Выбрать главу

Они считают, что я практикую экзорцизм, и только.

— Станислав тоже... ваш «агент»?

— Можно и так сказать.

— Сколько человек за истёкшие годы вам удалось спасти? — спросил я.

— Чисто журналистский вопрос, — сказал он. — Как вы любите конкретные цифры...

Я не считал.

Всего в моей практике более ста случаев, когда мне приходилось изгонять из человека нечисть.

А вот безнадёжных случаев было шесть...

Открыв тумбочку, борец с нечистой силой извлёк потрёпанную папку. Развязал тесёмки и принялся доставать пачки документов, соединённых скрепками.

Читать тексты он не давал, только показывал фотографии.

Как правило, фотографии делились на три группы. На первой был запечатлен самый обычный человек.

На второй — тот же самый человек, но в пик проявления одержимости.

Эти снимки явно были сделаны наспех, при скверном освещении.

Изменения, произошедшие с внешностью людей (людей ли?), были поразительные. Пока сделаешь такой монтаж на компьютере, позеленеешь.

А на третьей группе снимков был запечатлён труп нелюдя после применения к нему радикальных мер...

Теперь, после беседы в квартире номер 16, я с опаской читаю криминальную хронику.

А вдруг я увижу там сообщение о маньяке, который в ночное время оскверняет могилы, вбивая в покойников колья, или о странном убийце, который стреляет почему-то серебряными пулями?

СТРАННЫЕ ВСТРЕЧИ. История двадцать пятая

1

Самое интересное в застолье наступило, когда почти всё было съедено и выпито.

Компания подобралась подходящая — эрудированная и языкастая.

Благополучно миновав несколько тем, способных вызвать зевоту даже у безнадёжных кретинов, мы скользнули к обсуждению проблемы, благодатнее которой нет: одиноки ли мы во Вселенной или где-нибудь тоже есть несколько поддатых гомо сапиенс, которые ломают голову над этим же?

Я сидел, помалкивал и потешался в душе.

«Люди нисколько не изменились за последние сто лет, — думал я. — Если в конце девятнадцатого века в салонах на полном серьёзе обсуждали, сколько ангелов может уместиться на острие иглы, то теперь — сколько инопланетных цивилизаций нас изучают?»

Знатоки оперировали цифрами и фактами, почерпнутыми в жёлтой прессе.

Сначала мне было интересно, потом — приелось.

Как раз в этот момент от компании отделился мужчина лет тридцати пяти.

Я прекрасно помнил, что в начале беседы, пока не затронули НЛО и другие миры, он был энергичен и остроумен, а потом как-то замкнулся.

Он слушал нас и негромко посапывал носом — не то давил в себе смешок, не то удивление.

Мне показалось, что всё-таки смешок.

Припоминая на ходу, как его зовут (нас знакомили?), я отправился следом. Василий Петрович... или Павлович?., открыв форточку на кухне, разминал сигаретку.

Мы закурили.

— Мне кажется, — сказал я, — вы относитесь к той группе людей, кто поверит в существование НЛО только тогда, когда потрогает своими руками или увидит своими глазами.

Он выпустил в форточку длинную струю дыма и пожал плечами.

— В каком-то смысле — да, — сказал он. — Но я и видел, и трогал.

На секунду мне показалось, что я ослышался.

— Как-как? Вы действительно видели НЛО и прикасались к нему? Я вам завидую. Наверное, вы даже знаете, пьют ли зелёные человечки индийский чай.

Он усмехнулся и заметил:

Логичнее было бы предположить, что зелёные человечки любят зелёный чай.

Вот так, наверное, и возникают нездоровые сенсации. Один пошутил. Другой услышал и пересказал третьему. А третий не имел чувства юмора и всё принял всерьёз.

— Я вовсе не шучу, — возразил он. — Пришельцы меня полгода обхаживают.

— В следующий раз, когда они будут обхаживать вас, возьмите меня с собой, — попросил я. — Хочу на них посмотреть хоть одним глазком.

— Почему бы и нет... Какой у вас номер телефона?

Я вручил ему визиту, Подумал, что шиза косит наши ряды, и отправился к уфологам, обсуждающим, каким образом летающие тарелки так стремительно меняют направление движения — вопреки законам механики — и исчезают, словно растворяясь в воздухе.

Я слушал их, и услужливая фантазия рисовала образ Великой Шизы — исполинской старухи в белом ку-клукс-клановском балахоне, расписанном летающими тарелками, чёртиками, снежными человеками, каббалистическими знаками.

И, разумеется, с непременной косой в руке...

2

Прошло дней двадцать.