Но электрические лампы не осветили комнату. Вместо этого на полу, казалось, начали извиваться голубые змеи. Подобно призрачным угрям они выползали из стен.
Один из людей взвыл:
- Я так и знал! Я горю!
Он был похож на пламенную огненную статую. Но пламя не сжигало, а скорее замораживало, после чего человек уже не жаловался. Не жаловались и остальные сообщники. Все они в гротескных позах попадали на пол.
Лаборатория снова заполнилась необычной трелью Дока. Капельки дождя скатывались с бронзовых волос, когда он влезал в открытое окно. Мерзкого аравийского борова он бросил на пол.
Док уцепился за неприметный козырек, сделанный из металла и камня на высоте восьмидесяти шести этажей. Он провисел там, обмотав шелковый шнур вокруг ноги, натягивая его.
У людей, которые без сознания лежали на полу, были все основания полагать, что изуродованное тело Дока сейчас лежит на мостовой внизу.
Зная, что они и дальше будут считать, что расправились с ним, Док оставил их на полу. Меньше чем через час они очнутся и тогда поспешат убраться отсюда как можно скорее. Голубые огни, которые они видели, были безвредными, а свалил их химический газ, выпущенный устройством, подключенным к электрическому выключателю.
Док привел в порядок выключатель и снова, ухватив Хабеаса Корпуса за ухо, спустился вниз на специальном скоростном лифте. Кабина мчалась, как свинцовая гиря.
Док проехал первый этаж и спустился дальше в подвал.
Здесь он оставил Хабеаса Корпуса в безопасности, в специально построенном для него рядом с гаражом загоне.
Когда люди наверху очнутся, они не найдут ничего, что подсказало бы им, что делал в лаборатории Док.
Они найдут только свисающий из окна обрывок шелкового шнура.
Следующее действие Дока Сэвиджа выглядело прямым вызовом его врагам, ибо он направился в другое здание в дальнем конце Манхэттена. И он опять был армянином Хафидом Арманом.
Он поднялся на один из верхних этажей здания, где горел свет. Док тихо постучался.
Когда дверь открылась, прямо в его смуглое лицо смотрели выпученные глаза ювелира Гарриса Хупера Перрена.
ГЛАВА 18 ДОК ОШИБАЕТСЯ?
Гаррис Хупер Перрен держал в правой руке огромный револьвер. Он с большой осторожностью открыл дверь, нервно подергивая оружием в руке.
- Что вы хотите? - хрипло пробормотал он. - Может быть, вы ошиблись дверью?
- Нет, отчего же, - спокойно ответил Хафид Арман. - Здесь вряд ли может быть ошибка. Вы - Гаррис Хупер Перрен, известный ювелир?
- Да... Но что вы от меня хотите?
- Я тоже очень хорошо известен в своей стране, - сказал армянин с черными как смоль глазами. - Я - Хафид Арман. Мне сообщили о том, что вы можете заинтересоваться некоторыми редкими неограненными алмазами, которыми обладает моя семья.
- Хорошо, проходите, - недоверчиво проговорил Перрен. - Я должен проверить, не вооружены ли вы.
Высокий армянин поднял вверх свои темные руки.
- Ничего обидного в этом нет, - сказал он. - Я полностью понимаю все ваши предосторожности. Я принес с собой камни, которые имеют, возможно, такую же ценность, как и те, что есть у вас.
- Да? - произнес Перрен, ощупывая всю огромную фигуру вошедшего.
Он не нашел никаких следов оружия, которого, конечно же, и не было ни в одном из обычных карманов Дока Сэвиджа.
- Не хотите присесть? - спросил Перрен. - Мне, вероятно, будет интересно увидеть ваши камни.
Хафид Арман достал несколько алмазов, которые поразили бы своей величиной даже неспециалиста. Глаза Перрена выпучились, как у омара, которому наступили на хвост. Он подался вперед, будто камни эти были ему знакомы.
- Вы не возражаете, если... если я проверю некоторые из них? - спросил он. - Вы можете подождать здесь?
- Да, конечно же, - ответил Хафид Арман. - Можете проверить любые.
Перрен сгреб со стола три алмаза. Открыв дверь во внутреннюю комнату, он бросил внимательный взгляд на армянина, и дверь захлопнулась.
