Итоги подвел сам Сталин: он объявил в своем докладе, что «нельзя сказать, что чистка была проведена без серьезных ошибок. К сожалению, ошибок оказалось больше, чем можно было предположить. Несомненно, что нам не придется больше пользоваться методом массовой чистки. Но чистка 1933-36 гг. была все же неизбежна, и она в основном дала положительные результаты».[927]
Сталинская датировка чистки 1933-36 годами может показаться непосвященному несколько странной. Но дело в том, что в те годы исключения из партии проводились и одобрялись публично, а позже чистка партии и террор против населения не сопровождались никакилли формальностями, и потому на съезде о них можно было и не говорить.
Казни видных членов партии между тем продолжались. Одна из них произошла даже во время съезда — 14 марта 1939 года был расстрелян Яковлев. В последующие годы Сталин и Берия доделали большую часть того, что Ежов начал и не окончил.
К июлю 1939 года была, наконец, получена санкция прокурора на арест Эйхе, и этот арест в какой-то степени узаконен, 25 октября 1939 года Эйхе были предъявлены обвинения. Он написал Сталину, протестуя против обвинений и настаивая на своей невиновности. В недавнем прошлом Эйхе сам преследовал троцкистов в Западной Сибири — теперь он полагал, что частично это могло быть местью ему за сибирские «заслуги». Эйхе писал: «Я не смог вынести тех пыток, которым подвергали меня Ушаков и Николаев, особенно первый из них — он знал о том, что мои поломанные ребра еще не зажили и, используя это знание, причинял при допросах страшную боль».
Эйхе умолял Сталина «разоблачить всю ту гнусную провокацию, которая, как змея, обволокла теперь стольких людей из-за моей слабости и преступной клеветы».[928] Существует рассказ, что Эйхе, временно потеряв рассудок под пытками в 1938 году, кричал, что признает себя виновным в принадлежности к преступной организации под названием «Центральный Комитет ВКП[б]».[929]
Письмо Эйхе Сталин игнорировал; однако, оно, очевидно, сохранилось в архивах.[930] 2 февраля 1940 года Эйхе предстал перед судом, где отказался от всех своих признаний и еще раз объяснил их пытками.4 февраля 1940 года Эйхе был расстрелян. Расстреляли и его жену Е. Е. Эйхе-Рубцо-ву.[931]
С точки зрения прослеженных нами ранее связей между уничтожением политических и военных деятелей интересен следующий факт: в один день с Эйхе был уничтожен командующий Северным флотом флагман Душенов — в прошлом матрос крейсера «Аврора».[932] Есть основания думать, что в это время имел место и большой закрытый процесс, на котором подчистили недоделки НКВД, как это уже было в июле 1938 и в феврале 1939 года; 2 февраля 1940 года указывается ныне как дата смерти Мейерхольда, а 1 февраля — как дата смерти Михаила Кольцова.[933]
В 1939 году были казнены Рухимович, Уханов, Акулов, Сулимов и многие другие. 12 января 1940 года был расстрелян старый большевик, Нарком просвещения Бубнов. Его дочь Валентина была отправлена в лагеря.[934]
Последовали также казни Наркома юстиции Крыленко и других. 10 декабря 1940 года пришел черед Постышева. «Мастера клеветы и беззакония не решились», однако, — как формулируется это теперь, — «гласно обвинить Постышева… в диверсиях, заговорах, шпионаже, отходе от ленинизма»,[935] хоть киевский обком обвинялся, как известно, в наличии в нем троцкистов. В отличие от Рудзутака и Эйхе, объявленных бухаринцами, обвинение в троцкизме могло фигурировать в официальном приговоре Постышева. Старший сын Постышева Валентин был тоже расстрелян. Остальные дети отправлены в лагеря.[936]
Арестованные командиры уничтожались так же, как и политические деятели. Если говорить о виднейших жертвах того периода, то Алкснис наиболее вероятно казнен в 1940 году, а маршал Егоров — может быть, уже перед самой войной, 10 марта 1941 года. Впрочем, в отношении даты смерти Егорова советские источники расходятся (см. выше главу 7).
Последним представителем уничтоженных высших сталинских кадров был Антипов, которого ликвидировали в период наступления немцев, 24 августа 1941 года, когда Сталин спешил уничтожить тех, кто мог бы взять на себя руководство страной в случае его падения. Если верны наши предположения относительно Чубаря (см. выше), то в этой же панической волне военных казней был уничтожен и он.
929
118. В. И. Николаевский в примечаниях к первому английскому изданию Доклада Хрущева на закрытом заседании XX съезда в «The Crimes of Stalin Era», The New Leader edition, Ney York, 1956, note 20.
930
119. В своем докладе на закр. заседании XX съезда Хрущев цитировал его по «Делу Эйхе», т. 1.
932
121. См. Сов. ист. энциклопедию, т. 5, Москва, 1964, стр. 421;(См. также И. А. Козлов, «Северный флот», Москва, 1966; «Военно-историеский журнал», № 7, 1965).