Выбрать главу

— Значит, ты предпочитаешь, чтобы он боготворил мертвого отчима вместо меня — его настоящего отца?

— Мне следовало бы дать тебе пощечину.

— Но когда-нибудь он все узнает. И обвинит тебя за то, что ты скрывала от него правду.

Элизабет выключила мотор, понимая, что Макс не уйдет, пока все не прояснит для себя. Она посмотрела на дождь за окном.

— Если бы не ты, у меня бы его не было.

— Эй, вот тут я не виноват. Если бы ты сказала мне, что беременна, я бы женился на тебе.

— Ну конечно! — Ее взгляд говорил: «Знаем мы эти штучки». — Как же я забыла о твоем страстном желании жениться на мне.

— Я хотел сделать тебе предложение в мой следующий отпуск.

— И когда ты пришел к такому решению? До или после того, как узнал, что твоя прежняя подружка вышла замуж?

— Дебби не имела к этому никакого отношения.

Элизабет покачала головой.

— Дебби имела к нам самое прямое отношение. Ты никогда бы не посмотрел в мою сторону, если бы она не бросила тебя. Помнишь, когда ты узнал, что она вышла замуж? Зато я помню! Это случилось после твоего возвращения в Германию из того самого отпуска. Ты писал мне в январе, что ей нравится растравлять старые раны.

Макс был ошеломлен:

— Я так написал?

— Похоже, ты и не думал, что можешь обидеть меня тем, что все еще сохнешь по ней. Даже после трех лет со мной ты не мог забыть ее. Но ее замужество разбило все твои надежды в пух и прах.

— Я знаю, что не стал бы писать таких вещей, потому что это неправда. — Макс резко откинулся на сиденье. — Вот почему ты вышла замуж за Джона, несмотря на то что носила моего ребенка?! Ты хотела мне отомстить?

Элизабет закрыла глаза.

— Я получила твое письмо и в тот же вечер показала его Джону. Я хотела узнать у него побольше о тебе, действительно ли ты любил Дебби. Ведь он был твоим другом.

— Как выяснилось — нет.

Она открыла глаза.

— Но мне он другом был, потому и не смог смотреть, как я мучаюсь из-за тебя. Он сказал, что ты подонок, если можешь упоминать в письме ко мне о своих шашнях с Дебби.

— Значит, прочитав письмо, он тоже решил, что я жажду вернуть ее? — Макс провел по лбу рукой.

— Нет, он знал об этом и раньше. Он сказал, что ты несколько месяцев тяжело переживал из-за того, что она бросила тебя. — Элизабет рассмеялась, но в ее смехе слышалась горечь. — Он не знал, что ты переживал настолько, что спал со мной.

— Я просто не хотел говорить ему о нас.

— Как мило.

— Ты сама ему рассказала?

— Я рассказала ему все, включая то, что ты назвал меня Дебби, когда занимался со мной любовью в первый раз.

Макс вздрогнул:

— Ну и сукиным же сыном я был!

Элизабет грустно улыбнулась:

— Джон сказал то же самое. Еще он сказал, что я заслуживаю парня получше.

— Он имел в виду себя?

— Не совсем так. Он сказал, что, будь я его девушкой, он обращался бы со мной как с королевой.

— Хитрец, — пробормотал Макс.

— Нет. Джон был не похож на тебя, когда дело доходило до девушек.

— Конечно, нет. Но ты выбрала его, а не меня.

— Все было не так. Это была… случайность.

Глава пятая

Макс подозрительно посмотрел на нее.

— Что значит — случайность?

— Я думала, ты не любишь меня и никогда не любил. А Джон был рядом. Он утешал меня. Его мать уехала из города. Мы были одни. Мы и не предполагали, что что-нибудь случится. Но — случилось.

— Бруди?

Она кивнула.

— Тебе никогда не приходило в голову, что ты уже могла быть беременна в ту ночь?

— Ты всегда уверял меня, что держишь дело под контролем.

— И презерватив может подвести.

— Мне казалось, что все в порядке, к тому же месячные начались сразу, как ты уехал.

— А!

— Я не собиралась спать с Джоном. Мы не предохранялись. Не знаю, что на нас нашло.

