— Только, пожалуйста, не впутывай в это дело еще и меня! — Жюль загородил себя ладонями. — Я тут совсем ни при чем!
— Не отдам!
— Хочешь, чтобы его у тебя конфисковали?
Комиссар Лавузье, пресса, полиция с собаками! Очень эффектно!
Виктор внезапно вскочил со стула и обеими руками вцепился в свои волосы.
— Боже мой! Я тут сижу, а у меня щенок дома!
Один! Голодный! Господа, я мигом, одна нога там, другая здесь! Накормлю его и вернусь, и мы опять подумаем, что же нам делать дальше.
— Не нам, а тебе, Виктор! — жестоко сказала Марта. — Тебе, сердобольный ты наш!
Как бы ты не сорвал мне договор с Жаннет, подумала она, все-таки с такими, как ты, нужно разговаривать пожестче.
— Стоп! — Жюль хлопнул в ладоши, как на съемочной площадке. — Работаем, господа! У меня идея!
Марта и Виктор замерли.
— Есть единственный шанс отдать сервиз и одновременно не расстаться с ним.
— Какой?! — В один голос воскликнули Виктор и Марта.
— Виктор женится на Софи.
От невероятной гениальности мужа Марта икнула, а Виктор опять нервно заморгал.
— Мы же с тобой как раз планировали цикл про свадебные обряды разных конфессий, — невозмутимо продолжил Жюль. — Так что не придется снимать кого попало в русской церкви.
— Но я.., я...Я не...Нет.;. Я не могу... Не хочу! Я...
— Хорошо, не хочешь в русской, пожалуйста в Сакре-Кер, еще лучше. Какие-нибудь дети понесут шлейф невесты по лестнице. Ты чего, Вики? Хочешь жениться у протестантов? Нет?
Мне-то что, хоть в мечети, хоть в синагоге! Пожалуйста, ты только скажи, позовем для вас самого далай-ламу! А хочешь индейского шамана? Вики, мы же с тобой познакомились с таким шикарным в Шелгваукане! Вспомни! Бубен — во! Перья, колотушки! А как его подручные воют!
— Прекрати, Жюль! Не видишь, у человека сейчас случится удар! Это же не шоу, это серьезное мероприятие! Присядь, присядь, Виктор, я принесу тебе чего-нибудь от сердца.
— Господа, но я совсем не хочу жениться... — слабо произнес несчастный, поддерживаемый Мартой.
— Ты же любишь Софи, Виктор! — Жюль похлопал его по плечу. — Сам говорил, у вас оргазмы!
— Дело не в Софи, Жюль, я ничего не имею против нее, — сумбурно оправдывался Виктор. — Я вообще не хочу жениться.
— А, угроза из казенного дома? — напомнила Марта и, сбившись со счета, щедро плеснула в рюмку сердечных капель. — А? Как там насчет марьяжной карты в сознательном возрасте при пылкой любви?
— В зрелом, Марта. — Виктор умоляюще посмотрел на Жюля. — Но мне всего тридцать четыре, — Почти тридцать пять, Вики, ты вполне взрослый мальчик. — Марта по-матерински пригладила волосы Виктора., — Ты же на год старше нашего Жюля.
— Софи тоже лет тридцать, — встрял Жюль.
— Я думал, не больше двадцати пяти...
— Двадцать девять тебя устроит? — Марта недовольно зыркнула на мужа, давая понять, насколько неуместной была его ремарка.
— И потом, она уже была замужем... И этот Анри...
— А ты мечтал о девственнице, Вики?
— Ни о чем я не мечтал! Я дорожу своей свободой!
Дурак, знал бы ты, какое пытаешься мне сорвать дело, зло подумала Марта и собралась еще раз напомнить о предсказании и о чувствах, но тут зазвонил телефон. Марта улыбнулась и направилась к аппарату.
— Наверняка твоя потрясающая Софи. Можем прямо сейчас все вместе поехать к ней свататься. Слушаю вас, — сказала она в трубку и вдруг изменилась в лице. — Да, да, конечно, комиссар Лавузье, вы можете поговорить с мсье Пленьи.
— Неужели эта малахольная все-таки сообщила в полицию?.. — простонал Жюль, но Марта успела вовремя закрыть мембрану рукой и молча протянула трубку Виктору, по лбу и щекам которого блуждали багровые пятна.
— Не говори ни «да», ни «нет», — хрипло зашептала Марта, не в силах избавиться от чего-то, неожиданно застрявшего в горле. — Ты только свидетель! Ты имеешь право на адвоката!
— Помощник продюсера Виктор Пленьи, — официально отрекомендовался Виктор.
Совсем сдурел, подумала Марта, любому же будет понятно, что боится.
