Герцог Федор прибыл на личном вертолете в сопровождении невысокого человека, которого представил как своего личного врача — доктора Эммануэля Рустина. Скелетообразная фигура герцога Федора в лабиринте труб и механизмов вначале изумила Этьена, хотя он и был знаком с досье СИБ на этого человека. Он пытался не обращать внимания на обтянутый кожей череп, выпученные глаза и сверкающие металлические зубы, но у него это не получилось. Герцог Федор сказал:
— Да, я произвожу жуткое впечатление почти на каждого. — От его голоса, раздавшегося из динамиков, расположенных по обе стороны головы, мурашки побежали по спине Этьена.
— Я не могу не испытывать к вам уважения, сэр, — ответил Этьен. — Я изумлен, но это так. В конце концов, я ведь тоже зависим от протезов.
Этьен вытянул правую руку и отвинтил кисть запястья. Он потерял ее четырнадцать лет назад от шального луча бластера, выполняя задание. Искусственная рука была идеально приспособлена для работы. И не отличалась от настоящей. Каждый ее палец скрывал аппаратуру строго специального назначения. Пальцы крепились к ладони там, где Этьен носил яркие кольца, чтобы скрыть видимые швы. К одному из его секретов, о котором мало кто знал даже из членов его семьи, было наличие у него целого набора запасных пальцев, каждый из которых имел свои собственные характеристики.
Глаза герцога Федора заблестели, когда он увидел «обрата по несчастью».
— Как это случилось? — спросил он. Этьен пожал плечами:
— Несчастные случаи происходят даже в лучших цирках.
Когда герцог Федор наклонился вперед, чтобы рассмотреть искусственную руку, Этьен заметил на шее гостя необычное ювелирное украшение — микросхему на золотой цепочке.
— «Нечто подобное я уже видел раньше», — подумал он, но не стал напрягать память, чтобы не отвлекаться, — его ждали неотложные дела.
Когда неловкость развеялась, оба герцога почувствовали себя непринужденно. Естественно, у них были лучшие места в зале — королевская ложа, обычно резервируемая для прямых родственников Императора, а исполнители старались продемонстрировать особенно впечатляющую игру для весьма важных гостей. Герцог Федор был потрясен их искусством и смелостью.
— Должен признать, я всегда восхищался хорошими артистами, обладающими физической ловкостью. Возможно, потому, что сам я всегда был ограничен в движении, меня приводит в трепет, когда я вижу людей, в совершенстве владеющих своим телом. Удивительное представление. Федор признался герцогу Этье-ну, что не помнит, когда он получал большее удовольствие.
— Пока вы здесь на Колокове, вы обязательно должны стать моим гостем. Завтра вечером я устраиваю дипломатический прием в честь посла из Горации по случаю двухсотпятидесятой годовщины заселения этой планеты и настаиваю, чтобы вы присутствовали в качестве моего гостя в ответ на ваше сегодняшнее гостеприимство.
— Буду рад присутствовать. Могу ли я взять с собой моего брата Марселя?
— Конечно. Я восхищен его выступлением. Как вы думаете, красиво ли будет попросить его выступить перед гостями?
Этьен д'Аламбер улыбнулся, с трудом пытаясь скрыть, как его обрадовала эта просьба.
— Да, я уверен, он почтет это зачесть. Итак, до завтрашнего вечера.
И два герцога — один — изменник, а другой — агент Короны — расстались с явным дружелюбием.
На следующий вечер герцог Федор направил к Цирку один из своих личных лимузинов, чтобы забрать двух гостей. Герцог планеты ДеПлейн Этьен д'Аламбер и лорд Марсель д'Аламбер оделись в соответствии со всем своим аристократическим вкусом. На герцоге была туника и расклешенные брюки из серого вельвета. Разрезы на тунике открывали серебристую подкладку. Голову опоясывала гладкая платиновая лента, почти сливающаяся с серебристо-седыми волосами. С его плеч спадала платиновая же Цепь с звездой из сапфира, которая составляла комплект с сапфировыми кольцами на его искусственной руке. Вельветовая накидка до пояса с подкладкой из серого сатина и серые вельветовые, расшитые серебряными узорами акробатические туфли дополняли его одеяние.
Марсель подчеркнул свой мефистофельский облик, надев облегающий черный комбинезон, рукава которого также имели разрезы, и сквозь них была видна ярко-красная ткань. Его талию охватывал пояс из рубинов, закрепленных на черной коже, а его черные волосы венчала красная вельветовая ермолка. Худощавую фигуру скрывала черная меховая накидка с красной подкладкой.
Два эффектных статных вдовца наверняка привлекут внимание высокопоставленных женщин на приеме.
Ехали около часа. Наконец перед ними появилось что-то огромное с неотчетливыми очертаниями.
— Это гора, и на ней замок герцога? — спросил Этьен шофера.
— Замок — это и есть гора, — последовал ответ.
Замок Римскор действительно был внушительным сооружением — двухсот семидесяти пяти метров высоты и с основанием диаметром около ста метров. Выполненная из конструкционной стали и покрытая алюминием и пластиком, наружная поверхность замка изображала причудливый механистический лес. Эрзац-деревья из блестящего металла «росли» на склонах замка, среди них резвились роботы-животные. Как архитектурное сооружение, он, безусловно, был несравним ни с чем, по крайней мере, в этом секторе космоса.