— Подразделение Солка, отчет! — торопливо прокричал сержант в вокс, вызывая космодесантников, оставшихся позади. — Эан, Хортис, Дриан!
В ответ он получил только обрывки слов, заглушаемых статическими разрядами. Судя по всему, того, кому посчастливилось выжить, настолько сдавила толпа, что вокс оказался поврежден. Поскольку приемник был имплантирован в ухо, а передатчик в гортань, это означало как минимум разбитый череп. Плохо, что трое достойных космодесантников погибли, будучи раздавленными завывающей, обезумевшей толпой гражданских. Жаль было терять Испивающих Души, отобранных из почти семи сотен братьев. Это задание уже обходилось Ордену слишком дорого, но командор Сарпедон заверил Дрео и подразделение Солка в том, что в случае победы они значительно ускорят воплощение плана Императора.
Солку не было известно, что задумал Сарпедон. Об этом знал Дрео, погибший в глубинах улья Квинтус. Но сержант верил в командора — мутировавшего библиария-провидца, поднявшего Испивающих Души против зла Хаоса и слепоты Империума. Если бы Солку потребовалось умереть, чтобы доставить пленника Сарпедону, он так бы и поступил.
Сержант жестом велел оставшимся двоим космодесантникам следовать за собой и вогнал свежую обойму в болтер. Надо было пробиваться вперед как можно быстрее, пока противостоящие им солдаты не пришли в себя, а толпа еще не бросилась следом. Он уже слышал, как люди начинают приливать к свежерасчищенному пролому. Три человека, даже если это космические десантники, будут легко раздавлены людским потоком.
Спрыгнув с груды обломков, Солк увидел раскинувшийся перед ним Центральный Док 31, освещенный посадочными огнями, роль которых исполняли расставленные на скорую руку бочки из-под топлива. Огромную площадку повсюду покрывали пятна гари, отмечавшие места, где раньше приземлялись корабли. Над феррокритовой гладью вздымались ремонтные ангары и огромные стыковочные зажимы, за многими из которых скрывались огневые позиции войск картеля Поллоса. Облаченные в изумрудную форму солдаты суетились возле тяжелых стабберов и артиллерийских орудий, напряженно ожидая, когда внутрь ворвутся безумные орды.
Всего в нескольких сотнях метров впереди виднелась конечная цель Солка. Неказистое, прижавшееся к земле судно напоминало огромную стальную муху, присевшую на одну из взлетных площадок. Громоздкие сервиторы тащили к кораблю тяжелые топливные шланги, а обслуживающий персонал отчаянно трудился, готовя его к взлету. По космодрому в сопровождении вооруженных ружьями солдат, на чьей форме, кроме изумрудного цвета, присутствовал и багрянец, шла стайка людей в экзотичных одеяниях. Скорее всего, это были главы картеля. Их телохранители не шли ни в какое сравнение с космическими десантниками, но без боя явно сдаваться не собирались.
Этот корабль остался единственной возможностью выбраться с Юменикса, и Испивающим Души предстояло удостовериться, что никто, кроме них, не сможет ею воспользоваться. На планету их доставил — и казалось, что это было целую вечность назад, — десантный модуль, поскольку орбитальные батареи представляли слишком большую угрозу для «Громового ястреба». По первоначальному плану Дрео должен был вывести подразделение из города по канализации, с тем чтобы их смогли подобрать позднее, пусть и только через несколько месяцев. Но угроза чумы нарастала, и риск того, что единственный пленник не выживет, стал слишком велик. Не осталось иного выхода, кроме как пробиваться к Центральному Доку 31.
Солк бросился в укрытие, когда с ближайшей огневой точки по нему стали стрелять из тяжелого стаббера. Два орудийных наряда, состоящих из двух человек каждый, прятались за огромными челюстями посадочных зажимов и прикрывали разлом в стене.
Вновь устремившись вперед, Солк накрыл огневую позицию противника смертоносными зарядами болтера. Повсюду вокруг сержанта землю взрывали длинные стабберные очереди. Один из снарядов ударил его в ногу, чуть не заставив рухнуть лицом вниз. Краем глаза он увидел, как Нициас, пытаясь закрыть пленника, получил несколько попаданий в грудь. Плазменный залп омыл стыковочный зажим, и несколько стрелков обратились в пепел, но по Солку и Нициасу продолжали стрелять, заставляя космодесантников пригибаться к земле на самой границе космодрома.
Неожиданный взрыв разорвал стыковочный зажим, разбрасывая во все стороны вращающиеся обломки металла. Ударили фонтаны земли и песка из фортификационных мешков, полетели изувеченные тела. Боеприпасы стаббера стали взрываться, точно лента фейерверков. Из-за обломков возникла единственная, облаченная в черные одеяния фигура, бегущая с оружием в руках. Солк собирался уже выстрелить, когда понял, что рост этого человека ничем не отличается от его собственного. Энергетическая броня на бегущем почернела от гари, но на одном из наплечников по-прежнему проступало изображение чаши.