Ого! Мальчики решили кого-то снять, - улыбнулась я.
- Жара какая! Ты сам постоянно облизываешься. Это не показатель, Том. Девка, да, суперсексуальная...
- А как она передо мной задницей крутит? Она словно говорит: "Да, да, вставь мне, детка!" А рот? Только представь, как она это будет делать ртом! - он произнес фразу удивительно страстно, и я очень хорошо представила себе, как кто-то мягко и аккуратно... Нет, это из другой оперы...
- Каулитц, у тебя спермопередоз на фоне страшного недотраха! Тебе надо меньше порнухи смотреть. Ты выдаешь желаемое за действительное.
- Нет же! Вот увидишь, этой ночью я ее трахну!
- Не даст она тебе.
- Даст, спорим? У нее такие сиськи! А задница... О, я весь в предвкушении.
Георг засмеялся.
Шум воды. Включилась сушилка для рук, и мне стало плохо слышно.
- Мария не даст! Она пошлет тебя на хер.
Упс! Нормально... Видимо, в тот день на моего ангела снизошла благодать - неожиданно для себя я оказалась в нужном месте в нужное время. Вот только тема разговора меня внезапно перестала забавлять. Внутри все закипело. Я резко и бесшумно распахнула дверь, намереваясь врезать Тому по морде. Ребята стояли в проходе. Том ко мне спиной, а вот Георг...
- Спорим, что я ее трахну? На что?
... Георг меня увидел. И от неожиданности замер.
- Том... - проблеял неуверенно.
Но Том уже активно имел меня в своих фантазиях, поэтому предупреждения друга не услышал.
- Не веришь? Чтобы подтвердить выигранный спор, я оставлю у нее засос где-нибудь на видном месте. На желание! Давай спорить на желание!
Я сжала зубы покрепче, прожигая спину мальчишки гневным взглядом. Георг косился на меня. Ситуация явно идиотская.
- Мой бог! Эти сиськи меня с ума сводят. Они такие большие! Как ты думаешь, они силиконовые или натуральные?
Ну разве можно вот на этого малолетнего идиота сердиться? Я широко улыбнулась, стараясь не засмеяться в голос, и приложила палец к губам, умоляя Георга не выдавать моего присутствия. Уголки его губ довольно растянулись, он посмотрел лукаво и уверенно заявил:
- Натуральные у нее сиськи, Том. Но все-таки я продолжаю настаивать, что теперь ты ее точно не трахнешь. И спорить я с тобой не буду. Потому что ты, Каулитц, дурак каких поискать надо. Пошли отсюда, а то с Биллом истерика случится.
- Вот еще! Поссать нельзя сходить? - фыркнул мачо, гордо проплывая как каравелла мимо друга к дверям.
- Э, нет, мой хороший, - прошептала я ему вслед. - Теперь уж ты обломаешься по полной программе. Ишь чего удумал, сопля зеленая! Спорить на меня! Ха! Приходи смотреть.
В голове творился какой-то кавардак. С одной стороны я действительно хотела Тома и всячески ему это демонстрировала. А вот с другой стороны... Черт! Э, нет, дорогуша. Дураков учить надо. Впредь умнее будет.
Когда я тенью скользнула в гримерную, там бушевала буря. Йост орал на Билла, а Билл, в свою очередь, орал на Йоста. Делали это они одновременно, и я даже примерно не могла понять, о чем они спорят. Густав стоял у окна и, как и я несколько минут назад, с удовольствием рассматривал спешащий на концерт народ. Георг что-то сосредоточенно пытался протренькать на гитаре, но ругающиеся коллеги сбивали его. Он недовольно встряхивал головой, скидывая волосы с лица, и хмурился. Том ел виноград полулежа на диванчике. При виде меня он сразу засветился и развалился еще больше, широко расставив ноги. Сесть некуда. Разве что копытца мачо скинуть. Я с очаровательнейшей соблазнительной улыбочкой продефилировала к нему, слегка покачивая бедрами (Георг на момент этих пятнадцати шагов даже играть перестал, а Билл проследил мой путь с приоткрытым ртом и офигевшими глазами - да, мальчик, я такая).
- Приземлиться можно? - чуть выпятила губки. Голос обволакивающий, завораживающий, укутывающий.
