Тем более в здании, скорее всего, был не пожар, уж если Громов так говорил, вероятно, и сигнализация, и суматоха его рук дело или дружков с их класса. Все хоккеисты немного отбитые.
— Тут вроде никого, — раздался женский голос.
В темноте я плохо различала силуэт Ярослава, однако в какой-то момент он подвинул руку и случайно задел мое плечо. Воздух вмиг сделался тяжелым, горячим. В нем словно заискрили маленькие огоньки, а может то были огоньки в моей груди. И я видела этому вполне резонное оправдание: полуобнаженный парень со мной в замкнутом пространстве, мы едва знакомы, хотя нет, он вряд ли замечал меня до сегодняшнего дня. Одним словом, крайне абсурдная и нелепая ситуация.
— Эй! — прошипела я. — Ты… — однако договорить не получилось: Яр накрыл мой рот своей ладонью.
Я тактильно ощущала его недовольный взгляд, блуждающий по моему лицу. А уж когда горячее мужское дыхание коснулось моей шее и щек, по венам словно побежала лава. Это граничило с сумасшествием.
Голоса в раздевалке стихли, дверь захлопнулась, и Громов, наконец, убрал руку. Он приоткрыл дверцу шкафа, тайком выглянув наружу, словно какой-то шпион из американского блокбастера, и в этот момент я врезала ему по икроножной части ноги. Он тихо пискнул, но мне было уже плевать. Каков наглец!
Выскочив из шкафа, я вдохнула полной грудью воздух свободы, маленькие помещения все же не мой конек. Яр вышел следом, его взгляд, направленный в мою сторону, напоминал удар, которым отправляют к стенке. Это был взгляд холодного осеннего ветра, готового сорвать крышу с ветхой избушки или разрубить на две части сухую ветку дерева.
— Что? — немного растерянно спросила я. Он реально надеялся, что затащит девушку в шкаф, заткнет ей рот и ему все это добро сойдет с рук? Неужели все парни из хоккейной команды такие самоуверенные?!
Вместо ответа Ярослав лишь театрально закатил глаза. И прежде, чем он вышел прочь, в раздевалку завалился еще один спортивный представитель — Саша Давыдов. Тот самый парень, который подмигнул мне тогда на парковке. Количество хоккеистов на столь мизерной территории было не в мою пользу.
— Вот ты где, Яр! — воскликнул радостно Саша. Он улыбнулся, и на его щеках появились милые ямочки. — И не один, как я погляжу, — присвистнул новый гость.
— Твоими молитвами, — прорычал Громов. Затем обошел своего дружка и выскочил в коридор, громко хлопнув дверью.
Да что, в конце концов, не так с этим парнем?
— Надеюсь, мой братишка тебя не обидел? — Саша подошел ближе, продолжая излучать само дружелюбие. Даже внешне он был полной противоположностью своего то ли друга, то ли родственника. Всегда улыбка на губах, вежливость в каждом жесте, поговаривали, Дава был душой любой компании. Да и девчонки его любили именно за открытость. Что греха таить, даже я как-то оттаяла при виде такого лучезарного милого лица. А еще Саша был в майке в отличие от кое-кого.
— Ну… — я тихо выдохнула и только сейчас опомнилась, что, наверное, выгляжу ужасно: мокрая майка, волосы, с которых стекала вода, скорее всего и под глазами черные круги от туши. Одним словом — та еще красавица.
— В номинации грубиян года, Яр бы занял первое место.
— Не знала, что у него есть такие, — я зажала два пальцы, показывая кавычки, — трофеи.
— Поверь мне, у него их целая комната, — он усмехнулся, а я почувствовала, как напряженная атмосфера стала медленно покидать раздевалку. — А меня, кстати, Александр зовут.
— Я знаю, — слишком быстро вырвалось у меня. Это добавило красок и в без того неловкую ситуацию. Я отвела взгляд в сторону, прищурившись и молясь всем богам, чтобы фраза не прозвучала комично.
— А я вот твоего имени, птичка, до сих пор не знаю. Так… как тебя зовут?
Дава не сводил с меня своих кофейных глаз. Они у него были глубокие, миндалевидной формы с обрамленными густыми ресницами.
— Ангелина, — улыбнулась я.
— Ангел значит? — произнес он то ли для меня, то ли для себя. Реплика прозвучала как утверждение. Однако дальше наш разговор не продолжился, потому что в раздевалку вновь пожаловал физрук.
Глава 3
Большая часть учебного дня пошла коту под хвост. На литературе к нам заглянула завуч — Светлана Юрьевна, и прочла лекцию о том, как нехорошо срывать уроки. На химии пришел директор, и с видом важного человека вещал о нашем будущем, которое не стоит портить глупыми выходками. Я наклонилась к Лиле, мы сидели с ней за одной партой, и тихонько прошептала:
— Зачем они устроили эти показательные лекции?