Никто в мире не услышал бы шепота во внутренней комнате. И даже удивительный слух Дока Сэвиджа позволил ему разобрать только несколько слов. Он с самого начала знал, что Перрен не один в своей конторе и мастерской, а теперь он был уверен, что в дальней комнате находятся еще несколько человек.
Знал Док и то, что подозрение Перрена полностью подтвердится, как только он поместит алмазы под увеличительное стекло, ведь среди этих камней были и те, что прятал в выпотрошенных утках Джон Скроггинс.
Гаррис Хупер Перрен вернулся, держа в руках алмазы. По его лицу блуждала коварная усмешка человека, сознающего, что под рукой у него есть достаточно друзей, способных помочь при необходимости.
- Ну что же, мой дорогой друг, - произнес Док Сэвидж, - что вы думаете по поводу этих камней?
- Они достаточно ценны, - ответил Перрен. - Вы говорите, они принадлежат вашей семье?
- Клянусь небом, это правда, - пробормотал армянин. - Мне вначале посоветовали обратиться к человеку по имени Рондольф Брекенс, но он, кажется, сегодня заболел.
Глаза Перрена чуть не выпрыгнули из орбит.
- Брекенс? - переспросил он. - Вы были там сегодня? Значит, вы говорили с его секретарем Серльзом Шейном?
- Я имел удовольствие видеть Серльза Шейна, - ответил Арман. - Он сообщил мне, что мистер Брекенс уже имеет требующееся по контракту число алмазов.
Перрен еще больше вытаращил глаза, рот его был в движении.
- А Серльз Шейн не сказал вам, откуда Брекенс берет свои алмазы?
Хафид Арман помедлил с ответом. Его смуглая рука нервно прошлась по черным волосам.
Гаррис Хупер Перрен начал крутить клок своих жестких волос. Со стороны это выглядело так, будто двое мужчин решили устроить своего рода состязание, чтобы посмотреть, чьи нервы сдадут раньше.
- Вероятно, сделка у нас не получится, - наконец невнятно проговорил Хафид Арман. - Эти камни огромной ценности, а я хотел бы получить наличными.
- Да, да! - воскликнул Перрен. - Мы можем сделать...
Слова вдруг застряли у него в горле. Он оставил в покое свои волосы и принялся грызть ногти. И тут он не смог сдержать крик:
- Док Сэвидж! Э! Да это сам Док Сэвидж!
Хафид Арман вскочил на ноги и схватил себя за волосы. До этого, нервно теребя их рукой, он чуть-чуть двинул их, и из-под парика выглянула гладкая бронза волос, какие были только у одного человека в мире.
Док тут же исправил свою ошибку, и бронзовые волосы исчезли. Он наклонился вперед, схватил Перрена за плечи и пальцами нащупал парализующую точку.
Ювелир вскрикнул.
Внутренняя дверь внезапно распахнулась, и в комнату ворвались люди. Двое из шести были вооружены пулеметами облегченного типа. Однако никто из них не был похож на убийц. Они выглядели скорее как ученые или люди умственного труда, но на их лицах была видна печать, которая выдает людей, привыкших вести хитрую игру.
- Стойте на месте, Сэвидж! - приказал один из них, казавшийся главным. - Держите руки на шее Перрена, чтобы мы могли их видеть! Мы все знаем о ваших газовых капсулах и других приспособлениях! Пришло время, когда ваша жизнь ничего не значит!
- Так вы думаете, что я и есть тот самый Док Сэвидж? - разыграл удивление лжеармянин, все еще надеясь выкрутиться.
Глаза Перрена тихо закрылись, и он был уже не способен рассказать то, что знал.
- Посмотрим! - резко ответил главный. - И не забывайте, что, когда вы умрете, судьба всех ваших дружков будет решена!
Док отшвырнул Перрена в сторону и поддел коленом стол, на котором лежали алмазы. Стол перелетел через комнату, застав врасплох двух человек, которые были сбиты с ног его тяжестью.
Кулак Дока мелькал, как молния. Он, должно быть, снес одному из нападавших челюсть. Человек дико взвыл. Но прежде чем Док успел увернуться, он получил мощный удар в бок и почувствовал, что несколько его ребер сломаны.