— То же, что и на нас сегодня днем у меня дома. Ладно. — Макс положил ладонь на ее руку. — Последние несколько часов я провел в мыслях о том, что Бруди мой сын. Меня переполняли какие-то странные чувства. Мне страшно захотелось, чтобы мы смогли вернуться назад, начать все сначала и завести своих детей.

Тепло его ладони распаляло ее больше, чем любая смелая ласка.

— Ты сам сказал, что мы не можем вернуться назад.

— Но мы можем начать сначала.

— Макс, у меня больше не будет детей.

— Я понял. Но ты дважды была беременна, верно? Я найду хорошего врача. Будет на что потратить мои миллионы.

— Даже если бы я могла забеременеть — слишком поздно для нас.

— Все эти годы я только и делал, что жалел о прошлом. Кусал локти, что не женился на тебе. Ругал себя последними словами за то, что толкнул тебя в объятия другого мужчины. Теперь все изменилось.

— Да, изменилось. Мы не такие, какими были раньше. Несмотря на то что чуть было не случилось сегодня днем, я больше не Лайза Джейн. — Она убрала руку. Прикосновение было опасно нежным.

— Но пламя еще не потухло. Ведь так?

— Разве? Это ты не захотел, чтобы костер разгорелся вновь.

— Ты не права.

— Да? Тогда почему ты остановился?

— Я задавал себе тот же вопрос, но не мог на него ответить. Теперь я знаю, что боялся воскресить свои чувства к тебе. Боялся открыться перед тобой и оказаться незащищенным. Боялся, что ты снова причинишь мне боль.

— Я тоже. Я рада, что хоть у одного из нас хватило ума предотвратить еще одну большую ошибку. Когда мы смотрим друг другу в глаза, все, что мы видим, — это боль. Нам уже никогда не будет хорошо вместе.

Она схватилась за ручку дверцы, чтобы выйти, но Макс остановил ее:

— Лайза Джейн, подожди. — Он подался вперед и погладил ее по щеке.

— Я не святой, когда дело доходит до женщин. Но клянусь, никакое увлечение не сравнится с тем, что было у нас с тобой.

— Секс — это еще не все, Макс.

— Кто тебе это сказал? Джонни?

— Перестань. — Она оттолкнула его руку. — Я любила Джона. Или ты не можешь допустить, что я любила кого-то, кроме тебя, Макс Уайлдер? Тот поцелуй ничего не значит. Я была счастлива замужем за Джоном.

— Была. Он умер, Лайза Джейн.

— Ты тоже исчезнешь, как только твоя прихоть будет удовлетворена.

— Прихоть? — Он сощурил глаза. — Значит, так ты это называешь?

— Да. — Она знала, что это неправда. Но пусть не думает, что ему все позволено. — Хочешь знать, в чем твоя проблема, Макс?

— Выкладывай.

— У тебя сейчас столько денег, сколько большинству людей и не снилось. Достаточно для того, чтобы купить все, что захочешь. Но недостаточно для тебя, потому что тебе всегда хотелось луну с неба. Ты не изменился. Ты как ребенок, который постоянно требует новую игрушку, хотя у него их полный ящик.

— Неужели я и вправду такой?

— Когда мы встретились, ты хотел Дебби потому, что она ушла. Теперь ты хочешь меня именно потому, что меня тебе не получить. Одна сумасшедшая ночь — и ты смоешься.

Он улыбнулся и наклонился ближе:

— Мне нужна по меньшей мере неделя.

— Две ночи максимум, — возразила Элизабет, отодвинувшись в сторону.

В его темно-синих глазах появился озорной огонек. Макс нежно поцеловал ее, прежде чем она успела схватиться за ручку.

— Три ночи и три дня, — сказал он. — Но если я не посплю по крайней мере неделю, у нас ничего не получится.

Элизабет не смогла сдержать улыбки и помотала головой.

— У нас и так ничего не получится. Нигде. Никогда.

— Это ты так считаешь. — Он поцеловал кончик ее носа, открыл дверцу и вышел вместе с ней под дождь.

Макс шагнул вслед за Элизабет в гостиную. Элизабет окликнула дочь. В это время с улицы послышался автомобильный гудок.