Другой брат спросил его же:
Если я слышал о брате, что он грешит, то не хочу пускать его к себе в келью. А если вижу хорошего брата, то радуюсь вместе с ним.
Если, – ответил старец, – ты оказываешь хорошему брату какое-нибудь малое благо, то другому, о ком слышал плохое, отнесись в два раза лучше, поскольку он немощен. Тогда Господь и тебе сотворит милость.
В одной киновии был насельник по имени Тимофей. Когда игумен услышал, что один брат впал в искушение, то стал советоваться о нем с Тимофеем. И тот поощрил его изгнать брата. Как только игумен так сделал, то искушение брата перешло на Тимофея – тот уже готов был даже согрешить на деле. Тимофей разрыдался перед Богом, говоря:
Я согрешил, прости меня, Господи
И был ему глас:
Запомни, Тимофей – Я посылаю тебе искушение только за то, что ты презрел брата во время его искушения.
Один брат в киновии согрешил. А неподалеку жил отшельник, который многие годы не выходил из затвора. Авва монастыря пошел и рассказал о грехе брата старцу, который посоветовал прогнать грешника. И брата прогнали, несчастный пришел в ущелье, сел и заплакал. Так случилось, мимо проходили по дороге братья. Они направлялись к авве Пимену. Услышав плач, путники подошли и увидели, как тяжело брат страдает. Они позвали его вместе с ними пойти к старцу, но он отказался.
Лучше мне умереть здесь, ибо я согрешил.
Монахи пошли к авве Пимену и рассказали ему о брате. Авва утешил их и отправил к брату со словами:
Передайте ему: «Авва Пимен зовет тебя».
И несчастный пришел к старцу. Тот увидел, в каком он отчаянии, встал, расцеловал его и пригласил к обеду. Между тем авва Пимен послал одного брата к отшельнику со словами:
Я уже много лет хочу встретиться с тобой, ибо весьма о тебе наслышан, но из-за нашей общей лености мы так и не увиделись. А теперь Бог благословил нашу встречу, и есть, о чем поговорить. Приходи ко мне поскорее, чтобы мы могли увидеться.
Отшельник никогда не выходил из своей кельи, но, услышав о приглашении аввы Пимена, подумал: «Если бы Бог не известил старца, то он и не послал бы за мной», – и сразу пошел в гости. Они встретились, с радостью облобызались и сели в келье. Авва Пимен стал рассказывать:
В одном селе жили два брата. И у того и у другого дома умерли родственники. Но один брат оставил своего скончавшегося родственника и пошел оплакивать чужого.
Услышав эти слова, старец умилился, вспомнил, как поступил с братом, и сказал:
Пимен пребывает высоко в небе, а я – низко на самой земле.
Отцы спросили авву Пимена:
Если мы увидим согрешающего брата, ты благословишь обличить его?
Если мне понадобится идти через Кельи, – ответил авва, – и я увижу согрешающего брата, то пройду мимо и не обличу.
Они спросили у него:
Как же авва Нисферой всю жизнь терпел своего ученика?
Если бы, – ответил авва, – это был я, то я бы и подушку клал ему под голову.
Авва Анув спросил:
А что бы ты сказал Богу?
Авва Пимен ответил:
Богу я бы сказал: «Ты говорил: Вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего» (Мф.7:5).
Брат спросил авву Пимена:
Что мне делать?
В Писании сказано, – ответил авва, – беззаконие мое я сознаю, сокрушаюсь о грехе моем (Пс.37:19).
Как-то авва Пимен пришел в Египетскую землю, чтобы там поселиться, и случилось так, что рядом с ним жил брат, у которого была жена. Но авва не обличал его. И вот однажды ночью женщина родила. Старец, поняв это, позвал своего младшего брата, жившего вместе с ним, и сказал:
Возьми сосуд вина и отнеси соседу – ему сейчас это очень нужно. Никто не знал, что женщина родила, но младший брат сделал так, как велел старец. А брат получил пользу, раскаялся и через несколько дней отпустил жену, снабдив ее всем необходимым. Он сказал старцу:
С сегодняшнего дня я начну каяться.
Брат построил себе келью рядом со старцем, часто заходил к нему, и авва просвещал его, каким путем идти к Богу и так привел его душу к спасению.
Однажды весь Скит собрался обсуждать согрешение брата. Отцы выступали, но авва Пиор молчал. Затем авва встал и вышел, взял мешок, наполнил его песком и взвалил себе на плечи. Потом еще и в кошель насыпал песок и подвесил его спереди. Когда отцы спросили его, что это значит, он ответил:
Мешок, доверху заполненный песком, – мои грехи. Их много, но я ношу их за спиной, не печалюсь о них и не плачу. А малые грехи брата всегда передо мной, я думаю о них и осуждаю его. Но так делать нельзя. Свои грехи следует держать перед собой, о них думать и просить Бога о прощении.