Выбрать главу

Да и вообще, чем больше я сталкивался с новым, тем сильнее бросалась в глаза неравномерность прогрессивности общества.

Я интуитивно поднял руку и медленно провел пальцем над огнем. Приятное обжигающее чувство напомнило о школьных годах, курсе химии и ее волшебстве. А ведь в свое время первых алхимиков называли колдунами и прислужниками Люцифера. Сейчас, понимая все эти простые вещи на уровне школьных знаний, нам невдомек это мракобесие. Но фактически, так называемые прислужники тьмы рубили окна в светлый мир науки. Нет, в моей голове не было идеализации этих людей, но чем бы они ни руководствовались, это привело нас к познанию не только самих себя, но и мира.

Что это были за люди? Попаданцы из этой вселенной, которые пытались найти способ "колдовать" без магии, или естественное развитие немагической вселенной?

– Чтоб меня, – выругался я и бросился к лежащему на единственном в комнате стуле мешку. Выудил причудливый пергамент и уставился на него, не решаясь раскрыть и увидеть непонятные символы.

Когда я пришел в себя после исчезновения воровки, я решил, что она забрала из сумки все имеющие ценность вещи, оставив мне только лук и нож. Даже не проверил наличие свитка. Что уж там, я просто забыл о нем, на фоне прорыва в понимании магии.

Отбросив неуверенность, я развернул свиток и нервно выдохнул.

Нет, там не оказалось местных каракулей, но понятнее от этого не стало.

В центре свитка был начертан шестиугольник, края которого переливались черно-фиолетовым цветом. Его внутреннее заполнение оказалось еще более чудным: снизу вверх пробегала черная полоска, оставляя после себя цвета-названия степени Сосуда.

Белый-Желтый-Синий-Красный-Черный.

Что с этим делать?

Единственное логичное решение – это коснуться, но я сомневался в безопасности этого действия. Если бегающая полоска окажется разновидностью местного определителя цвета мага, есть шанс, что свиток меня отвергнет и убьет. Или владелец вещицы выйдет на след предмета.

– Когда восстанет из мертвых, – грустно поджал я губы.

Хотя, чем черт не шутит в этой вселенной.

Плюнув на опасность, я ткнул пальцем в шестиугольник и моментально почувствовал покалывание, которое пробежало по руке и буквально врезалось в мозг. Ощущение не самое приятное. Голова чертовски разболелась, и я осел на пол. Мысли хаотично метались и никак не желали структурироваться. Тошнота то подкатывала, то бесследно исчезала.

Усталость навалилась тяжелым грузом, и не понимая, что происходит, я из последних сил дополз до кровати, но так и не смог затянуть туда все тело.

Стук в дверь оборвал мой глубокий сон, и вздрогнув, я машинально откликнулся:

– Да-да, иду, Лизи, скоро буду.

– Какая Лизи, лесной! Нам пора выходить, и ты, боюсь, остался без нормального завтрака, – гаркнул и следом заржал Сокш.

После этого заявления сонливость испарилась за секунду, и снова подняв голову, я обнаружил себя в полусидящем состоянии. Все тело затекло, а голова, казалось, весила целую тонну.

Я поднялся на ноги тут же захотел лечь в постель и нормально выспаться. А еще лучше, продолжить удивительный сон, где мы с семьей отдыхали на озере. Лизи с Кернисом были еще совсем дети и бегали друг за другом, накручивая круги рядом с покрывалом. Бабушка Элизабет о чем-то щебетали с мамой, а мы с отцом обсуждали рыбалку и удочки. В этом сне я был уже не ребенком и, поглядывая на семью, радовался такой картине еще сильнее. В этом творении господина Морфея не было ни исчезновения Эммы, ни катастрофы, ни чертового убежища.

Кто знает, что было бы с нами, если бы мама не пропала на долгие шесть лет. Может быть, Кернис не превратился бы в маньяка, и мы спаслись бы в одном из убежищ страны. Сая была бы жива и встречалась с очередным красавчиком из университета, а не получила бы пулю в живот.

Кто знает…

– Дерьмо, – я опустил голову и начал спешно собирать вещи.

Спустившись вниз, я тут же наткнулся на Лару, которая нервно покусывала пухлую губу. Ее белое круглое лицо наполнилось печалью и грустью, когда мы встретились взглядами. Определенно девочке здесь одиноко, и присутствие таких постояльцев, как охранники нашего каравана, не добавляло радости в ее скучную жизнь. Возможно, какой-нибудь молодчик из направившейся в Пантоа гвардии скрасил ее прошлую ночь. И выжил.

– Лесной, у тебя есть пять минут, – гаркнул Сокш, отвернувшись от стойки. – Потом будешь догонять.

Видимо, Ворак и Карис были уже на улице и запрягали повозки.