Выбрать главу

От самых северных областей Ашера, Неффалаима и Дана, из городов Кедеша, Мегиддо, Езрееля, Самарии, Бет-Хаззана, от Заиорданья, из далёкого, с края пустыни, Рамаофа Галаадского, Соккофа и Маханаима, из Медеба и Баал-Меона, от областей Шимина и Юды на юге, из Хеброна, Адорагама, Беер-Шабе, наконец из иысокостенного Ершалайма и Ярихо[36], первого ханаанского города, некогда взятого штурмом вышедшими из Синайской пустыни ко юиасами хабиру-ибрим. Недаром утверждается мудрейшими, будто Ярихо вообще самый древний город на многоцветном плаще Земли.

У стен Машшита зашумел лагерь съехавшегося со всех сторон Эшраэля. Белые и чёрные шатры из козьей шерсти, наскоро поставленные деревянные балаганы, украшенные пёстрыми тканями; ряды повозок, коновязи и колесницы; привязанные над мешками с кормом лошади, мулы, ослы, верблюды. Дымящиеся котлы над кострами, где варилась еда для воинов и прислуги.

Менее знатные и рядовые представители племён расположились до времени, как могли. Главный судья с приближёнными и влиятельнейшие в Эшраэле жрецы, судьи, богатейшие торговцы, начальники воинских дружин нашли место в лучших домах Машшита.

Первый день прошёл в молитвах и жертвоприношениях. На второй день с утра звонкоголосые, как перелётные гуси, глашатаи прокричали в городе и окрестностях о том, что Шомуэл зовёт на площадь всех представителей ибримских колен и племён.

На возвышении из белого тёсаного камня поставили раскладное кресло багряной кожи для Шомуэла и ещё пять простых кресел для двух судей и трёх стариков-левитов.

Шомуэл был опять в лучшем праздничном облачении с голубой верхней ризой, вызванивавшей пришитыми по подолу золотыми колокольчиками, и наперсником, на котором сверкали двенадцать драгоценных камней. Позади него с двух сторон выстроились знатные люди Машшита, а также городские стражники с копьями и щитами.

   — Я пригласил вас от всех колен и племён, чтобы из вашего числа выбрать того, который волею бога будет вашим царём. Небе внял моим молениям от лица Эшраэля и назначил этого и поиска. Пройдите здесь передо мной, я назову его.

Представлявшие народ от всех областей страны медленно двинулись с одного конца площади до другого, останавливаясь перед Шомуэлом и ожидая, что он укажет на кого-то из них.

Крупные, густобородые, с грубоватыми широкими лицами, прибывшие из-за Мёртвого моря потомки Рубена — старшего из детей Якуба. Живущие частично на севере, частично у границы пелиштимской, подвижные и смелые люди колена Данова, в одежде обнаружившие разные вкусы — от высоких шапок и коричневых халатов аморреев до белых, с красно-синими нашивками, одежд пеласгов. Черноглазые, со сросшимися бровями, похожие на кочевых мохабитов, расселившиеся за Ярдоном потомки Гаддиэля. Гордящиеся более светлой, чем у других, кожей, любящие украшения, склонные к сидонским праздникам и торговле люди Манате, Ишхара и Ашера. Преуспевающие эфраимиты, требующие, чтобы их имена произносили обязательно с именем отца, а то и деда, выстроились напротив Шомуэла — самоуверенные, знающие себе цену, в круглых тиарах, длинных юбках, обшитых пёстрыми шнурами, с изогнутыми кинжалами за поясом, поблескивавшими рукоятью из серебра.

Судья узнал между ними землевладельца Ямина бен Хармаха, тучного и широкобородого, и богатого торговца Шимона, с которым ему приходилось как-то разбирать трудное судебное дело. Привыкшие к рыболовству на пресном озере Геннишарет люди Забулона и Неффалима, гордые своей относительной независимостью от пеласгов, как эфраимиты, покупающие колесничных лошадей у желтоволосых народов севера и нередко берущие у них жён. Наконец, живущие на самом юге Эшраэля, в Арабийской долине, темнокожие, до шерстистости закурчавленные, с глазами на выкате, люди колена Шимонова, привыкшие к песчаным буранам, носящие наголовники с войлочным кольцом вокруг головы, и горбоносые упрямые, сладострастные потомки Юды; среди них много рыжеволосых (по преданию, сам праотец Юда был рыж, упрям и постоянно терзаем похотливой склонностью из-за козней ханаанской богини Ашторет).

Колена Эшраэлевы, по двести-триста представителей от каждого, называли ещё и племена, входившие в эти колена и внешне различавшиеся узором на одеждах или головными уборами. Все они прошли перед главным судьёй, с надеждой поднимая глаза на величественного старца в роскошной ризе, блистающей драгоценными камнями.

Но Шомуэл молчал. И лишь когда пошли люди самого малочисленного и бедного колена Бениаминова, Шомуэл поднялся из своего багряного кресла и сделал знак своим приближённым.

вернуться

36

Ярихо — Иерихон.