— Очень приятно, комиссар Лавузье. Да. Да.
Нет. Нет.
Я же просила его не говорить ни «да», ни «нет»!
— Вот как! Только сегодня? Дочка? Она живет отдельно?
Какой ужас! Она сообщила отцу!
— Да, конечно, я прямо сегодня готов вернуть его вам. Да, он чудесный! Ну что вы, просто Виктор! Нет, какое вознаграждение, что вы!
Он же ваш, вернее вашей дочери! Хорошо, я могу быть дома через четверть часа. Конечно, я дождусь вас. Естественно! — К изумлению Марты, Виктор давно улыбался и непринужденно болтал с комиссаром. — Представляю себе ее радость! Мне тоже когда-то было одиннадцать лет.
Да нет, к сожалению, только рыбки. Да, огромный! Я с удовольствием покажу его вам и вашей Люлю. До встречи, комиссар!
Виктор вытер взмокший лоб и хитро подмигнул супругам Рейно, которые не могли произнести ни слова, а только сверлили его ошалелыми взглядами.
— Нормальный мужик, этот ваш Лавузье! Мы с ним договоримся.
— О чем? — Жюль жестом трагического актера воздел руки. — О чем можно договориться с фараоном?!
— Обо всем.
Жюль скептически хмыкнул.
— Подожди, Жюль, — сказала Марта. — Пусть Виктор расскажет нам все по порядку. Например, почему комиссар заинтересовался рыбками и хочет показать их своей одиннадцатилетней дочке по имени Люлю, которая живет отдельно? Я все правильно поняла, Вики?
— Да, правильно, его дочка живет с матерью, а Фил с ними в разводе.
— Фил?
— Филипп Лавузье, окружной комиссар. Он подарил дочке щенка ньюфаундленда, а он пропал. Нет, чего вы хихикаете? Понятно же, что не комиссар, а щенок. А мы с Элен подобрали именно малыша ньюфа и дали объявление. Оказывается, оно опубликовано только сегодня. И комиссар целый день звонил мне домой, а потом догадался выяснить по своим каналам, кем я работаю, и позвонил нам в контору. Там ему дали телефон сюда, вот и все. Он приедет ко мне домой с дочкой и заберет Шено. Вернее Рендольфа. Так его зовут, Рендольф. Ну, чего вы? Я покажу им своих рыбок и договорюсь обо всем.
— О чем же, Вики? — Жюль скривился. — Дала бы мне, что ли, сигарету, Марта.
— Да погоди ты, дай человеку сказать!
— О сервизе. — Виктор развел руками, мол, что тут неясного? — О том, что Маршан ни при чем, а его жену шантажировал этот самый фотограф. Его близко знает Софи и поможет полиции разыскать его.
— Ты уверен, что поможет? Дашь ты мне сигарету, Марта, или мне идти за ней самому?
— На, и пеняй на себя! — Марты вытащила из кармана сигареты, поделилась с мужем и щелкнула зажигалкой. — Ты мне другое скажи, Виктор. Вдруг это вовсе не его ньюф? Что тогда?
Тоже все выложишь, когда он увидит на тебе булавку? — Она пальцем ткнула в указанный предмет на его галстуке.
Виктор вдруг посмотрел на Марту свысока.
— Как не его? Его! — И обратился к ее мужу:
— Это несерьезно, Жюль. Ты же утром клялся мне улыбкой жены, что не будешь курить никогда в жизни! Забыл? Ну вспомни, вспомни, патрон, когда я тебе отдал готовый сценарий пилотной серии? Вся наша команда теперь не курит. Даже Сиси!
Представляю себе ее восторг по этому поводу, между прочим подумала Марта.
— Ты все-таки кретин, Вики! — рыкнул Жюль, с шумом отодвинулся от стола вместе со стулом, вскочил и забегал по кабинету. — Ты соображаешь, что несешь?! Хочешь довести дело до суда? Кивай, кивай, недотепа! Да раскинь ты своими рыбьими мозгами, в конце-то концов! Это тебе не творческие оргии и оргазмы!
Если дело дойдет до суда, свою женушку Маршан выпутает, ежу понятно! И ты, ты мой дорогой Вики, будешь выглядеть клеветником! Ну и отрава же твой бабий ментол! — Жюль так истово ткнул сигарету в цветочный горшок, что сломал ее и перепачкал руку.
— Жюль, пожалуйста, успокойся! — взмолилась Марта. — Тебе нельзя нервничать! У тебя сердце!
— Ты погубишь не только свою карьеру, Пленьи, — Жюль брезгливо отряхивал с пальцев землю, — но и бросишь тень на всю нашу съемочную группу! Я уж не говорю про нас с Мартой.