Когда она вошла в квартиру, Кроу возился на террасе. Выглядел он более чем забавно, высаживая в кадки цветы и при этом напевая какую-то песенку. Эски находилась тут же и заинтересованно заглядывала в мешки с мульчей и землей, одновременно требуя внимания со стороны Кроу. Лучи заходящего солнца выхватывали фиолетовые пряди в его черных волосах. «Это что-то новое, или я просто не замечала их раньше?» — подумала Тесс. Ей внезапно пришло в голову, что он похож на ребенка, играющего в «куличики». Но правда была в том, что он и казался тем, кем был на самом деле: мягким, добрым романтиком, мужчиной-ребенком, именно таким мужчиной, которого Тесс мечтала найти, когда училась в колледже. Он опоздал всего на семь лет.
— Еще слишком холодно для цветов, даже для анютиных глазок, — сказала она немного резко. — Разве ты забыл, что еще сегодня утром шел снег? И в апреле наверняка будут заморозки.
— Я собираюсь занести их в комнату и поставить у двери на террасу. Там для них будет достаточно света. Я уже подумываю над тем, чтобы посадить помидоры, они так весело будут смотреться на балконе. А еще я хочу устроить небольшой садик для зелени: петрушка, шалфей, розмарин, чабрец. И базилик. У нас все лето будут собственноручно выращенные витамины, — Кроу улыбнулся. — Представляешь, сделаем спагетти с помидорами и базиликом? Поверь, ничего вкуснее ты просто не пробовала.
Тесс неопределенно хмыкнула, что вполне могло сойти и за восторг. Она не хотела планировать летнее меню в марте. В данный момент она вообще не хотела ничего планировать вместе с Кроу. Кроу любил ее, заботился о ней и вообще был очень хорошим человеком, но ни одно из этих качеств не могло вернуть парню ее любовь.
— Ты знаешь, чем важен апрель? — спросил он.
— День дураков? Начало тренировок? Самый тяжелый месяц? Пасхальная реклама двадцать четыре часа в сутки, потихоньку сводящая с ума?
— В апреле у нас годовщина — мы уже полгода вместе. Двадцать третьего числа. Знаешь, куда бы я хотел пойти, чтобы отметить это событие? В больницу, где проводят анализы на ВИЧ-инфекцию. И, после того как мы получим результаты тестов, дадим друг другу обязательства. — Кроу отложил совок и поднялся, чтобы обнять Тесс. От него пахло землей и мульчей. — Ничего официального, это просто будет формальным подтверждением того, что происходит между нами.
— Я хочу сказать «да», — пробормотала Тесс, уткнувшись в его плечо. — Я хочу захотеть сказать «да».
Кроу отстранился.
— Что ты скажешь, Тесс?
— Нет, Кроу, это именно то, чего я не скажу. Я не скажу «да», потому что не готова давать тебе какие бы то ни было обязательства, и уж тем более не чувствую себя готовой к отношениям, связанным обязательствами. Мне иногда кажется, что мы вообще поторопились. Той осенью произошло слишком много всего. И сейчас у меня слишком много дел. И когда ты говоришь о лете, помидорах, тестах на СПИД… Кроу, этим летом мне исполнится тридцать.
— Какое отношение к этому имеет твой возраст? — Кроу пожал плечами.
— Самое прямое. Особенно когда ты сравнишь его со своим.
— Со временем наша разница в возрасте будет казаться все меньше и меньше.
— Может быть, но у меня такое чувство, что, прежде чем начать казаться незначительной, она покажется просто огромной.
Кроу внимательно посмотрел на нее и, ничего не сказав, вошел в комнату. Тесс слышала стук выдвигаемых ящиков, щелканье замков на коробках для компакт-дисков, где хранилась их музыка. Затем на лестнице раздались тяжелые шаги. Ему понадобилось подняться еще три раза, чтобы отнести свои вещи в машину. Тесс и не предполагала, что за полгода их оказалось так много в ее квартире. Эски с беспокойством наблюдала за действиями Кроу, опасливо выглядывая из-за балконной двери. Как всегда, она нервничала, когда происходило что-то непривычное. Напоследок Кроу ласково погладил собаку. Его лицо выражало недоумение и беспокойство.
— Я, наверно, больше не буду работать у Китти, просто буду помогать советами. Впрочем, я и раньше думал об этом, а в последнее время наша группа стала пользоваться успехом, так что…
— Все в порядке, она привыкла, что люди приходят и уходят.
— А ты, Тесс… ты к этому привыкла?
Тесс не нашлась, что ответить на это.
— Я любил тебя, — это был не вопрос и даже не попытка заставить ее передумать, а просто констатация факта. И снова Тесс не смогла придумать достойного ответа.
— Я знаю, — наконец сказала она, понимая, что этими словами причиняет ему еще большую боль. — Ты очень хороший человек. Ты — один из самых лучших людей, которых я когда-либо встречала.