– Как вы поняли?
– Вы же сами представились, разве нет? Да и нос у вас уж больно прямой – похожие варианты у смертных редко встречаются. Ну, зачем пожаловали?
– Ваша статья навела меня на мысль о практически безграничных возможностях современной науки.
– И, судя по всему, они явно больше ваших.
– Да, – просто ответил бог ужаса, решив не обращать внимания на шпильку, – вы правы, самостоятельно изготовить амброзию я не в состоянии.
К его удивлению, ехидных комментариев больше не последовало.
– Образец есть? Уверена, синтезировать её, зная первоначальный состав, – не самая сложная задача.
– Есть, – Деймос вытащил из кармана кардигана припрятанную баночку.
Посмотрев на субстанцию с разных сторон и пару раз встряхнув, Наташа согласилась.
– Я займусь, всё равно в данный момент новых проектов не намечается. Ну, кроме сторонних – физика пространства не менее любопытная область, чем биохимия, но, боюсь, придется повременить с путешествиями, пока не вернется из командировки инженер – я потеряла важную деталь в палеозое.
Разговор длился еще от силы минут пять, в течение которых Деймос узнал некоторые подробности поимки ископаемой ящерицы и потери пульта управления машиной времени, после чего его бесцеремонно выставили за дверь, абсолютно не заинтересовавшись, какого черта сын бога войны делает в Москве, да и вообще тем фактом, что он не является древнегреческой выдумкой.
«Ужас! – Сделал вывод Деймос, поморщившись, едва за ним захлопнулась дверь. Знакомство вышло неважным. – Главное, согласилась, дружбу мне с ней водить совсем не обязательно».
С чувством выполненного долга он отправился домой, намереваясь ещё поработать – офис находился в процессе поиска главного архитектора, ему непременно хотелось найти местную восходящую звезду, и сейчас он подошел близко к цели, изучая последние работы некоего Филиппа Дюккера.
Наташу же раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, очередной новый сосед её категорически не устраивал, куда лучше без этих зануд, вечно недовольных посторонним шумом по ночам, но сосед, подкинувший действительно интересную задачку, определёно заслуживал уважения. «Займусь сейчас же», – с удовольствием подумала она и немедленно отправилась в лабораторию.
Время летело быстро и незаметно, впрочем, Наташа, по обыкновению, на него не обращала ни малейшего внимания – гудящая вытяжка, расположенная аккурат около окна Деймоса, уже который час не давала ему уснуть. Более того, из-за необходимости держать форточку закрытой во время экспериментов, он изнывал от жары в отсутствие возможности отрегулировать центральное отопление. Положение спасла капторинида. Обследуя все комнаты своего нового жилища, она заглянула в последнее неизведанное пространство – в лабораторию.
– Ах, – заметила её Наташа, – бедняжка! Я про тебя и не вспомнила, – эксперимент тут же был остановлен. – Тебя срочно нужно познакомить с голоценом и определиться с рационом питания. Можно сходить в Нескучный сад, сегодня теплая погода, и трава еще не пожухла окончательно. Правда, уже темновато, но это нам не помеха, не так ли?
Этажом выше облегченно выдохнули и забылись сном – последние сорок минут Деймос ругал себя последними словами за совершенный недальновидный поступок – заводить знакомство следовало перед уходом на работу.
– Чудесно, просто чудесно, – потирал руки Аркадий Леонидович Варфаламеев, директор небезызвестного московского архитектурного бюро, листая контакты в телефоне, – какая замечательная новость!
Собственно, новость (по сути – неподтвержденная информация) заключалась в намерениях правительства, снова взявшегося за восстановление российской науки, затеять строительство очередного Сколково, но уже в пределах старой Москвы. И проектированием нового научного городка непременно должна заняться его ARCompany, Филипп Дюккер в частности, снова куда-то запропастившийся.
Дозвониться до Филиппа он не смог, и, оставив всем сотрудникам (от секретаря до охранника) кучу распоряжений по поимке главного архитектора – если тот, конечно, появится в офисе, – Аркадий уехал на выставку «АРХ Москва Next» в Центральный дом художника.
В зале ЦДХ наблюдалась толчея, которой он совершенно не ожидал. Особенный ажиотаж царил в конце зала – там суетились журналисты, озаряя всё своими вспышками. Аркадий осмотрелся в поисках знакомых и обнаружил неподалеку Рашида Мамедова, директора ЕвроСтроя, давнего партнера, с заметным раздражением смотрящего в сторону журналистов.