— Привет, солнышко. Отвечай да-нет. Он к тебе пристает? — папа был спокоен, просто уточнял.
— Привет, пап. Нет, — ответила я и покосилась на аспиранта.
— Телефон у тебя с собой? — серьезно спросил папа.
— Конечно!
— Не выключай его и держи при себе. Я буду отслеживать ваши перемещения, — вещал родитель. — И можешь ему передать, если с твоей головы хоть один волос упадет, я его с того света достану и наизнанку выверну, — добавил он ровным, почти будничным тоном, вот как будто каждый день только и делал, что доставал кого-нибудь с того света!
— Папа! — не сдержала я возмущенного возгласа. На что он только рассмеялся и продолжил инструктировать:
— Как выедете из города, позвони. Проедете Старые Мастера — тоже. Все, до связи, солнышко. Ждем тебя.
— До связи… — пробормотала я. Естественно, передавать папины угрозы аспиранту не стала. Он и так уже откровенно потешался над этой ситуацией, хотя внешне был само спокойствие и невозмутимость. Но я-то все видела в его глазах!
Последним в списке заболевших был преподаватель информатики, Дорохов Андрей Вениаминович. И это было странно. Точнее, как-то выбивалось из общей тенденции. Просто и Лапину, и Зуевой уже чуть-чуть за семьдесят, а Дорохов был в два раза моложе… И я все гадала, чем же таким он мог заболеть, что оказался не в состоянии прийти в универ. Неужели тоже что-то сердечно-сосудистое? Все оказалось проще — неосторожно поднял холодильник и заработал позвоночную грыжу. Естественно, тоже от госпитализации отказался. Передвигался он еле-еле, было видно, что каждый шаг причинял ему боль. Но тем не менее шутил и держался бодрячком. Ждал гостей. Сувенир от профсоюза в виде набора продуктов к новогоднему столу пришелся как раз кстати. Он уже собирался заказывать доставку по интернету, так как сам из дома выйти был не в состоянии. Они с Матеем Эльдаровичем немного поговорили о том о сем и мы заторопились на выход.
— Спасибо, что навестили! И тебе Матей, и вам, Маша, — сказал Дорохов и, пожелав счастья в наступающем Новом году, закрыл за нами дверь.
— Миссия выполнена, — выдохнул аспирант, едва мы вышли из подъезда. — Можем отправляться дальше. Вы в общежитие заезжать будете?
— Нет, — я покачала головой.
— Ммм… а мне надо заскочить в одно место, но это быстро и по дороге. Посидите в машине?
— Хорошо, — я рассеянно кивнула. В мозгу постоянно прокручивались последние фразы Дорохова и что-то в них напрягало. А что, я не могла понять. Какое-то несоответствие…
— Вы не устали? — обеспокоенно спросил Матей Эльдарович, помогая забраться мне в машину.
— Что? Нет, — увлеченная своими мыслями, я даже не сразу поняла, о чем именно он меня спрашивает.
— Проголодались? — тем временем продолжил вопрошать он.
— Ммм… — я все-таки прислушалась к ощущениям в собственном желудке. — Немного, — признала с неохотой и поспешила добавить: — До дома дотерплю.
— Хм… и под каким кустом меня закопает ваш отец, если я привезу вас в оголодавшем состоянии? — задумчиво пробормотал аспирант, глядя на меня снизу вверх.
— Под сиреневым, — выдохнула я, устраиваясь поудобнее на сидении.
— Почему? — Матей Эльдарович искренне удивился и даже снова распахнул дверцу со стороны пассажирского места.
— Он в конце огорода растет и там снега больше всего. До весны не оттает, — пояснила я на полном серьезе, несколько раз невинно хлопнув ресничками.
Аспирант оторопел, на мгновение мне даже показалось, что поверил.
— Шутите, — с улыбкой констатировал он и, обойдя машину, сел на водительское место.
Я пожала плечами, можно подумать, он не шутил.
— Тем не менее, перекусить не мешало бы. Предлагаю кефир и полбатона, — сказал Матей Эльдарович и вытащил откуда-то с заднего сидения пакет.
— Почему полбатона? — усмехнулась я.
— Ммм… во-первых, потому что так в песне одной поется, а во-вторых, другую половину я съем сам, — ответил он и протянул мне багет и бутылку кефира, на поверку оказавшегося питьевым йогуртом.
Отказываться я не стала, поблагодарила и с удовольствием вгрызлась в хрустящую корочку. После этого небольшого перекуса мы отправились дальше. Почти у выезда из города остановились возле какого-то торгового центра и аспирант убежал, пообещав вернуться минут через пятнадцать. Я тем временем позвонила папе, отчиталась о передвижениях, а потом вспомнила про Светку и решила позвонить и ей, предупредить, что не вернусь в общежитие и что задания на зачете были с уровня всероссийской олимпиады. Подруга взяла не сразу, пришлось набирать заново. А когда она ответила, стало ясно почему. Громким фоном играла музыка, слышались веселые голоса. Похоже, празднование уже началось.