- Чего? - растерялся он.
"Чего-чего! Я говорю, посадку давай!" - улыбнулась, вспомнив фразку из любимого мультфильма.
- Разрешите присесть? - еще более сладко и эротичнее. Фактически делаю ему неприличное предложение.
Ор за спиной прекратился. Я чувствовала, что все четверо сейчас смотрят на нас с Томом. Не спеша поворачиваю голову, демонстрируя ему длинную шею, которая снизу кажется еще длиннее из-за выреза. Да, так и есть. У Билла такой вид, что и словами не описать. Наверное, если бы я сейчас залезла на Тома сверху, он бы меньше удивился. Йост скособочился весь, губы слегка кривятся в улыбке. Густав прикрыл пол-лица ладонью, глаза смеются. И только Георг на нас не смотрит, спрятался в волосах, плечи подрагивают - беззвучно ржет.
- Куда присесть? - лопочет Том.
Ребята не видят моего лица, и я беспощадно пользуюсь своим положением: многозначительный взгляд облизывает его тело, едва-едва задерживаясь на животе, язык легко смачивает пересохшие от жары губы. Том как-то странно дернулся.
- Рядом, - выдыхаю тихо.
- По... Пожа... Конечно... - он торопливо скидывает лапки и отодвигается на самый край. Дурашка...
Я сажусь совсем близко к нему, хотя места достаточно. Том зажат в углу. Нога к ноге. Бедро к бедру. Локоть к локтю. Он ерзает. Мне даже кажется, что парень возбужден. Что ж, это очень хорошо.
- Господа, что-то не так? - наивность в тоне и во взгляде зашкаливает все мыслимые показатели.
Они разом начинают трясти головами.
- Всё хорошо, - бормочут. - Всё отлично.
- Я пойду, - кидает Йост и торопливо выбегает из гримерки. Куда это он?
Билл продолжает пялиться на нас. Хорошо, хоть рот закрыл. Краснота на щеках видна даже под тремя слоями тонального крема и пудры. Еще одна жертва полового воздержания. Георг опять начинает что-то бренчать.
- Том, - тяну имя, как карамельную тянучку. - Пожалуйста, - смотрю в глаза невинно. - Сыграй для меня, - подтекстом "трахни меня".
Даже не ожидала, что так сильно действую на него. Для того чтобы встать с глубокого мягкого дивана, Тому пришлось воспользоваться моей коленкой. Рука потная, холодная и трясется. У него стресс. Хороший такой, жесткий стресс. Надо ослабить хватку. Как жаль, что футболка огромная! Очень хочется проверить догадку о возбуждении, а по походке определить не могу.
Он уселся на подлокотник, водрузив ногу на сиденье, провел по струнам, подстраивая инструмент.
- Гео, - подмигнул басисту и заиграл.
Билл широко улыбнулся, захихикал. Густав отбивал ритм пальцами по столешнице. Том запел! Обалденным голосом!
- Привет!
Ты стоишь у меня в дверях
И больше здесь нет никого
Кроме нас с тобой.
ОК! Заходи в первый раз,
Остальное пойдёт само собой
В комнате 483.
Здесь день пройдёт совсем неправильно,
Свет исходит из минибара,
И утром здесь не будет светло.
Добро пожаловать в отель!
А теперь мы хотим поговорить!
- И сейчас ты лежишь здесь, - подхватил Билл весело. -
А я лежу рядом,
Говорить, говорить!
Входи.
Нас не побеспокоят.
Всё уже учтено -
Don't disturb.
И всё равно, где мы окажемся завтра утром,
Весь мир сейчас здесь.
Ложись сюда!
Я слушаю тебя,
Вижу твоё лицо,
Твои губы открываются.
Говори медленно, пожалуйста, не слишком быстро.
Добро пожаловать в отель!
А теперь мы хотим поговорить!
И сейчас ты лежишь здесь,
а я лежу рядом.
- Говорить, говорить! - вступили Георг и Густав одновременно, посмеиваясь. -
Говорить, говорить!
Все звонят в дверь,
Я нужен всему миру,
Все меня дергают,
А я не хочу ни с кем, кроме тебя
Говорить, говорить!
А теперь мы хотим поговорить!
- И сейчас ты лежишь здесь, - опять солирует только Том. -