А в это время Джонни Фёст подошёл к салуну. Только, он хотел войти в трактир, как из него вылетел ковбой и упал. Джонни взял его, и положил рядом с салуном, нежно побив по щекам, тот что-то лепетал, типа: «Мама не горюй». Только, он опять хотел войти в трактир, как из него вылетел другой ковбой, и упал в метрах пяти от первого ковбоя. Джонни дотащил его до первого ковбоя и положил их вместе, рядом. В это время Билли крикнул: «Гарри я поломаю сейчас окно».
Он: «Билли, это будет стоить тридцать баксов». Гарри главный в трактире, это его салун.
Гарри Макью, гладко выбритый человек, лет сорока семи. Он любил, когда ковбои устраивали в трактире веселушки, типа этой, он на этом наживается, за что-то поломанное он берёт много денег, в три, а то и в пять раз дороже поломанного. Он разрешает ковбоям бить, ломать здесь всё. Билли ударил ковбоя, и тот вылетел в окно.
В это время, Джонни Фёст сложил, уже около пяти ковбоев рядышком, и они, всё продолжали прибывать. Тут Сэм - пьяный толстяк и великан схватил бочку с вином, которую он выпил, и незаметно начал подкрадываться к Билли, у этого Сэма, мания преследования. Билли в это время, бил ковбоя. Сэм, как ударит по спине бочкой Билли, бочка рассыпалась вдребезги и разлетелась на куски. Билли схватил бутылку и разбил её об голову Сэма. Сэм полетел к чёртовой матери. Другие ковбои, тоже хорошо бились, но не все, у всех разное телосложение. Ну, в общем, бились хорошо, как говорят: «Любой спортсмен современного мира, им изрядно позавидует». Тут ковбой закричал, звали его Майкл Гарольд, - с меня восемьдесят баксов, и он повис на люстре, и ногами швырнул ковбоя в стойку бара, бутылки с виски разлетелись вдребезги.
- Майкл хулиганишь, не восемьдесят, а все сто.
- Хорошо Гарри.
Билли закричал: «Какой рекорд Гарри?»
- Сто пятьдесят баксов.
Билли: «А сейчас будет все двести», и Билли запустил ковбоя в пианино, тот летел в пианино, а вылетел с другой стороны, вернее, только его голова торчала с той стороны. Кто-то сразу же налил ковбою виски, и тот улыбнулся.
Кто-то закричал: «Гарри, с меня семьдесят баксов», - и что-то поломал,
Тут ковбой подошёл к Гари Макью и спросил: «Если, я тебя ударю, сколько это будет стоить».
- «Двести пятьдесят баксов» - сказал Гарри. Тот почесал голову: «Эй, ковбои, кто войдёт со мной в долю, двести пятьдесят баксов, чтоб я ударил Гарри Макью».
- Я, - закричал Билли, - бей его Эдди. Эдди размахнулся и ударил Гарри, тот упал, встал, взял бутылку, и как даст по голове Эдди. Тот: «За что?».
- Сдача, - промолвил, смеясь Гарри. В это время Джонни, уже уложил в ряд, около десяти ковбоев.
А в трактире в это время, Сэм встал, увидел стол, взял его на плечи, и пошёл бить столом ковбоев к Билли, который дубасил очередного ковбоя. Он как размахнулся, наверно, он вложил чудовищную силу в размах, и стол поломался на спине Билли. Сэми застыл, ожидая, что Билли упадёт. Тот повернулся и хладнокровно сказал: «А это ты Сэми, не устал, пойди, отдохни», - и стал давать ему кулаком по лбу, да так, что было слышно за чертой города, в пятнадцати километрах от Санта Каролины. Сэми вылетел из трактира и упал. Джонни с трудом положил его рядом с остальными, насчитав пятнадцать лежащих ковбоев.
Наконец Гарри Макью, владелец трактира, закричал: «Всё, всё на сегодня, всё, приступаем к починке». И все стали прибивать окна, делать стулья, чинить столы и двери.
В заведение вошёл Джонни, он был одет в сюртук и штаны, типичный гражданин Соединённых штатов, ничего необычного в одежде не было, за то в глазах читался взгляд здорового, сильного, волевого человека.
