Выбрать главу

    - Ты знаешь, Женя, сколько людей мы потеряли?

    - Шестерых, двое пропали без вести, - глухим голосом ответил Евгений. - Ищут...

    - Да, - криво улыбнувшись, уронил голову Ринат. - Именно так... - развёл он руки, отмахнувшись от рыжего здоровяка с жердиной, после чего с некоторым трудом поднялся на ноги.

    - А почему я их потерял, Жень? - продолжил Саляев. - А ведь это я их потерял! Да потому что отступил от правил...

    - Ринат, - насупился Лопахин. - Парни погибли не зря. Задание выполнено...

    - Вот! - поднял указательный палец бывший морпех. - Задание!

    - Понятно, - проговорил его товарищ. - В замке есть виски и сидр.

    Махнув своим бойцам, чтобы собирались, Саляев, немного размяв спину, проследовал за Лопахиным. Спустившись с холма к его подножию, где их ожидали трофейные кони, ангарцы, в сопровождении офицеров О'Нила, направились к крепости. Места недавних схваток вновь привели Рината в не лучшее состояние духа, захотелось напиться при мысли о том, что на Эзель вернутся далеко не все бойцы Аренсбургского полка. В отличие от ирландских офицеров, потерявших более половины войска, но пребывающих в отличном расположении духа, ангарцы не могли себя заставить радоваться вместе с ними. Наконец, конный отряд въехал в полуразрушенные ворота крепости, миновал разбираемые жителями баррикады и устремился вверх по одной из узких, мощёных камнем, улиц. Там было сыро и сумрачно, пахло плесенью. Лошадиные копыта гулко стучали по камням, редкие прохожие, попадавшиеся на пути, тут же жались к стенам домов, с опаской посматривая на всадников исподлобья. Площадь перед церковью появилась внезапно, из-за очередного поворота, Саляеву даже пришлось зажмуриться от солнечного света. У каменной, похожей на укреплённый форт, церкви отпевали погибших горожан. Ирландцы, а вслед за ними и эзельцы попридержали коней, проезжая мимо площади, заполненной скорбящими клонмельцами.

    - Место для наших нашли? - спросил Лопахина Ринат, оглядывая католического священника, монотонно читавшего Псалтырь по погибшим. Вокруг слуги Господа стояли сгорбленные старики, заплаканные женщины и мрачные, льнущие к матерям, дети. От людей веяло безысходностью, а всё вокруг казалось серым-серо. В довершение снова стал накрапывать прохладный дождь, ветер закачал ветвями деревьев, а где-то наверху ударил и протяжно зазвучал колокол.

    - Да, - кивнул Евгений, встретившись взглядами с маленькой девочкой с развевающимися из-под капюшона светлыми волосами, которая крепко держалась за юбку матери.

    Сдавленным голосом он продолжил:

    - Когда найдут тела Фомы и Клауса, тогда и похороним.

    Наконец, всадники въехали в ворота проездной башни старого, порядком обветшалого замка, в котором их ожидал Хью О'Нил. Ринат озирался, чувствуя, как мрачные своды древнего строения давили ему на плечи. Во внутреннем дворе всадники спешились, тогда-то Саляев и заметил мертвеца, висящего в петле на крюке, торчащем из стены.

    - Кромвель? - кивнул Ринат, обращаясь к товарищу.

    - Да, он самый, - ответил Лопахин и похлопал Саляева по плечу, - Пошли, Мирослав ждёт нас.

    Гусак встретил товарищей в огромном, сумрачном и прохладном зале. Тот сидел на грубо сделанной лавке у открытого огня камина, погружённый в свои мысли. Поднялся он лишь тогда, когда Саляев окликнул снайпера.

    - Ринат! Как ты? - друзья пожали друг другу руки. - Я не стал разговаривать с Хью, пока вы не подойдёте. Да и английского я не знаю, а на немецком тут не говорят, - улыбнулся Мирослав. - Его, верно, уже позвали...

    - О чём ты так задумался? - спросил Гусака Лопахин.

    - Думал, что дальше будет, - вздохнул тот.

    - Разве не ясно? - ухмыльнулся Ринат. - Сейчас предложит денег, позовёт на службу...

    - Нет, - перебив Саляева, замотал головой Мирослав. - Я о другом - теперь Англия будет совсем иной. Человека масштаба Кромвеля у неё не будет ещё долго.

    - Нам что с того? - пожал плечами Ринат. - Ну не будет Великобритании, а будет Великофранция или Великоголландия, Европа сильно не изменится.

    - И колониализм неизбежен, - проговорил Евгений. - Так что...

    Внезапный шум голосов, позвякивания стали и шуршания одежд на лестнице возвестили о приближении Чёрного Хью. Тихо беседовавшие за стоящим неподалёку от камина столом ирландцы тут же встали со своих мест и подобрались. Пружинистой походкой в зал вошёл крепко сбитый, небольшого роста мужчина. Поприветствовав гостей энергичным кивком головы, он внимательно осмотрел их. После чего уселся на лавку и пригласил эзельцев последовать его примеру. Изъяснялся Хью на скверном английском, однако Лопахин с грехом пополам понимал то, что ему говорит этот ирландец. К слову сказать, смуглостью кожи и чёрными, словно уголья, зрачками глаз, уроженец Брюсселя и сын ирландского вояки на испанской службе, О'Нил больше походил на испанца или итальянца, чем на уроженца Изумрудного острова. Сняв шляпу, и показав при этом копну тёмных, вьющихся волос, Хью подозвал одного из своих людей и тот подал ему два увесистых мешочка, перевязанных тесьмою.