Аскет, Егерь и Беркут, стояли молча, они чувствовали себя лишними в этой комнате, в которой была любовь. Наёмнику это чувство было чуждо, он никогда никого не любил — и никто никогда не любил его. За его жизнь у него было много разных женщин. Были даже такие женщины, которые совсем не понимали по-русски. От них ему нужно было только одно — только близость, и физическое удовлетворение. Он думал, что женщина не способна дать ему большее — но сейчас он понял, что ошибался, он понял, что ему, всю его жизнь, не хватало любви. Он понял, что причиной его частой ненависти к людям, была нехватка этой самой любви, которой он не видел с детства.
— Ну что, — тихо обратился он к Тереху и Серёге, одновременно, — Не мешало бы пожевать чего-нибудь, и покемарить с пару часов!
— Что-то я совсем не хочу есть! — так же тихо, погрузившись в какие-то свои мысли, сказал Терех.
— И я не хочу, — согласился Аскет, — Но надо. Я заметил, что в этом месте есть особо не хочется. Спать — тоже. Мы сутки на ногах — а ни в одном глазу. Раны тут тоже слишком быстро заживают. Чем ближе мы были к «Х-2» — тем меньше ощущались естественные потребности организма. Видно, это магнитное поле как-то влияет на нас.
В этот момент в коридоре раздалась стрельба. Грохот пулемётных выстрелов, к которым с опозданием присовокупились выстрелы автомата, наполнил пространство, и заставил людей вспомнить о том, что в этом бункере каждый миг, за каждым углом и на ровном месте, их ждёт опасность — и расслабится, даже на минуту, позволить себе они не могут.
Аскет накинул на плечи тяжёлый ранец, на котором он успел заменить баллоны. Тут же он подпалил фитиль почерневшей керосиновой лампы, и направился на звук выстрелов, к засаде. Он шёл вперёд, и уже увидел вдалеке всполохи выстрелов, как тут же рядом с его ухом просвистела пуля. Наёмник тут же пригнулся, вспомнив, что враг, спустившийся сюда с поверхности, безжалостен и коварен, сравни этим мерзким, холоднокровным тварям, которых во множестве они повстречали на нижних уровнях. Враг, с которым им предстояло встретиться, был изобретателен, хорошо вооружён, подготовлен, и целенаправлен. Аскет повернулся назад, и увидел, что за ним, так же пригнувшись, идут все остальные, и даже девушки. Он махнул рукой — чтобы они уходили обратно, но его никто не послушал. Винт напряжённо всматривался в тьму, и время от времени, нажимал на курок верного «MG». Короткие очереди, которые он выпускал, нужны были для того, чтобы не дать врагу спуститься на уровень по верёвкам, и занять оборону в первом попавшемся боксе. К слову, двери всех боксом они своими руками взломали, и теперь попасть в любой из них не представляло никакого труда. Наёмник пустил длинную огненную струю, осветившую тёмный коридор. Видел он, или нет, но как раз в этот момент, не видимый в непроглядной тьме Винтом, один из солдат «Зенита» уже спустился в конце коридора, и как раз сейчас он отцеплялся от троса, по которому он спустился. Огненная струя попала точно в него. Человек закричал, его крик отразился эхом от округлой бетонной стены главной шахты. Это крик был преисполнен болью и ужасом. Солдат сорвался, и огненным факелом рухнул в бездну. Тут же раздались хлопки выстрелов — стреляли сверху, из-под угла, рассчитывать при такой стрельбе можно только на рикошет. Скорее всего, эта стрельба была ответом, на брошенный только что вызов начавшейся бойни. Пули засвистели, ударяясь о пол, стены, потолок. Аскет, будто вспомнив чего-то, резко обернулся назад, и, схватив за руку Свету, увлёк её за собой в бокс. Он сбросил с плеч огнемёт, подбежал к своему рюкзаку, который от установки «Х-2» нёс Терех. Раскрыл клапан, и извлёк кипу бумаг, с грохотом упавшую на стол.
— Нужно найти поэтажную схему бункера! Ты поняла? — громко спросил он у девушки, которая тут же закивала головой. — Ищи быстрее, нам нужны вентиляционные установки! Пока ты их не найдёшь, нам дороги отсюда нет! Если найдёшь эти чертежи — тут же сообщи об этом мне! Сейчас от тебя всё зависит… — чуть мягче, добавил он.
Света тут же принялась за работу.
— Граната! — крикнул Беркут, и тут же громыхнул взрыв.
Осколки засвистели прямо над их головами. Казалось, стоило поднять голову хотя бы на сантиметр — и это неизбежно привело бы к моментальной гибели. Аскет включил яркий фонарь, и направил его луч в шахту. Он увидел, как на пол, сверху, упало несколько газовых гранат, которые тут же зашипели, извергая ядовитый газ.