— Лина… — позвал он чуть более хриплым голосом, чем обычно, — поцелуй меня.
Странно, ведь я никогда не целовала его сама. Я приподнялась и легко дотронулась до его губ.
— Это уже невозможно… — прошептал он, чуть отстранившись.
В следующее мгновение Рем притянул меня к себе и теперь уже поцеловал сам, глубоко и страстно, также, как это делал всегда.
— Пожалуй, отложим традиции для другого раза, — он положил меня на кровать лицом вниз и слегка приподнял мои бёдра. Провёл пальцами между ними, там уже было мокро.
Краем сознанием я поняла, что он расстёгивает брюки и уже через несколько секунд почувствовала его в себе. На этот раз для того, чтобы прийти к кульминации, мне понадобилось гораздо меньше времени. А когда Рем закончил сам, то почти сразу начал всё сначала.
В ту ночь мы уснули ещё позже, чем в предыдущую. Я чувствовала, что Рем был доволен мной. А у меня после всего, что происходило между нами, была только одна мысль. Сколько пройдёт времени, прежде чем я забеременею от него? Как это ни странно, но в ту ночь я впервые почувствовала, что хочу этого. Наверное, я начинала сходить с ума.
Глава 23. Новая жизнь
Так началась моя новая жизнь. Как ни странно, она оказалась не такой ужасной, как мне представлялось. Рем был таким мужем, о котором втайне мечтала, наверное, каждая девушка на моей планете. Как и обещал, он заботился обо мне. Сказать, что я ни в чём не нуждалась — ничего не сказать. Рем готов был исполнить чуть ли не любое моё желание. Стоило мне только заикнуться о том, что я хотела, и на следующий день это уже у меня было. А о том, какие драгоценности он мне дарил, можно было даже не говорить… что-то невероятное. В какой-то момент мне уже стало казаться, что на них можно купить весь Гислер-4.
Правда, к сожалению, он выполнял только те желания, которые касались подарков. Когда я попросила его разрешить мне уехать за пределы сектора, он отказал. Сказал, что здесь есть всё, что мне может понадобиться, а, если нет, мне стоит только сказать и это доставят.
Проблема состояла только в том, что мне особо ничего было не надо. Хотя мы и проводили много времени с Пинной, гуляя по магазинам, но в основном из-за того, что мне просто было нечего делать. К тому же Рем дал мне карточку, на которой была просто астрономическая сумма денег. На мой вопрос, зачем столько, он просто ничего не ответил. Конечно, не то, чтобы мне совсем не нравилось тратить деньги, но всё-таки пятидесятое платье радовало гораздо меньше, чем первое.
Правда, получив карточку, я тут же перевела большую сумму Рейне. Мы не могли с ней видится и общаться, ведь, к сожалению, мой видеофон куда-то исчез, а купить новый я не могла — по каким-то странным местным правилам для того, чтобы это сделать, я должна была получить разрешение Рема. Он его мне, конечно, не дал. Тем не менее, я скучала по Рейне и помнила, что она хотела перевести свою маму в безопасное место. Что ж, если я могла ей помочь, то почему бы и нет? Не знаю, понял ли Рем, что я сделала это. Если даже и понял, то ругать не стал.
Когда Рема не было рядом, помимо того, что мы проводили много времени вместе с Пинной, я изучала древнемеранский язык и историю. Господин Гайин приезжал два раза в неделю и я значительно продвинулась в этом. Уже могла читать тексты и даже сама составлять несложные предложения.
Рему не очень нравилось, что я учусь, но он не запрещал мне делать это, правда, настаивал, чтобы, прежде всего, я занялась обустройством дома. Он хотел, чтобы мы перебрались туда как можно быстрее. По крайней мере, до того, как я забеременею. Рем почему-то был уверен, что это произойдёт уже скоро. Хотя я точно знала, что обычно авены беременели только по прошествии пяти или шести лет после заключения брака. Даже он сам мне рассказывал, что у его родителей, которые уже умерли, детей не было почти двадцать лет и к тому времени, как он родился, они уже совсем потеряли надежду на то, что это когда-нибудь произойдёт.
— Почему ты думаешь, что у нас появится ребёнок так быстро? — однажды спросила я.
— Всё дело в нашей совместимости, — просто ответил он, но, встретив мой непонимающий взгляд, объяснил более подробно, — теоретически любая авена может родить ребёнка любому меранцу. Но в реальности есть пары, которые подходят друг другу лучше или хуже. Наша с тобой совместимость приближается почти к ста процентам.
— А ты знал об этом, когда решил найти меня на Гислере? Знал про нашу совместимость? — сама не понимала, зачем спрашивала его об этом. Наверное, мне просто хотелось больше узнать о том, почему он решился на ту поездку, которая в итоге так сильно изменила мою жизнь.