В это время на сцену выбежали девушки из кабаре, и с ними очаровательная миссис Диана, они стали петь и задирать высоко ноги. Ковбои внимание с Джонни переключили на кабаре, на красивых, изящных девушек, которые пели песню: Время настало -
И вот они мы,
Вот они мы, ваши крошки!
Хватит чесать затылки,
Хватит сосать бутылки.
Ну-ка, побейте в ладошки!
Солдата любят за монету,
А командира - за мундир.
А вот за что я люблю ковбоя -
За то, что он такой один.
Ковбой, герой волшебных снов,
Меня волнуешь ты, не скрою.
Ковбой, хоть пару нежных слов
Найди - и я пойду с тобою.
И в грохоте дня, и в сонной тиши
Слова любви услышу я.
Ты только скажи, скажи.
Тебя я услышу,
Скажи, я услышу,
Тебя я услышу.
Артиста любят за искусство,
А музыканта - за игру.
А вот за что я люблю ковбоя -
Скажу ему лишь одному.
Ковбой, ты парень хоть куда
И сердце мне давно тревожишь.
Ковбой, ты смел, но вся беда,
Что ты двух слов связать не можешь.
Хоть ради меня пойди и свяжи,
Тебя всегда услышу я,
Ты только скажи, скажи.
Тебя я услышу,
Скажи, я услышу,
Тебя я услышу.
Ножки повыше - и полный успех,
Лишь бы видны были ножки.
Если ковбой прикажет,
Кто же ему откажет?
Мальчики, мы ваши крошки!
Матроса любят за отвагу,
А капитана - за вино.
А вот за что я люблю ковбоя -
За то, что все есть у него.
Джонни захлопал в ладоши и сказал громко на весь салун: «Разрешите представиться - Джонни Фёст, и у кого, есть белая простыня?». Все посмотрели квадратными лазами на Джонни.
- Похоже, друзья, этот сэр, хочет нас обидеть. Тут Диана сказала: «У меня, есть белая простыня».
Джонни: «Позвольте вашу руку леди». И он поцеловал ей руку. Она растаяла: «Я достану для вас две и три, а то и четыре простыни».
- Похоже, «Форт Нокс» растаял, - сказал кто-то из ковбоев. Диана встала грозно: «А хоть один из вас, хоть раз поцеловал мне руку, и назвал меня леди, нет, то-то и оно, я принесу вам мистер простыню».
Все склонились перед Джонни: «Ты знаешь мистер, как там тебя - Джонни. Я добивался Диану, пять лет, склоняю перед тобой голову». Все посмотрели с завистью на Джонни.
- Господа, сегодня я вам покажу фильм, а сейчас позвольте я схожу за аппаратурой. Все дружелюбно одобрили действия Джонни и под возглас: «Иди, иди, ждём с нетерпением».
Джонни пошёл за синематографом. Джонни принёс синема и плёнку к нему, зарядил, и стал ждать Диана с простыней.
- Похоже, это пулемёт, - сказал один из ковбоев, - и тот сэр, хочет расстрелять нас всех.
- Да нет, это аппарат такой, делает виски, - заметил один из ковбоев.
- Нет господа, я вам буду показывать фильм.
- Фильм - это нам ни о чём не говорит.
- Сейчас, всё увидите.
Очаровательная Диана принесла простыню, она сказала Джонни: «Что это единственная простыня в городе». Все захлопали в ладоши.
- Прибейте простыню к стене. Простыню прибили.
Диана: «О боже, что будет, какой он милый этот Джонни».
- Завесьте окна, - приказал Джонни. Завесили окна, и наступила небольшая темнота, но Джонни ловко ориентировался в ней, как будто, он видел всё в темноте.
Он: «Друзья, сейчас я вам покажу фильм про Индию, Тибет и йогов».
И вот, Джонни стал крутить синема, с прожектора полетел свет и упал на простыню, и показался фильм. Все увидели лес горы и реку Ганг.
- Это Индия господа и леди, там живут йоги. Потом, появился йог. Джонни комментировал то, что показывал: «Это йог, он сидит в позе лотоса».
- Какое красивое название, - сказала Диана.