шашек в подвале пахла руками твой мамы. Именно благодаря запаху ее рук, я смогла понять, как обезвредить бомбу. Мне жаль твою маму, Сеня. Ей досталось.
На Арсения было тяжело смотреть, побывавший в маме парень, смог заставить себя вернуться и оставить ее в заминированном доме, лишь потому что на кону стояли жизни многих дорогих ему людей. Сын не позволил себе слабости. Он даже матери не объявился! И не сказал ей «здравствуй, я за тобой пришел». Вернувшийся Извеков в первую очередь проверит на контакт единственную открытую женщину питерской группы. Арсений только попросил напарниц не лезть к нему с расспросами, пока он не был готов поговорить о том, ЧТО сотворил с его матерью хроно-террорист.
— Семен Тихонов главный в оставшейся питерской группе, — сухо и внешне беспристрастно продолжил доклад Журбин. — На маме выставлена телепатическая установка — она о б я з а н а надеть на себя пояс с взрывчаткой, если Семен ей это прикажет.
— Ты приказ убрал? — негромко спросила Миранда.
Журбин стрельнул глазами в диверсантку и не ответил. Миранда поняла — убрал. Не смог оставить в маме приказ на «примерку» взрывчатки.
Но впрочем… большой роли это не играло. Извеков прикажет Раисе примерить «пояс шахида» лишь при возникновении опасности, а дать ему ощутить тревогу Миранда в любом случае не собиралась, так как встревоженный Платон, это уже практически проваленная операция. Извеков в теле закрытого телепата, его охраняют закрытые, все козыри на их руках, на стороне группы Журбина лишь неожиданность и… две девушки, способные проникнуть в запертую для всех прочих голову.
И если раньше Журбин был категорически против участия любой из Тамар в операции, то теперь, после того как он побывал в маме и увидел, ч т о с ней натворил Платон, уверенность эта поблекла и скукожилась под лучами испепеляющей сыновней жалости. Вины.
Миранда состроила на лице носителя сочувственную гримасу, вздохнула:
— Теперь ты понимаешь, что без какой-либо Тамары нам не обойтись? Согласен, что овчинка стоит выделки?
— Выражения, Хорн, выбирай, — буркнул парень. — Овчинки — это чьи-то шкуры. И ни с чем пока я не согласен.
Миранда подняла вверх брови:
— Прости. Ты можешь что-то предложить?
Журбин молчал. Что можно предложить, если и так все ясно? Платон находится в теле закрытого телепата, он практически неуязвим, но сам всесилен. К нему не подобраться. Извеков не подпустит к себе врага, поскольку телепатически почует малейшую опасность. Рядом с ним будут две открытые женщины — Раиса и Серафима, но перемещаться в них и наносить удар исподтишка не получится ни коим образом, Платон ментально уловит появление в женщинах добавочного интеллекта, настроенного на агрессию.
— Ты понимаешь, что у нас не выбора? — тихо спросила парня диверсантка. — У нас есть только один шанс. Мы дистанционно перебрасываем в тело Тамары-Платона кого-то из девушек…, даже если рядом будет открытая Серафима, Тамара, как исконный интеллект займет конкретно свое место…
Журбин скривился, сморщился, и треснул себя кулаком по колену! Он продолжал слушать негромкую и убедительную речь Миранды, но с трудом заставлял себя прийти к решению — диверсантка права и абсолютно! у них есть и будет один единственный шанс! И шанс этот ни упускать, ни вернуть нельзя. Портал не сможет отправить одного и того же человека в одно и тоже место и время. Так что или сейчас, или… возможно… НИКОГДА.
— Миранда, мы не знаем, на сколько интеллект Тамары исконен для тела ее «близнеца» из параллели! Что если «вышвырнуть» Платона из тела у нее не получится?! — горестно воскликнул парень. — Что если наши прежние рассуждения верны и эта способность появляется у Тамар только в зоне действия портала?! Ты уверена, что Тамара справится с Извековым и возьмет тело под контроль, станет альфой?!
— Нет. Не уверена. Риск есть и он существенный — Платон сильнейший телепат и он обладает подготовкой, которой у Тамары нет. Некоторое время он сможет успешно бороться за право альфы, даже с безусловно исконным интеллектом. — Миранда помолчала и негромко, увещевательно продолжила: — Сеня, но мы уже обговаривали этот вариант. Одновременно с Тамарой буду перемещаться и я. В Серафиму. У этой женщины всегда наготове электрошокер, надеюсь, пока Тамара будет биться с Платоном за обладание телом, я успею обезвредить добавочный интеллект ударом шокера.
— Ага, — кисло сморщился Арсений. — А если Тамара не успеет стать альфой и разряд достанется ей?
Миранда задумчиво наклонила голову, боднула воздух упрямым лбом и резко бросила:
— Согласна. Риск есть. Но делать-то что, Сеня?! К Извекову иначе не подобраться! Я бы на его месте в жизни не «вылезала» из тела закрытого телепата! Он будет жить в Тамаре еще лет десять, двадцать, тридцать, пока она не родит ему ребенка телепата, желательно мужчину! Потом он в теле ведьмы отправится в иную параллель. Он ведь будет в теле ведьмы и «ключа», пройдет куда угодно… Там доставшееся тело — раскроется, Платон телепортируется в заполученного наследника и… Что будет дальше, я не знаю. Он может убить Тамару, но скорее всего подселит в нее… Серафиму, например. — Волкодав-Миранда наклонила вперед лобастую голову и прошептала с напряжением: — Ты этого хочешь для своей девушки, да, Журбин?! Или предпочтешь дождаться, пока до Извекова доберутся волкодавы и уничтожат террориста, в чем бы теле он не находился?!
Миранда редко повышла голос. Но последние слова она почти что выкрикнула, давила напарника аргументами и голосом.
Журбин, отвернувшись от взгляда в упор, негромко рассыпал проклятия, поминая в сует Господа и черта, проклинал потомков…