XVI
Громадный реактивный лайнер проделал свое обратное путешествие с той же колоссальной скоростью. Орло отпустил свою свиту.
16:32.
Так, что теперь?
Он вышел из самолета на одной из внутренних посадочных площадок дворца. Когда он входил в ближайшую дверь, гвардейцы вскочили на ноги и браво отсалютовали ему. Он все еще был на поверхности, надеясь, что никто еще не выдал приказ о его аресте, никаких обвинений против него еще не было предъявлено. Он еще мог попытаться реализовать мысль, неожиданно посетившую его в самолете.
Он быстро направился В Коммуникационный городок, прошел в свою канцелярию и попросил Байлола пригласить к нему Ишкрина, Питера Ростена, Юю и МакИнтоша для научной дискуссии. Через пятнадцать минут потревоженный администратор доложил через интерком, что четверо ученых прибыли, а с ними пятый — специалист по звукозаписи.
— Они хотят иметь полную запись этой встречи.
Это было похоже на защитую реакцию со стороны ученых, но Орло в конце концов согласился с этим. Он пожал руки всем четверым и был представлен пятому — который не сидел за Седьмым столом. Гостям были предложены стулья, но никто не сел, пока чужак, которого звали Арджер, устанавливал небольшой комплект инструментов на столе хозяина.
Это был среднего роста, темноволосый и кареглазый веселый парень, привыкший гримасничать. Он выставил маленькие регуляторы, постоянно строя рожи, потом подвинул к себе стул с твердой спинкой и уселся за столом перед своей аппаратурой.
Каждое его движение сопровождалось новой гримасой. Наконец он сказал:
— Насколько я понял, он прослушивается, комната прослушивается, стол тоже прослушивается. Но я — могу заранее признаться, как самый крупный знаток всех этих дел — уже отключил все жучки. Я хочу вам предложить быстренько обсудить, как мы будем подавать сигналы, чтобы вести подслушиваемые, а потом не подслушиваемые разговоры.
Орло поднял руку.
— Мистер Арджер, когда я подыму руку, как сейчас, можете включать свою глушилку. Когда же я подыму, вот так, свой большой палец, выключайтесь. Сказав это, он поднял большой палец и прошептал: — Кивните, когда все уже будет готово.
Тот что-то проделал с маленьким устройством, которое держал в руке, кивнул — и, конечно же, состроил гримасу. Тогда Орло сказал:
— Господа, я решил пригласить вас сюда. И, наверное, мне стоило бы начать с тех причин, которые побудили меня встретиться с вами. Во-первых, мне хотелось бы сразу сообщить, что я понимаю ваш первоначальный отказ участвовать в разрешении проблемы Всепроникающей Системы Хигенрота. Это мое мнение, хотя, и мне стоит указать на это, оно не совсем совпадает с моим настоящим положением. Но мне показалось, что стоило бы выяснить, чем желают заниматься сами ученые. Мистер Ишкрин, вы ничего не можете сказать по этому поводу?
Большие усы и глаза над ними, казалось, подмигнули, когда Ишкрин заявил самым серьезным тоном:
— Нам требуется время, чтобы обдумать такие базисные вопросы как этот. Мне кажется, что существует масса областей, где данная проблема просто не имеет смысла. Наверное, пока я стану обдумывать, что это за области, вам стоило бы поговорить с мистером Ростеном?
— Я тоже собираюсь пару минут подумать над тем же самым вопросом, и предлагаю всем остальным присутствующим заняться тем же самым.
Кончив говорить он неистово замахал Арджеру.
В это же время Орло поднял руку.
Арджер что-то сделал с аппаратиков в руке, кивнул и состроил веселую рожу.
— Послушай, парень, — мрачно заявил Ишкрин, — вся история с твоим здесь появлением совершенно нелогична. Что-то здесь не так. Я пока не знаю, чем мы сможем тебе помочь, но все, что в силах науки, можем предоставить в твое распоряжение.
Орло глубоко вздохнул.
— Я тут подумал, что во время того, когда будем вести разговор на общие темы, можно было бы писать друг другу записки. Мне кажется, можно объединить эти две вещи. А перед тем, как отключится ваш аппаратик, я хочу задать вам свой первый настоящий вопрос: сколько лет Лильгину?
— Господи Боже! — сам не желая того, воскликнул МакИнтош.
Ростен зажал рукой рот, призывая его замолчать.
Орло поднял вверх большой палец.
Арджер кивнул и снова сгримасничал.
Все это было очень просто, и, в то же время, чрезвычайно сложно. Каждый теперь сидел с блокнотом на коленях и, то быстро-быстро черкал, то задумчиво водил по листку ручкой, в то время как кто-нибудь из них говорил. Орло казалось, что речевая часть была исключительно дурацкой. Это его немного беспокоило. Его задачей было упомянуть о каждой группе научных дисциплин, и чтобы каждый из четырех приглашенных высказал свое мнение о том, кто из имеющихся в Коммуникационном городке экстра-специалистов мог бы принять участие в исследованиях.