— Мой прагматизм? — вскинул голову Черчилль. — И как этот мой чертов прагматизм сможет заставить янки влезть в эту проклятую войну? Если их прагматизм не слишком этого хочет. Желания президента в этом случае мало. Мало, дьявол его раздери! Они хотят удара, они ждут удара именно по Гавайям, но что я могу тут поделать? Взять японцев за руку и провести их к островам? Как я могу вдолбить в их головы, что не нужно лезть на юг, а нужно ударить через Тихий океан? Мы говорили с Рузвельтом, он рассказал — не сразу, не все, но рассказал, — что они сделали и что будут делать. Со своей стороны… В ноябре прошлого года мы продемонстрировали в Таранто, что флот в гавани уязвим для авианосной авиации. Что дальше? Американцы на это внимание обратили, японцы, кажется, тоже. И что? Следуя вашей логике, нам всем нужно, чтобы Япония напала на Америку. Если они сцепятся в драке, Гитлер не удержится и тоже объявит войну Штатам. Он романтик, он серьезно относится к своим обещаниям, данным союзнику… Но как заставить Японию? Как?
— Я над этим работаю, — тихо сказал Орлов. — Вот прямо сейчас — работаю.
— Ну так работайте! Я вам зачем? — вскричал Черчилль. — Я вам зачем?
— Мне нужно, чтобы вы работали с Рузвельтом. Мне будет очень трудно… почти невозможно с ним встречаться… в том числе и по причине его инвалидности. Он честно хочет укрепить свою страну в ходе этой войны, он не желает губить своих парней ради спасения кого бы то ни было, кроме, естественно, Америки… Да и никто в Америке этого не захочет. Вы бы слышали, как он радовался, когда началась эта война! — Орлов хмыкнул, потер ухо. — Наконец-то! Ему экономику нужно поднимать, они еще после депрессии не восстановились… Рузвельту сейчас непросто, он один. А если вы будете рядом, вместе понесете потери…
— Какие потери?
— Вы полагаете, что если японцы ударят по Америке, то ваши колонии останутся нетронутыми? Вы полагаете, что, подставив свой флот под удар с вашей помощью, Рузвельт не захочет от вас взаимности? Немного британской крови на алтарь победы? Вам будет проще на него влиять, если у вас будет общая тайна, ведь так?
— Наверное…
— И сунуть в капкан для наживки сотню-другую американцев будет для него проще, если вы прицепите на крючок сотню-другую своих… И корабль.
— Что значит — корабль?
— Вижу лорда адмиралтейства, — засмеялся Орлов. — Ну, что-то придется подставить под удар. Справятся японцы или нет — другое дело, но подставить нужно, иначе американцы не поймут.
— Вижу, вы все продумали… — Черчилль вздохнул, достал из кармана платок и вытер мокрое лицо. — Американцы предоставляют наживку и давят на Японию дипломатически. Мы рискуем колониями и тоже участвуем в травле Японии. Что предлагает Россия? Или она хочет выиграть, не сделав ставку?
— Россия предоставляет для работы с Японией свою агентурную сеть, — сказал Орлов. — Переговоры непосредственно с Японией будут вести русские. С американцами будете работать вы. Задача — обеспечить удар Японии по Гавайям. Согласны?
Черчилль молчал.
— Я еще раз спрашиваю вас — согласны? — Орлов встал со стула.
— Да, — громко и твердо ответил Черчилль.
— По всем позициям?
— Если вас интересует вопрос мяса в капкане, то да — я согласен сотрудничать по всем позициям.
Орлов поставил на стол перед Черчиллем бутылку.
— Рук пожимать не будем. Вы мне ничего не должны, я вам ничего не должен. После того как Япония вступит в войну, мы с вами, скорее всего, больше не встретимся… И чтобы потом не было недоразумений. Не нужно пускать за мной хвост. Искать меня тоже не нужно, это может плохо закончиться не только для тех, кто пойдет за мной, но и для вас лично.
Орлов шагнул к двери.
— Да кто же вы такой? — спросил вдогонку Черчилль.
Орлов остановился, медленно повернулся к премьер-министру Британии.
— Так кто ты, наконец? — продекламировал он с дьявольской усмешкой. — Я — часть той силы, что вечно хочет зла!
Орлов кивнул и вышел из кабинета.
— И вечно совершает благо… — в задумчивости закончил цитату Черчилль, спохватился и позвонил по телефону, чтобы отменить свой приказ о слежке за посетителем.
Орлов вышел на улицу, с наслаждением вдохнул прохладный ночной воздух.
Разговор прошел нормально. Нормально.
Осталась сущая безделица. Пустяк. Все хотят, чтобы Япония нанесла оплеуху Америке. Все. Даже Америка хотела.
Только проблема есть небольшая.
Передумала Япония. Передумала.
Такие дела.
Глава 2