– Саша, а ты уверена, что…
– Уверена! – перебила я.
– Надо же, какая ты отчаянная, – восхитился Волгин, – знаешь, в моем кабинете есть комната отдыха, и если тебя не смутит…
– Не смутит! – с радостной готовностью влюбленной идиотки уверенно подтвердила я.
– Тогда я сейчас направлюсь в кабинет, а ты подходи через… – он мельком взглянул на стильные золотые часы, – через десять минут. Договорились?
– Договорились, – прошептала я.
– Вот и умница, – украдкой оглянувшись по сторонам – нет ли кого? – он поцеловал меня в лоб.
И вредный внутренний голос тоненько пискнул где-то в глубинах моего сознания – а не кажется ли тебе, дубина стоеросовая, что сложившаяся ситуация для тебя унизительна? Начальник назначает тебе романтическое свидание в задней комнате своего кабинета в самый разгар рабочего дня. Такое позволительно лишь расшалившимся любовникам, которые знают друг друга три тысячи лет и прошли все возможные стадии притирки. А первое свидание, самое главное, задающее тон отношениям, должно быть другим.
«Глупость несусветная! – ответила я внутреннему голосу. – Конечно, все эти аргументы звучат красиво. Но не могу же я смотреть на мир глазами своей бабушки. Просто у современных деловых людей все происходит быстрее, в том числе и любовь. Вот и все».
По дороге в кабинет шефа я заглянула в туалет. Своим внешним видом осталась, как ни странно, довольна. Обычно меня раздражают досадные мелочи типа облупившегося лака на ногтях или непослушной прядки, которая так и норовит выскочить из-за уха. Но в тот день я выглядела как никогда хорошо.
В коридоре я нос к носу столкнулась с оператором Димой.
– Саша. А я как раз тебя искал. Хотел кое-что тебе рассказать, – дружелюбно начал он.
– Да? – Я с досадой взглянула на часики. Я знала, что Волгин давно ждет меня в кабинете. Может быть, он даже успел раздобыть где-то вино и букет. Может быть, он выбирает, какую музыку включить для создания романтичной атмосферы. Может быть, он возится со спичками, зажигая ароматические свечи. Торопится, дует на обожженные пальцы, нервничает. А я вот здесь, в коридоре, болтаю о всяких глупостях, вместо того чтобы бегом нестись на свидание.
– У меня есть новость!
Я примерно знала, о чем Дима хочет со мной поговорить. Дело в том, что несколько недель назад он затеял в своей квартире ремонт, и пару раз меня угораздило дать ему вменяемый совет по поводу оформления квартиры. Кажется, я посоветовала ему повесить на балконе гамак, а кровать разместить прямо на полу. Диме мои дизайнерские идеи понравились, и вот теперь он при каждом удобном случае советуется со мной, какого цвета должен быть кафель в туалете и не причислят ли его к сексуальным меньшинствам, если покрывало на его кровати будет леопардовым. Обычно я рада потрепаться на такие темы.
Но не сегодня. Не сейчас.
– Прости, Дим, жутко тороплюсь. Давай вечером созвонимся, хорошо?
– А куда торопишься? – подозрительно спросил он. – У тебя же монтаж только через полтора часа.
Вот зануда! Да мало ли куда я могу торопиться. Телецентр «Останкино» – это мини-город, чего здесь только нет. Может быть, у меня назначена важная встреча. Или вдруг я записана в салон красоты на укладку (что больше похоже на правду).
– Да так, – неопределенно улыбнулась я.
– Зуб болит? – понимающе подмигнул Дима.
– О чем это ты?
– Сашка, я тебя знаю недавно, но почему-то вижу насквозь. Такое рассеянное лицо у тебя бывает только в одном случае – когда ты собираешься переспать с очередным козлом.
Я поперхнулась и едва не проглотила жвачку. Что он несет? Мы ведь даже не близкие друзья.
– Ты что?
– Да ладно, видел я, как ты с Волгиным… разговаривала.
– И что? – с вызовом спросила я. – Подумаешь, разговаривала. Он же мой начальник. Он мне даже не нравится.
– А в саду у Подаркина ты говорила другое, – хитро прищурился он.
Точно. Совсем забыла про так называемое «интервью», в процессе которого я напилась и принялась нести всякую чушь.
– Не принимай близко к сердцу, – как можно более равнодушно сказала я, – я сама не понимала, что говорю. Естественно, мне не нравится Подаркин… То есть Волгин.
– Ладно, я все понял. Я всего лишь хотел сказать тебе, что…
– Дим, потом, все потом, – нетерпеливо перебила я, – прости, но мне действительно пора. Пока!